Три
Шрифт:
— Что? Что я такого сказала?
Продолжая давиться словами сквозь смех, я указываю маме на ее промах:
— M&Ms — это конфеты, а M&S — магазин одежды. Подозреваю, что ты имела в виду S&M или BDSM. Но за завтраком такие темы неуместны, мам.
— Дорогие мои, мне просто нравится видеть, как вы краснеете. Я читала «Историю О» [7] , и не настолько ванильна, как вы думаете.
Ее признание вызывает тандем стонов унижения как от меня, так и от Айзека, но, к счастью, мы спасены от дальнейшего смущения, потому
7
«История О» — эротический роман французской писательницы Доминик Ори на садомазохистскую тему. Впервые был издан в 1954 году под псевдонимом Полин Реаж с предисловием Жана Полана. Книга стала культовой для БДСМ-сообщества.
— Доброе утро, из-за чего все эти стоны? Мне показалось, или кто-то попросил мороженое на завтрак?
Мы втроем смотрим друг на друга, безуспешно пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица, но Айзек ломается первым.
— Пап, я просто хочу сказать, что восхищаюсь тобой. Ты мой герой за то, что так долго терпишь маму.
Брату прилетает еще один удар полотенцем, а мой отец просто смотрит на маму с любовью:
— Поверь, это она мой герой. Без нее я бы пропал.
В его словах слышна только искренность, и все шутки сходят на нет, сменяясь ощущением семейного уюта.
Зная о том, что пережила Кэри, и как ей сейчас одиноко, я не только осознаю, насколько у меня потрясающая семья, но и чувствую боль в сердце от того, что у нее нет такой же поддержки.
Мои родственники часто ведут себя как сумасшедшие и иногда приводят меня в бешенство, но нет ничего более желанного, чем быть окруженным истинной любовью.
Остаток дня проходит быстро, и вскоре мне уже пора отправляться на встречу, которую я назначил ранее.
До своего ухода мне нужно отправить Эмме короткое сообщение; я уже объяснил, почему меня важно ее участие, но намеренно не вдавался в детали.
В данный момент они с Джейком находятся на каком-то райском острове, отмечая свой медовый месяц, и я совершенно не хочу их отвлекать, какой бы важной ни была причина.
Собираюсь в школу, о которой мы говорили утром. Спасибо, что согласилась поучаствовать в моей затее.
Ответ приходит как раз в тот момент, когда я запрыгиваю на заднее сиденье такси и сообщаю водителю пункт назначения.
Не терпится узнать побольше. Мне всегда хотелось поучаствовать в проекте такого рода, и Джейк всецело за. Держи меня в курсе.
Я пишу «Спасибо» и минут через десять подъезжаю к охраняемым воротам спецшколы для детей с ограниченными возможностями.
Надпись вверху гласит: «Добро пожаловать в школу и центр Тринити-Уотерс», а внизу: «Пожалуйста, сообщите о своем визите по внутренней связи».
Я благодарю водителя, расплачиваюсь за проезд и выхожу.
Нажимая кнопку голосового устройства, я избавляюсь от нервозности и прочищаю горло. А после того, как из динамиков доносится приятный голос, представляюсь:
— Здравствуйте, я Лиам Фокс. Я звонил сегодня утром, чтобы обсудить грант Фонда Фоксов.
Спустя несколько минут у ворот появляется мужчина лет пятидесяти, который
После того, как мне выписывают гостевой пропуск, директор школы, мистер Томас, который отныне будет известен как парень с дрожащей рукой, показывает мне окрестности.
— Мы обслуживаем широкий спектр инвалидов и детей с особыми потребностями — от детского церебрального паралича до серьезных трудностей в обучения, синдрома Дауна и аутизма. В наших классах учатся разные дети. Позже, когда мы посетим некоторые из них, вы заметите, что группы учеников собраны по стадиям, а не по возрасту, так что в одном классе можно увидеть и пятилеток и десятилетних детей.
Многое из того, что он мне говорит, совершенно чуждо моему ограниченному пониманию, поэтому я начинаю ощущать себя дилетантом; до тех пор, пока мужчина не показывает мне некоторые из специализированных классов, которые находятся в школе. Мы проходим через различные сенсорные комнаты, большой терапевтический бассейн, а затем в недоделанное помещение, которое мужчина называет «комнатой рикошетной терапии».
— Как вы можете видеть, эта комната в настоящее время недостроена из-за отсутствия финансирования, но мы надеемся собрать достаточно средств, чтобы завершить ее к следующей весне.
Я оглядываю помещение, рассматривая батуты на полу, и толстую обивку, окружающую стены.
Эта комната станет важным дополнением для детей. В ней будут проходить физио и игровая терапия. Как только мы ее доделаем, нашей следующей задачей станет новая интегрированная художественная студия.
Прежде чем директор Томас успевает продолжить, я прерываю его:
— Что, если у меня получится найти средства для завершения обоих комнат? Сколько времени пройдет, прежде чем дети смогут получить к ним доступ?
Знаю, что даю мужчине ложную надежду, предположив, будто смогу найти достаточно средств для такого огромного проекта, но я уверен, что у меня получится убедить Джулс.
Директор Томас смотрит на меня, слегка приоткрыв рот, и на его лице читается шок от моего предложения.
— Ну… Если бы средства нашлись быстро, потребовалось бы около 6–8 недель, чтобы укомплектовать обе комнаты.
Я киваю и ободряюще ему улыбаюсь:
— Мне нужны сметы, чтобы показать их совету директоров, поэтому, если вы можете отправить мне по электронной почте все необходимые документы, а также описание преимущества этих комнат для детей, я уверен, что смогу убедить их рассмотреть выдачу гранта побыстрее.
Улыбка, которой мужчина одаривает меня, не что иное, как изумление.
— Это бы… Ну, это изменило бы жизнь некоторых наших детей, мистер Фокс.
Мне становится немного неловко от его похвалы, потому что у меня есть другая, менее благородная причина для своего визита, поэтому я отклоняю его благодарные заявления вопросом:
— Вы можете провести меня по классам?
— Конечно, конечно. Могу я спросить, почему вы добровольно вызвались нам помочь? — затем мужчина переосмысливает свои слова и быстро добавляет: — Не то чтобы мы не были благодарны, просто обычно новые спонсоры имеют какую-то связь с ограниченными способностями — это может быть, друг или член семьи.