Троецарствие
Шрифт:
В это время в Сянъяне находился Цао Жэнь. Когда ему доложили, что к городу приближаются войска Гуань Юя, он встревожился и решил не выходить в открытый бой. Но с этим решением не согласился его помощник Ди Юань:
— Вэйский ван повелел вам, в союзе с Сунь Цюанем, захватить Цзинчжоу. А враг сам пришел к вам, — это означает, что он ищет свою гибель. Зачем же вы прячетесь от него?
— И все же лучше обороняться, — возразил советник Мань Чун. — Я хорошо знаю Гуань Юя. Он храбр и находчив, воевать с ним надо очень осторожно.
— Вот совет книжника! — ехидно заметил военачальник
Цао Жэнь послушался Сяхоу Цуня и, оставив Мань Чуна охранять город, сам повел войско навстречу Гуань Юю.
Узнав об этом, Гуань Юй вызвал к себе Гуань Пина и Ляо Хуа и обсудил с ними план действий.
Войска противников построились в боевые порядки. На поединок выехал военачальник Ляо Хуа. Его встретил Ди Юань. После двадцати схваток Ляо Хуа обратился в бегство. Ди Юань погнался за ним. Цзинчжоуские войска отступили на двадцать ли.
На другой день Цао Жэнь снова вызвал противника на бой. Сяхоу Цунь и Ди Юань выехали вперед. Но и на этот раз цзинчжоуское войско потерпело поражение и, преследуемое противником, отступило опять на двадцать ли.
Вдруг где-то позади послышались оглушительные крики, загрохотали барабаны, затрубили рога. Передовой отряд Цао Жэня быстро повернул обратно, но тут на него напали Гуань Пин и Ляо Хуа. Цао Жэнь понял, что попался в ловушку, и бежал по дороге в Сянъян, увлекая за собой беспорядочно отступающее войско. Но перед ними неожиданно вырос целый лес разноцветных знамен. Впереди мчался с мечом в руке сам Гуань Юй. Цао Жэнь, даже не подумав ввязываться в бой, повернул на боковую дорогу, в надежде добраться до Сянъяна окружным путем. Гуань Юй не стал его преследовать.
Тут к этому месту подоспел Сяхоу Цунь с отрядом и яростно напал на Гуань Юя, но в первой же схватке пал от удара меча Черного дракона. Ди Юань пытался спастись бегством, но его настиг Гуань Пин и снес ему голову. Более половины воинов Цао Жэня нашло свою смерть в глубоких водах реки Сянцзян. Цао Жэнь засел в Фаньчэне.
Гуань Юй быстро овладел Сянъяном, наградил своих воинов и установил в городе порядок. Тогда сы-ма Ван Фу сказал:
— Одним ударом вы взяли Сянъян и устрашили врага, но все же выслушайте мои неразумные слова: ныне Люй Мын, полководец Восточного У, расположился с войсками в городе Лукоу и помышляет о захвате округа Цзинчжоу. Что будет, если он нападет, пока вас там нет?
— Я уже подумал об этом, — отвечал Гуань Юй. — Этим делом займетесь вы. Осмотрите берег вверх и вниз по реке на протяжении двадцати — тридцати ли и на самых высоких холмах постройте сигнальные башни; в каждой башне оставьте стражу в пятьдесят воинов. Если Люй Мын вздумает переправляться через реку ночью, вы зажжете большой огонь, если же это случится днем, дадите дымовой сигнал. По вашему сигналу я сам ударю на врага.
— Хотя военачальники Ми Фан и Фуши Жэнь охраняют две важнейших крепости в горах, но мне кажется, что они недостаточно ревностны. Необходимо усилить охрану Цзинчжоу, — добавил Ван Фу.
— Я уже послал для надзора за ними чжи-чжуна Пань
— Но ведь Пань Сюнь завистлив и жаден. Пожалуй, не стоило давать ему такое поручение, — усомнился Ван Фу. — Лучше было бы послать Чжао Лэя. Это человек честный и бескорыстный, он выполнит любое задание и из десяти тысяч дел ни в одном не ошибется.
— Я сам знаю, кто такой Пань Сюнь, — оборвал его Гуань Юй, — но раз я послал его, менять решения не буду. Чжао Лэй сейчас ведает снабжением войск — это тоже немаловажное дело. Не будем об этом говорить. Отправляйтесь строить сигнальные башни по берегу реки.
Огорченный Ван Фу поклонился и вышел. Гуань Юй приказал Гуань Пину готовить лодки для переправы через реку Сянцзян: он готовился к захвату Фаньчэна.
Потеряв в бою двух военачальников, Цао Жэнь укрылся за городскими стенами Фаньчэна.
— Я очень сожалею, — сказал он советнику Мань Чуну, — что вовремя не послушался вас. Теперь и Сянъян потерян и войско разбито. Как мне быть?
— Гуань Юй — полководец Тигр, — отвечал Мань Чун, — у него достаточно и ума и храбрости; обороняйтесь, но не вступайте с ним в бой.
Во время этого разговора Цао Жэню доложили, что армия Гуань Юя переправляется через Сянцзян и идет на Фаньчэн. Цао Жэнь совсем растерялся.
— Помните: обороняйтесь, но не выходите из города! — повторил ему Мань Чун.
Но военачальник Люй Чан запальчиво воскликнул:
— Я берусь сбросить в реку самого Гуань Юя и все его войско!
— Это невозможно! — запротестовал Мань Чун.
— От начетчиков только и слышишь: «Обороняйтесь!» — обозлился Люй Чан. — А как на деле разбить врага? Разве вам не известно, что в «Законах войны» сказано: «Нападай, когда половина войск противника переправится через реку». Сейчас войско Гуань Юя переправляется через Сянцзян, а вы что советуете? Трудно биться, когда враг стоит у стен города!
Уступив настояниям Люй Чана, Цао Жэнь послал его с двумя тысячами воинов в бой. Люй Чан вышел из города и подошел к реке. Здесь он увидел развернутые знамена противника и впереди самого Гуань Юя на коне, с обнаженным мечом в руках. Люй Чан хотел вступить в бой, но воины его, испугавшись грозного вида Гуань Юя, обратились в бегство. Люй Чан кричал, приказывая им остановиться, — все было напрасно. Гуань Юй перебил половину отряда Люй Чана; оставшиеся в живых укрылись в городе.
Цао Жэнь погнал гонца к Цао Цао с просьбой немедленно прислать подмогу. Гонец прибыл в Сюйчан и вручил письмо Цао Цао, из которого тот узнал, что Гуань Юй захватил Сянъян и окружил Фаньчэн.
«Город в опасности. Надеюсь, что вы, не теряя времени, пошлете на помощь одного из ваших военачальников с войском», — такими словами заканчивалось письмо.
Цао Цао посмотрел на стоявших перед ним военачальников и обратился к одному из них:
— Ты возьмешься снять осаду Фаньчэна?
Военачальник, кивнув головой, вышел вперед. Это был Юй Цзинь.
— Назначьте начальника передового отряда, — сказал он, — и мы немедля выступим в поход.
— Кто поведет передовой отряд? — снова обратился Цао Цао к присутствующим.