Троецарствие
Шрифт:
Ночью они вступили в бой, который длился до самого рассвета. Армия Юань Шао понесла огромные потери.
Затем Сюй Ю предложил Цао Цао новый план:
— Распространите слух, что вы посылаете один отряд захватить Суаньцзао и Ецзюнь, а другой — на Лиян, якобы с целью отрезать Юань Шао путь к отступлению. Он испугается и пошлет туда подкрепление. А мы, пока войско Юань Шао будет на марше, разгромим его лагерь. Враг будет разбит вне всякого сомнения!
Когда Юань Шао со всех сторон стали доносить о готовящемся двойном нападении, он послал Юань Шана с большим войском на помощь в Ецзюнь, а Синь
Как только эти войска ушли, Цао Цао атаковал лагерь Юань Шао, воины которого потеряли всякую охоту сражаться и обратились в повальное бегство. Сам Юань Шао не успел даже облачиться в латы. Он вскочил на коня в простой одежде, с повязкой на голове. Сын его Юань Тань не отставал от него.
За ними погнались Чжан Ляо, Сюй Чу, Сюй Хуан и Юй Цзинь. Юань Шао переправился через реку так поспешно, что забыл о своих книгах, бумагах, повозках, золоте, тканях. С ним бежали только восемьсот всадников. Воинам Цао Цао догнать его не удалось. Они захватили все брошенные вещи и убили более восьми тысяч человек. Кровь лилась ручьями, утонувших в реке было великое множество. Цао Цао одержал большую победу. Захваченные драгоценности он роздал своим воинам и военачальникам.
Цао Цао извлек из бумаг пачку писем. Это была секретная переписка между Юань Шао и его тайными единомышленниками в Сюйчане.
— Запишите все имена и накажите изменников! — советовали Цао Цао приближенные.
— Не нужно, — возразил Цао Цао. — Когда Юань Шао был могуществен, я сам не знал, как от него защититься. Чего же требовать от других!
Бумаги он велел сжечь и больше об этом не упоминать.
Между тем, когда армия Юань Шао обратилась в бегство, Цзюй Шоу, находившийся в темнице, не мог скрыться. Его захватили и привели к Цао Цао. Тот давно его знал.
— Я не покорюсь! — еще издали закричал Цзюй Шоу.
— Юань Шао по глупости своей не пользовался вашими советами, — сказал ему Цао Цао. — Почему вы так упорствуете в своем заблуждении? Если бы я мог привлечь вас на свою сторону раньше, мне не пришлось бы беспокоиться о Поднебесной!
Цао Цао милостиво обошелся с пленником и оставил его в своем лагере. Но Цзюй Шоу похитил коня и хотел бежать к Юань Шао. Тогда Цао Цао в гневе велел его казнить. До последнего вздоха Цзюй Шоу сохранял присутствие духа.
— Увы! Я сгоряча убил честного человека! — горевал Цао Цао и приказал с почестями похоронить Цзюй Шоу.
«Здесь похоронен благородный и непоколебимый Цзюй Шоу» — так гласила надгробная надпись на могиле. Потомки воспели Цзюй Шоу в стихах:
В Хэбэе знали все давно Цзюй ШоуКак человека мудрости отменной.Легко читал он знаменья небесИ тайны вражьи постигал мгновенно.С железным сердцем прожил он свой век,В опасных битвах воспарял, как птица.И Цао Цао, честь ему воздав,Его в отдельной схоронил гробнице.Вслед за тем Цао Цао отдал приказ о нападении на Цзичжоу.
Поистине:
Один был хитерНа чьей стороне оказалась победа, вы узнаете из следующей главы.
Глава тридцать первая
в которой повествуется о том, как Цао Цао разбил Юань Шао в Цантине, и о том, как Лю Бэй нашел убежище у Лю Бяо в Цзинчжоу
Воспользовавшись поражением Юань Шао, Цао Цао привел в порядок свои войска и бросился в погоню за врагом.
Юань Шао в одной рубахе и головной повязке бежал на северный берег реки в Лиян. У него теперь оставалось всего восемьдесят всадников.
Из лагеря навстречу ему выехал да-цзян Цзян И-цюй, которому Юань Шао поведал обо всем происшедшем. Воины Юань Шао, узнав о том, что их полководец жив, снова стали собираться к нему, как муравьи.
Юань Шао решил возвратиться в Цзичжоу. В пути ему пришлось остановиться на ночлег в пустынных горах. Поздней ночью до слуха Юань Шао, находившегося в шатре, донесся плач. Юань Шао вышел из шатра. Плакали воины, потерпевшие поражение, рассказывая друг другу о горечи похорон и гибели братьев, о расставании с товарищами и потере родных. Они ударяли себя в грудь и, рыдая, восклицали:
— О, если бы он послушался Тянь Фына, разве мы испытали бы столько горя!
— Да, я не слушался Тянь Фына, — с раскаянием прошептал Юань Шао, — и вот теперь армия моя разбита, военачальники погибли. Как мне смотреть людям в глаза?
На следующий день их встретил Фын Цзи со своим отрядом.
— Что мне делать? — были первые слова, с которыми обратился к нему Юань Шао. — Я не послушался Тянь Фына и потерпел поражение! Мне стыдно встретиться с этим человеком!
— А вы знаете, когда Тянь Фын в темнице узнал о вашем поражении, он от радости захлопал в ладоши и воскликнул: «Разве вышло не так, как я предсказывал?»
— Болван! — вспылил Юань Шао. — Он еще смеет насмехаться надо мной! Убить его!
Юань Шао вручил гонцу меч и велел ему мчаться в Цзичжоу и убить Тянь Фына.
Между тем один из стражей сказал Тянь Фыну, все еще томившемуся в заключении:
— Позвольте мне первому поздравить вас с радостным событием!
— С чем вы можете меня поздравить? — поинтересовался узник.
— Юань Шао разбит! Теперь он будет относиться к вам с должным уважением и слушаться ваших советов!
— Теперь мне конец! — усмехнулся Тянь Фын.
— Все радуются за вас! Почему вам вдруг вздумалось говорить о смерти? — изумился тюремщик.
— Юань Шао внешне великодушен, а в душе мелочен, — произнес Тянь Фын. — Вот если бы я обрадовался его победе, он, может быть, и простил бы меня, но так как он разбит и стыдится своего поражения — мне больше не жить!
Тюремный страж не хотел верить до тех пор, пока прискакавший гонец не сообщил ему, что Юань Шао требует голову Тянь Фына. Тюремщик был потрясен и залился слезами.
— Я был твердо уверен, что умру, — сказал ему Тянь Фын. — Глуп тот муж, который служит господину, совершенно не зная его! Сегодня я умру, и нечего обо мне жалеть!