Тринадцать
Шрифт:
— А, на сегодня пока всё, — обратился он к взирающим на него лицам. — Увидимся через неделю.
Аудитория постепенно пустела.
Капитан Логинов продолжал сидеть на месте. Он наблюдал, как некоторые студенты подходили, что-то спрашивали, что-то записывали, а Логинов не двигался с места. Он подождал, пока последняя студентка покинет помещение, и стал спускаться вниз к кафедре.
— Аристарх Львович, — обратился он к профессору.
— Да, да, — Рокшин посмотрел на него, немного прищурив глаза, —
— Здравствуйте.
— Здравствуйте.
— Я капитан Логинов из следственного отдела, прокуратуры мы с вами вчера говорили по телефону.
— Ах, да! Я, знаете ли, совершенно забыл. — Профессор переложил книги в левую руку и протянул правую для приветствия.
Логинов пожал сухую теплую ладонь профессора и сказал:
— Где бы мы могли с вами поговорить?
— Прошу за мной.
Профессор резко повернулся и зашагал по коридору.
Вот это прыть, думал Логинов, еле поспевая за профессором.
Аристарх Львович присеменил к высокой двери своего кабинета, и повернулся, дав понять капитану, что они пришли.
Размеры профессорского кабинета на капитана произвели впечатление. По сравнению с той коморкой, в которой он работал, и которую делить ещё с двумя работниками отдела, этот кабинет показался ему просто хоромами.
— Дышится у вас тут свободно, — стоя в проходе, произнёс Логинов.
— Да вы проходите, — не обращая внимания на комплимент, сказал Аристарх Львович, — мы же не будем говорить в дверях. Прошу вас вот сюда.
Логинов прошел вглубь шикарных апартаментов и сел на тот самый стул, на котором почти три месяца назад нервно ерзала Эльвира.
Профессор, положив бумаги и книги на стол, подошёл к окну и несколько секунд всматривался вдаль.
На какое-то мгновение капитану показалось, что Аристарх Львович совершенно забыл о нём. И как только Логинов открыл рот, профессор повернулся к нему и с задумчивым видом и произнёс:
— А снег то растаял… Жаль. — Он прошёл к своему столу и сел за него. — Я, знаете ли, очень люблю снег. У нас в Стокгольме его почти не бывает.
— Разве вы живёте не здесь? — Капитан пытался поддержать разговор.
— Что вы! Меня ещё ребёнком вывезли из России. — Лицо профессора стало печальным. — Это было в тридцать четвёртом, нет, в тридцать пятом году, мне тогда едва стукнуло три года. Мои родители бежали от тогдашнего режима через Финский залив.
— Выглядите вы гораздо моложе профессор, — глядя на бодрого пожилого мужчину, сказал капитан. Пытаясь подсчитать, сколько же ему всё-таки лет.
— Благодарю за щедрый комплимент. М-да. Так чем я могу быть вам полезен?
— Аристарх Львович, дело в том, что в нашем городе совершено тяжкое преступление — убийство.
— Так…
— Нет, конечно, в нашем городе, к сожалению, это происходит, но дело в том, что порядок
— Любопытно, конечно. Но почему вы решили обратиться ко мне?
— Я навел о вас справки и мне просто не к кому больше обратиться.
— Что ж вновь благодарю за доверие но…
— Прежде чем мы продолжим нашу беседу, — прервал его капитан, — позвольте мне кое-что вам показать.
Логинов достал из потрепанной папки небольшую стопку фотографических снимков, которые были сделаны на месте убийства и в морге.
— Аристарх Львович мне бы хотелось, чтобы вы посмотрели на это, как специалист в своей области.
— Как историк?
— Нет как знаток ритуальных религиозных течений?
— Не знал, что в органах имеются подобные институты. Хотя… — Аристарх Львович глубоко вздохнул.
— Наш отдел занимается религиозными преступлениями: культы, секты, колдовство и прочая нечисть.
— Как занятно, прямо таки инквизиция воплоти. — Аристарх Львович не хотел обидеть молодого человека. — Простите неудачное сравнение.
— Надеюсь у вас крепкий желудок, профессор?
— Не жалуюсь.
— Тогда, прошу вас, — Логинов протянул снимки профессору, — всё что только придет вам на ум даже самое невероятное.
Профессор Рокшин достал из нагрудного кармана очки, нацепил их на самый кончик носа и стал рассматривать снимки.
Логинова очень удивило, с каким спокойным любопытством рассматривал Рокшин то, что было на снимках. Увиденное его ни чуть не удивляло.
— Любопытно, — вот уже в который раз вторил Рокшин.
Затем он положил снимки на стол, встал, подошел к высокому стеллажу с книгами и стал что-то искать.
— Вот, нашёл, — наконец произнёс он, достав с полки толстую книжку. — Любопытно.
— Вы повторяете это слово уже в седьмой раз.
— Возможно, возможно, но ведь действительно любопытно. Вы приходите на лекцию, где я читаю о волках и тотемах и тут эти фотографии.
— Вы увидели тут какую-то связь, профессор?
— Связи я вижу повсюду. Я совершенно не верю в совпадения. Ну-с посмотрим. — Профессор пролистал немного страниц, что-то прочитал и, подняв глаза на капитана, сказал:
— У вас отличное чутье офицер. Это, несомненно, ритуальное убийство.
Аристарх Львович вышел из-за стола, и стал ходить по комнате, перешагивая невидимые предметы, то и дело, кидая взгляды на те снимки, что были сделаны на месте преступления.
— Несчастного убили ведь не там где вы нашли труп, так?
Логинов понял, он не зря притащился сюда, старик что-то знает.
— Вы правильно сделали, что пришли ко мне. — Как будто прочитав его мысли, сказал профессор. — Вот только жаль, что вы не принесли фотографии остальных убитых.