Трон великих Предков
Шрифт:
— А сможешь? — уточнил Шоуки подозрительно.
— Слабенького воздействия должно хватить, чтобы немного размягчить поверхность. А там, надеюсь, она сама оплывёт, — прикинул северянин.
Шоуки подумал мгновение, и неохотно кивнул. Оставлять такие следы здесь и правда не хотелось.
— Только аккуратно.
— Сампонимаю…
Да вот только не верилось. Потому Шоуки глянул сперва на начавших спускаться парней, и последовал за будущим Императором обратно к камню. Амарими качнулся туда, сюда, и остался у кустов на краю склона.
— Прости, просто… ну не нравится мне
— Да знаю, что странно, — согласился Алан тихо, проведя над камнем ладонью. — Мне тоже чары странные результаты выдают. Хотя, честно сказать чары не совсем специализированные, поэтому их результаты довольно неточные, но, в целом, я уверен, что камень это на самом деле затвердевшая смесь духовной энергии и эфира.
— Даже так? — Шоуки хмыкнул. — То есть, это и правда творение одного из твоих Предков?
— Похоже на то, — кивнул Алан. — О, смотри-ка, размягчается…
Испорченная отпечатками ладоней поверхность и правда начала немного “плыть”, сглаживаясь. Медленно так… — Поднажму-ка!
И простёр над камнем и вторую ладонь.
— Может, не стоит? — засомневался Шоуки, замечая, как признаки размягчения захватывают большую поверхность.
— Да ладно, я сообразил уже как это работает. Тут в целом, как с вашими техниками, надо сосредоточиться на ощущениях, а не на формулах, и…
Размягчившаяся поверхность камня пошла вдруг волной, Шоуки не задумываясь оттолкнул Алана плечом, и сам шарахнулся, а вспучившийся молочный пузырь разорвало изнутри чёрными когтями.
Он ещё успел порадоваться, что когти не очень впечатляющие, хоть и весьма острые, а лапка, на которой они крепятся, достаточно тощая и напоминает, скорее птичью, как волнами пошла вся поверхность камня и тот начал расслаиваться под напором этого чего-то когтистого, отчаянно дёргающегося внутри.
— Демон!!! — вскрикнул где-то позади Амарими.
— Да быть не может! — неверяще выдохнул Алан.
Шоуки, надо признать, тоже на мгновение замешкался, ошалело глядя на показывающиеся из расползающегося камня лапки, хвосты и ещё не пойми какие части тела, инстинктивно потянулся за ножами, но вспомнил, что оставил сумку с ними на седле. Так что пришлось выхватывать меч из ножен, четыре завсегдашних ножа из рукавов и, подбадривая себя криком, рубить это гадство, пока оно окончательно не освободилось.
Ножи воткнул в мельтешащее практически наугад, а вот мечом засадил удачно — под локтевой суставу шарящей когтистой грабки, практически отрубив конечность, повисшую на каких-то ошмётках шкуры.
И в этот момент произошло два события — тварь заверещала, что не удивительно, и остатки камня расползлись, прыснув в стороны удушающей волной проклятия. Так что сперва по ушам ударил дикий визг, оглушающий, физически болезненный, а следом за ним — накатила душная волна проклятия, скрутившая внутренности узлом с такой силой, будто Шоуки макнули в самую серёдку Круглого моря да поглубже.
Что именно из этого уронило его на землю, он так и не понял, и, кажется, даже на несколько мгновений потерял сознание. Просто потому, что
Тварь была… ну, с хорошего такого волка размером, может, несколько крупнее. Она более всего походила на клок белой ваты, из которой в разнобой торчали худенькие когтистые куриные лапки с чёрными когтями, и, вроде как, пушистые белые хвосты или просто вытянутые клоки шерсти.
Но голова, похоже, бы была всего одна. Вытянутая, зубастая, с чёрными глазками-бусинками, полными боли и дурной ненависти.
— Это ещё что такое?!
— Незнаю!
— Оно не похоже на демона-лиса!
— И что?!
Голоса пробивались через звон в ушах плохо, хотя орали у него над самым ухом. Кено попытался отогнать зверюгу клинком, но та снова шустро отскочила, и подобралась для атаки. Алан бодро выставил широкий щит, не давая твари приблизиться. Та метнулась туда, сюда, снова увернулась от уже двух летящих клинков, и, вновь ударив по ушам каким-то то ли скрежещущим, то ли булькающим визгом, резко вдохнула или, может, распушилась, увеличившись в объёмах вдвое.
А нет…
— Какого… Да оно эфир жрёт!!! — возмущённо вскричал Алан, и, выпустив Шоуки, вскинул руки, убирая щит и заливая тварюшку огнём. Хотя какую тварюшку? Оно и правда увеличилось в размерах уже до молодого бычка. И не останавливалось. И взвизгнуло снова, не столько ударив по ушам, сколько разогнав сноп огня потоком воздуха.
— Оно ещё и колдует?! — Алана переполняло всё возрастающее праведное возмущение. Шоуки же, почувствовавший себя куда лучше — вырастая, тварь то ли сжирала, то ли впитывала проклятие, и то становилось жиже, не так давя на организм.
— Хватайте его в охапку и валите отсюда! — Шоуки вытряхнулся из держащих его рук и, подхватив свои ножи и клинок, засадил их куда-то в бесформенное шерстяное чудище. Бил наугад, совершенно не представляя где у этой туши уязвимые места и жизненно важные органы, и есть ли они вообще…
Но вроде хоть куда-то уязвил, ибо тварь взвизгнула и скакнула вбок.
— Кого хватать?! — заорал Таики, видимо, тоже полуоглушённый воплями белого чудовища.
— Его!! — Шоуки ткнул пальцем в сторону что-то лихорадочно колдующего Алана. Амарими и Шимай, к счастью, уже были достаточно далеко, ускакав вниз по склону. Таики замешкался на мгновение, и Шоуки сам ухватил возмущённо вскрикнувшего северянина за ворот и впихнул в руки кузена. И это — не прекращая тыкать белое и пушистое железом — один из ножей то ли застрял в ране, то ли запутался в шерсти, и отслеживать местоположение твари он мог с закрытыми глазами.