Триумф экстаза
Шрифт:
Эдгар равнодушно махнул рукой:
— Согласен. Делай все, что пожелаешь, только не разрушай дом до основания.
— Но мне нужна помощь слуг, а Эвис мне отказывает! Эдгар снял ноги со стола, встал и подошел к ней:
— Если ты, как ты выражаешься, хозяйка дома, то научись справляться с Эвис. — Он сел рядом с Женой. — Что у тебя за глаза, дорогая. Словно голубые бриллианты. Потрясающие.
Не обращая внимания на его лестные слова и обжигающий взгляд, Эмили нервно продолжала:
— Но
Эдгар смуглым пальцем поднял ее голову за подбородок, заставляя посмотреть в его горящие глаза.
— Нет, но в твоей власти, дорогая, заставить меня передумать.
— О! — Она вскочила как раз вовремя, чтобы увернуться от приближающихся губ Эдгара, и бросилась к двери. — Ты отвратителен!
Эмили уже схватилась за дверную ручку, но он мгновенно оказался рядом. Его губы коснулись ее уха.
— Господи, какая ты сладкая! Эмили, дорогая, пойдем наверх, — прошептал Эдгар умоляющим голосом.
На мгновение ее окутали восхитительная покорность и нежность. Она почувствовала на губах его теплое дыхание. Но Эмили опомнилась и толкнула Эдгара в грудь.
— Ты избавишься от портрета? Если нет, тебе придется меня изнасиловать!
Эдгар отстранился, лицо его снова потемнело от гнева.
— Опять этот чертов портрет! Эмили, я не хочу, чтобы ты заменила Оливию, это все исключительно твое воображение! У меня совсем другие причины не отдавать этот портрет Аарону!
— Да? Ты все еще ее любишь! — крикнула Эмили.
— Господи Иисусе! — прошипел он, отступая и сжимая кулаки. — Почему ты так испытываешь мое терпение, женщина?
— Эдгар, почему ты не хочешь меня отпустить? На этой неделе Дэвид возвращается в Хьюстон и…
— Отпустить тебя! — пробормотал Эдгар. — Отпустить тебя с Дэвидом! Если ты хочешь, чтобы я тебя изнасиловал, только заговори об этом еще раз!
Вскрикнув в бессильной ярости, Эмили выбежала из кабинета.
Глава 18
8 мая 1841 года
Позднее Эмили разыскала Марию. Она решила, что отрез золотистого канифаса, который Дэвид купил ей в Хьюстоне, очень пойдет мексиканке, и собиралась предложить сшить ей платье. Бедная Эмили все еще надеялась преодолеть пропасть между ними.
— Ты не видел Марию? — спросила она Дэвида в гостиной.
— Видел, дорогая. Мы вместе только что вернулись с прогулки, и она еще на конюшне приводит в порядок коней.
— Она чистит коней? — переспросила Эмили, изумленно поднимая одну бровь. — Странное занятие для молодой девушки.
Губы Дэвида тронула лукавая улыбка:
— У Марии просто дар обращаться с животными, Эмили. Но как странно, что ты это сказала.
— Оливия?
— Да. Семь лет назад, когда отца Марии наняли старшим конюхом, девочка все время проводила с ним. Но Оливия положила этому конец, заявив, что конюшня — не место для десятилетнего ребенка, что Мария может увидеть у животных нечто… — Дэвид смутился, — неподобающее.
Эмили невольно рассмеялась:
— Это вполне возможно. Но интересно то, что Оливию волновало благополучие девочки.
— Да. Она на какое-то время привязалась к Марии, покупала ей платья и куклы, учила девочку говорить по-английски и тому подобное.
— Как это мило с ее стороны. Но ты сказал — на время? А потом отношение Оливии изменилось?
Дэвид несколько секунд непонимающе смотрел на Эмили. Потом вдруг щелкнул пальцами.
— Господи, я только что вспомнил! Сегодня по почте пришли важные бумаги, и мне нужно немедленно показать их дяде. Ты меня извинишь?
— Конечно. — Эмили, нахмурившись, смотрела вслед Дэвиду, который быстро удалялся по залитому солнцем коридору.
Почему-то она подозревала, что молодой Эшленд солгал ей насчет срочной корреспонденции, для того чтобы избежать расспросов насчет Оливии. Озадаченная, Эмили пошла к конюшне. Ветхая дверь со скрипом открылась, и косой солнечный луч упал на посыпанный сеном пол. В воздухе висела густая пыль, и Эмили поморщилась от резкого запаха. Вдруг она услышала испанскую мелодию и двинулась вдоль длинного ряда загородок, заглядывая в каждое стойло. Но видела в них лишь коней, жующих сено и зерно.
— Мария? Это Эмили.
Пение оборвалось, и деревянная дверца стойла распахнулась.
Девушка, одетая в черный бархатный костюм для верховой езды, в упор смотрела на Эмили, сурово сдвинув брови.
— Да, сеньора?
Эмили сделала глубокий вдох и улыбнулась.
— Я хотела с тобой поговорить. Можно, я зайду к тебе на минутку? — Эмили недоверчиво взглянула на крупного гнедого. — Если конь не будет возражать.
К ее удивлению, Мария рассмеялась.
— Коппер — просто ягненок, сеньора. Не бойтесь, мы вас не обидим.
Эмили с уважением посмотрела на девушку.
— Знаешь, лошади меня немного пугают, а тебя нет?
Мексиканка пожала плечами, она стала чистить щеткой бок крупного животного, бормоча тихо непонятные испанские слова, которые, казалось, успокаивали Коппера.
— Что вы хотите мне сказать, сеньора? — спросила Мария, не глядя на Эмили.
— У меня есть красивый отрез золотистого канифаса, Мария. Я подумала, что из него выйдет для тебя хорошенькое платье.
— Какая вы добрая, но не затрудняйте себя, сеньора. Сеньор Эдгар обеспечивает меня всем необходимым.