Трое за границей
Шрифт:
В ту минуту общего веселья большого значения этому обстоятельству никто не придал. Имелось три джентльмена и три адреса. Как представляется, мысль была такова: даже если произойдет ошибка, участников можно будет пересортировать наутро. В общем, трое джентльменов были погружены на извозчика, относительно говоря трезвый студент взял в руки карточки, и экипаж стартовал, напутствуемый здравицами и добрыми пожеланиями всей компании.
Немецкое пиво имеет одно преимущество: оно не пьянит в том смысле, как слово «пьяный» понимается в Англии. В пьяном нет ничего страшного;
Распорядитель мальчишника направил извозчика по ближайшему адресу. Здесь студент занялся самым безнадежным из трех (вполне естественно было избавиться в первую очередь от него). На пару с извозчиком они затащили его наверх и позвонили в дверь (это был пансионат). Дверь открыл сонный консьерж. Они втащили свой груз и стали смотреть, где бы его бросить. Дверь в спальню оказалась открыта, комната оказалась пуста — лучше не придумаешь. Они поснимали с англичанина все, что снялось без труда, и выложили на постель. Покончив с первым, студент и извозчик, довольны собой, вернулись к карете.
Поехали по следующему адресу. На этот раз в ответ на призывные клики возникла женщина в капоте, с книгой в руках. Немецкий студент справился по верхней из двух оставшихся карточек и спросил, не имеет ли он удовольствия говорить с фрау Y. Выяснилось, что имеет (все удовольствие, о каком стоило упоминать, перепадало на долю студента); студент объяснил фрау Y., что господин, который в данный момент спит, прислонившись к стене, — ее супруг. Никакого энтузиазма встреча с супругом у нее не вызвала; она просто открыла дверь в спальню и вышла прочь. Студент с извозчиком взяли джентльмена и уложили в постель. Утруждаться раздеванием второго господина они не стали, потому что уже начали уставать. Хозяйка больше не появлялась; они удалились, таким образом, не попрощавшись.
Последняя карточка принадлежала холостяку — тот остановился в отеле. Они привезли своего третьего, таким образом, в этот отель, выдали его ночному консьержу и с этим оставили.
Вернемся по адресу первой доставки; вот что там происходило. Часов за восемь до всей катавасии господин Х. оповещает госпожу Х.:
— Я не говорил тебе, дорогая, что сегодня меня приглашают на то, что у них, кажется, называется «Kneipe»?
— Что-то вроде бы говорил, — отвечает госпожа Х. — А что значит «Kneipe»?
— Своего рода холостяцкая вечеринка, дорогая. Студенты встречаются, поют, общаются и... И курят — все, в общем, такое.
— Ах! Надеюсь, тебе понравится! — отвечает госпожа Х., женщина милая и рассудительная.
— Будет интересно, — замечает господин Х. — Мне всегда было любопытно на такой побывать. Вероятно, — продолжает господин Х., — я имею в виду, не исключено... Что вернусь я поздно.
— Поздно — это когда? — интересуется госпожа Х.
— Так просто не скажешь, — хмыкает господин Х. — Ты знаешь, эти студенты, они сумасброды... А когда в компании... Думаю, выпивается немало тостов... В общем, я не уверен, что со мной будет. Если получится, я вернусь пораньше...
Госпожа Х., которая, как я заметил выше, была женщина рассудительная, предлагает:
— Лучше попроси, чтобы тебе дали ключ. Я буду спать с Долли, и ты меня не разбудишь, хоть среди ночи.
— По-моему, идея отличная, — соглашается господин Х. — Еще не хватало тебя разбудить. Я просто тихонько войду и быстро в постель.
Поздно ночью, или вообще под утро, Долли, сестра госпожи Х., села на постели и прислушалась.
— Дженни, ты спишь?
— Нет, дорогая... Все нормально. Спи.
— Но что это? Не пожар?
— Думаю, — успокоила госпожа Х., — это Перси. Скорее всего, споткнулся в темноте обо что-нибудь. Не волнуйся, дорогая, иди спать.
Но как только Долли уснула, госпожа Х., которая была хорошей женой, подумала, что надо потихоньку встать и проверить, все ли у Перси в порядке. И вот, набросив халат и нашарив тапочки, она тихонько прошла по коридору к себе в спальню. Чтобы разбудить джентльмена в постели, потребовалось бы землетрясение. Она зажгла свечу и неслышно подошла к кровати.
Это был не Перси. На Перси это было вообще не похоже. Этот человек никогда не смог бы стать ее мужем, ни при каких обстоятельствах. В его теперешнем состоянии она испытала к нему самую категоричную антипатию. Ей захотелось только одного — от него избавиться.
И все-таки было в нем что-то как бы знакомое. Она подошла ближе и всмотрелась. Тогда она вспомнила: точно, это был господин Y., джентльмен, у которого они с Перси обедали в первый день по приезде в Берлин.
Но что ему здесь было надо? Она поставила свечу на столик, присела, обхватив руками голову, и стала думать. Вдруг ее осенило: ведь Перси поехал на «Kneipe» как раз с этим господином Y.! Произошла ошибка: господина Y. доставили домой по адресу Перси. А Перси в этот самый момент...
Жуткие перспективы развития ситуации развернулись у нее перед глазами. Вернувшись в комнату Долли, она торопливо оделась и тихонько спустилась по лестнице. К счастью, мимо катил ночной извозчик, и она отправилась по адресу г-на Y. Приказав извозчику ждать, она взлетела наверх и требовательно позвонила в дверь. Дверь открыла все та же миссис Y., все в том же халате и с той же книгой в руке.
— Госпожа X.! — воскликнула госпожа Y. — Что случилось?
— Мой муж! — все, что могла сообщить бедная госпожа X. — Он здесь?
— Госпожа X.! — возмутилась госпожа Y., выпрямляясь. — Как вы смеете!
— Ох, что вы, я не про это! — взмолилась госпожа X. — Это все ужаснейшая ошибка! Они, наверно, принесли моего бедного Перси к вам, вместо дома, я уверена, да! Прошу вас, сходите и посмотрите.
— Милочка, — успокоилась госпожа Y., которая была намного старше и наставительней, — не волнуйтесь. Они принесли его полчаса назад, и, сказать по правде, я на него даже не посмотрела. Он здесь. По-моему, они не потрудились даже снять с него обувь. Вы не волнуйтесь, мы стащим его сюда, переправим домой, все останется между нами, и концы в воду.