Троецарствие

Гуань-чжун Ло

Когда советник уехал, Мын Да дал знать Шэнь Даню и Шэнь И, что завтра они должны сменить вэйские знамена и значки на ханьские и выступить на Лоян.

Тут Мын Да доложили, что недалеко от города виднеются столбы пыли — идут войска, но чьи — неизвестно. Он поднялся на стену и увидел знамя, на котором было начертано: «Военачальник правой руки Сюй Хуан».

Обеспокоенный Мын Да сбежал со стены и приказал убрать подъемный мост. Сюй Хуан на разгоряченном коне подскакал к краю рва и закричал:

— Мятежник Мын Да! Сдавайся!..

Мын Да схватил лук. Стрела

попала Сюй Хуану прямо в лоб. Вэйские воины подхватили упавшего военачальника и поспешно отступили. Со стены стреляли им вслед.

Мын Да хотел выйти из города и начать преследование отступающего противника, но тут все вокруг потемнело — солнце заслонили тучи знамен! Это подошла армия Сыма И.

— А на деле вышло так, как предсказывал Чжугэ Лян! — со вздохом произнес Мын Да, обратившись лицом к небу.

В городе заперли ворота и приготовились к обороне.

Между тем воины привезли раненого Сюй Хуана в лагерь. Вызвали лекаря, он вынул из глубокой раны во лбу наконечник стрелы, но спасти Сюй Хуана не смог — к вечеру тот скончался. Было ему в то время пятьдесят девять лет. Сыма И приказал отправить гроб с телом Сюй Хуана в Лоян и там похоронить с надлежащими почестями.

Ранним утром на следующий день Мын Да снова поднялся на городскую стену и увидел, что вэйские войска, словно железным обручем, опоясали город. Мын Да охватили страх и сомнения, но тут он увидел, как к городу через осаду прорываются два отряда войск, на знаменах которых написано: «Шэнь Дань» и «Шэнь И». Мын Да, решив, что к нему пришла подмога, открыл ворота и ударил на врага.

— Стой, мятежник! — закричали Шэнь Дань и Шэнь И. — Принимай свою смерть!

Мын Да пытался найти спасение в городе, но со стены его осыпали стрелами. Ли Фу и Дэн Сянь кричали ему:

— Мы уже сдали город!..

Мын Да бросился в сторону. Но и он сам, и его конь были сильно утомлены. Шэнь Дань быстро настиг его и ударом меча отрубил ему голову.

Ли Фу и Дэн Сянь широко открыли ворота и встретили Сыма И. Наведя в городе порядок, он приказал выдать награды воинам и отправил вэйскому государю доклад о победе над Мын Да.

Цао Жуй возликовал и отдал приказ отправить отрубленную голову Мын Да в Лоян и выставить ее там на базарной площади на показ толпе. Шэнь Даню и Шэнь И вэйский правитель пожаловал титулы и повелел отправляться в поход вместе с Сыма И. Ли Фу и Дэн Сянь остались охранять Синьчэн и Шанъюн.

Вскоре Сыма И с войсками подошел к Чананю и расположился лагерем. Затем он отправился в город, где был принят вэйским государем. Цао Жуй радостно встретил его и сказал:

— Прежде мы были так неразумны и непроницательны, что дали возможность врагу посеять между нами вражду. Мы виноваты и раскаиваемся! Благодарим вас за подвиг и преданность нам! Если бы вы не обуздали Мын Да, мы потеряли бы обе столицы…

— О мятежных замыслах Мын Да я узнал от Шэнь И, — отвечал Сыма И. — Я должен был послать доклад государю и испросить указ на поход против мятежника, но если бы я стал дожидаться повеления Сына неба, Чжугэ Ляну удалось бы осуществить свой план.

С

этими словами Сыма И прочитал Цао Жую письмо Чжугэ Ляна, попавшее в его руки.

— Ваш ум и ваша проницательность затмевают таланты Сунь-цзы и У-цзы! — воскликнул обрадованный Цао Жуй. Он пожаловал Сыма И золотую секиру и даровал право в важных и спешных делах действовать по своему усмотрению, не испрашивая императорских указов. После этого Сыма И был вручен приказ выступить в поход против шуской армии.

— Разрешите мне выбрать начальника передового отряда, — попросил Сыма И.

— Кого назначить на эту должность? — спросил Цао Жуй.

— Военачальника правой руки Чжан Го, — ответил Сыма И.

— Мы сами думали о нем! — улыбнулся Цао Жуй.

Вскоре войско Сыма И выступило из Чананя.

Вот уж поистине:

Мало того, что разумный сановник использует знанья умело,Он полководца отважного просит возглавить военное дело.

О том, кто одержал победу в этом походе и кто потерпел поражение, вы узнаете из следующей главы.

Глава девяносто пятая

в которой повествуется о том, как Ма Шу отверг данный ему совет и потерял Цзетин, и как Чжугэ Лян игрой на цине заставил Сыма И отступить

Итак, вэйский государь назначил Чжан Го начальником передового отряда армии полководца Сыма И. Одновременно Цао Жуй послал военачальников Синь Пи и Сунь Ли с пятидесятитысячным войском на помощь Цао Чжэню.

Сыма И во главе двухсоттысячной армии миновал пограничную заставу и, расположившись лагерем, вызвал к себе в шатер Чжан Го и сказал ему:

— Чжугэ Лян очень осторожен в своих действиях. На его месте я давно уже пересек бы долину Цзы-у и взял Чанань. Но он не захотел рисковать и теперь двинет войска через долину Сегу и пойдет к Мэйчэну. Овладев Мэйчэном, он разделит свое войско на две армии, и одна из них направится в долину Цигу. Я уже предупредил Цао Чжэня, чтобы он оборонял Мэйчэн и в открытый бой не вступал. Военачальникам Синь Пи и Сунь Ли я приказал закрыть вход в долину Цигу и ударить на врага, как только он подойдет.

— Куда вы сейчас поведете войско? — спросил Чжан Го.

— Я хорошо знаю местность западнее хребта Циньлин, — отвечал Сыма И. — Там есть дорога, проходящая через небольшое селение Цзетин, а рядом с Цзетином находится городок Лелючэн. Вот это место и есть горло Ханьчжуна. Чжугэ Лян думает, что Цао Чжэнь не готов к обороне, и выступит против него, а мы тем временем направимся к Цзетину. Оттуда недалеко и до Янпингуаня. Если же Чжугэ Лян узнает, что я занял Цзетин и таким образом отрезал ему пути подвоза провианта, он не усидит в Лунси и поспешит обратно в Ханьчжун. Тогда я нападу на него и одержу полную победу. Если же Чжугэ Лян сразу уйдет, я займу все дороги. Месяц без провианта — и все шуское войско перемрет с голоду, а сам Чжугэ Лян так или иначе попадет в мои руки.