Тритон
Шрифт:
Но как бы Галену не хотелось высказать им все это прямо в лицо, он не станет этого делать. Это его единственный шанс, сколь малым бы он ни был, добиться желаемого ответа для них с Эммой. И он не собирается его упустить, никоим образом.
Рейчел расставила побольше стульев, чтобы устроить всех собравшихся. Стол, который они занимают, сияет ярче, чем блеск для губ Эммы. В отличие от человеческих встреч, на которые Гален ходил с Рейчел продавать свои подводные находки, здесь нет ни бумаг на столе, ни чашек с кофе, ни мобильных телефонов. Да и большая часть присутствующих
– Спасибо, что пришли, - говорит Гален. Он занимает свое место рядом с Громом, который сидит во главе стола. Соответственно, на другом конце стола расположился Антонис, в окружении Рейны и Торафа. Эмма садится слева от Галена. Ему не нужно смотреть на нее, чтобы узнать, что она хмурится на него.
Гром начинает.
– Король Антонис любезно передал нам ваше сообщение, а вам - наш ответ. Огромная благодарность вам за это, Ваше Высочество.
Антонис скучающе кивает.
– Мы бы очень хотели узнать, что у вас есть рассказать нам, - продолжает Гром.
– Выбрали ли вы кого-то, чтобы он говорил от имени совета?
Гален ничуть не удивляется, когда руку поднимает Тандел.
– Я был выбран, Ваше Величество.
Гром кивает ему и выражение лица Тандела сменяется с встревоженного на извиняющееся.
– Сперва, я хотел бы сказать от имени присутствующих здесь - как и тех, кого здесь нет,- нам очень жаль, что суд состоялся подобным образом.
Когда никто из королевской семьи не выражает ни принятия, ни возражения его раскаяния, Тандел продолжает, уже менее уверенно.
– Честно говоря, мы сожалеем, что трибунал вообще состоялся. Мы не имели права ставить под вопрос действия монархов. Было позорным для нас позволить Джагену затуманить наши разумы подобной бессмыслицей.
– Бессмыслицей?
– перебивает его Гален. Он хотел бы, чтобы Тандел был более конкретен. В конце концов, чем больше вины ляжет на плечи Архивов, тем больше шансов у Галена добиться от них желаемого.
Тандел кивает.
– Немыслимо, чтобы простачка могла обладать Даром Посейдона.
Гален не упускает, как он мельком зыркает на Эмму.
– Пака пошла на встречу и сама признала свою вину в заговоре. Все было, как вы и сказали, король Гром. Она выучила сигналы руками у людей, пока была на суше.
– А что насчет Налии?
– Гром делает жест в ее сторону.
– Какой вывод сделал совет касательно ее?
– Остаются свидетели, утверждающие, что не распознают ее пульса, Ваше Высочество. Тем не менее, - поспешно добавляет Тандел, стоило Грому оскалиться, - мы должны признать, что раз Пака и Джаген солгали, то и некоторые их приспешники из Верных могли поступить точно так же, и продолжают в этом же духе. Совету также стало известно, что Джаген
Гром складывает руки на столе.
– И?
– Мы готовы признать голубоглазую Сирену как Налию, наследницу Посейдона. В конце концов, у нас есть показания от уважаемых Ищеек и Архивов, настаивающих на том, что это она.
– Вы прекрасно знаете, что я связал себя с Пакой только из-за мысли, что у нее есть Дар Посейдона. Что с этим?
– Я не уверен, что понимаю ваш вопрос, Ваше Высочество.
– Я совершенно уверен, что вам вполне ясно, о чем я прошу. Вы знаете, что я был нареченным Налии до взрыва мины. Вы же понимаете, что я вступил в союз с Пакой из-за ее ложного притворства. И вам известно, что мы не довели до конца наши брачные отношения.
Тандел вздыхает.
– Ваш брак с Пакой законен, Ваше Высочество. У нас нет основания для расторжения союза. Единственным основанием является супружеская измена.
– Тогда зачем вы сюда пришли?
– возмущается Рейна.
– Вы знали, о чем мы будем просить. С чего бы еще мы волновались, наследница Посейдона Налия или нет? Чтобы она могла спокойно плавать себе бестолку? Ей предназначено быть с моим братом. У вас совес…
– Довольно, Рейна, - обрывает ее Гром. Но тут же добавляет, пока она не успела обидеться: - Спасибо за столь четкие аргументы.
Гален заметил, что со времени возвращения Налии, Гром стал более терпеливым в отношении Рейны. Это наталкивает Галена на мысль, что должно быть, из-за сильной схожести с Налией, Гром старался держать сестру на расстоянии все это время. Все-таки, они и правда схожи характером -обе строптивые и склонные искать неприятностей. Разоблачение заставляет Галена улыбнуться.
Гром обращает все свое внимание к Танделу, выжидающе глядя на него.
– Этого вы просите в обмен на вашу помощь?
– спрашивает Тандел.
Гром уже готов это подтвердить, но Гален его останавливает.
– Нет, - говорит он настойчиво.
– Это только одно из наших требований.
Гром округляет глаза, но позволяет Галену продолжить.
– Вы не только нарушили закон своим предательским трибуналом. Вы нарушаете закон прямо сейчас, сидя здесь, в помещении, созданном человеческими руками, и в одежде, предназначенной для людей. Скажите мне, почему вы нарушаете закон сейчас?
Тандел, похоже, заволновался.
– Вы сами просили о нашем присутствии здесь, Ваше Высочество.
– И вы согласились? Почему вы согласились?
– Мы пришли для решения проблемы, угрожающей нашему виду.
– Значит, вы пересмотрели закон ради этой уступки. Ради блага всех Сирен.
Тандел с неохотой кивает.
– Можно сказать и так, Ваше Высочество.
Гален наклоняется вперед, складывая руки перед собой на столе. Он пристально смотрит в глаза каждому Архиву. Он старается донести до них, что он говорит с каждым из них и со всеми, как с советом.
– Я попрошу вас сделать это снова.