Три темные короны
Шрифт:
– Я помню бурю и нас с тобой, - он запнулся, - просто не понимаю, как… Как мог это сделать.
Мирабелла села и завернула в плащ.
– Ты… - она запнулась. – Тебе не понравилось.
– Нет, нет, это было прекрасно, но… Всё это не твоя вина.
Она с облегчением вздохнула и придвинулась ближе,
чтобы завернуть их обоих в плащ. Она поцеловала его в плечо, а потом в шею.
– Иди ко мне, ещё слишком рано.
Он закрыл глаза, когда её губы коснулись её шеи. На мгновение она подумала, что
Он целовал её слишком яростно, вжимал в песок рядом с углями.
– Я не знаю, что творю, - прошептал он.
– Ты прекрасно знаешь, что делаешь, - Мирабелла улыбнулась, - и можешь сделать это снова.
– Да… Я… Не понимаю, но это всё, чего я хочу.
Он откинулся назад, чтобы посмотреть ей в глаза.
Она наблюдала, как его выражение из недоверчивого превратилось в отчаянное.
– Нет… - пробормотал он. – О нет!
– Что? В чём дело?
– Ты королева, - прохрипел он, отодвигаясь. – Ты
Мирабелла.
Он не узнал её прошлой ночью. Часть её уже задавалась вопросом, боялась, что он отправит её в Роланс, но что-то совсем не думало об этом.
– Нет, - промолвил он, и она хихикнула.
– Всё в порядке. Это ничего, что ты был с королевой. Ты не будешь наказан и не умрёшь.
– Что ты тут делаешь? – спросил он. – Почему не в Ролансе и… с белым плащом?
Она изучала его с опаской. Не потому, что была королевой,
а потому, что он сожалел об этом.
– Как тебя зовут? – спросила она.
Он не Аррон, не тот вид. Одежда долго носилась и часто чинилась. Может, долго плавал. Его акцент был не тем, что она когда-либо слышала.
– Меня зовут Джозеф Сандрин.
Кровь Мирабеллы похолодела. Она знала это имя. Парень,
что любит Арсиною. Что был сослан за попытку помочь ей бежать.
Она подняла платье с песка и натянула его на себя так быстро, как могла, под плащом Элизабет. Она спала с парнем,
что любил Арсиною. Желудок сжался.
– Неужели ты думаешь, что я – она? – спросила она,
справляясь с застёжками платья. – Ты считал меня Арсиноей?
Учитывая его замешательство от бури и холода, это служило смягчающими обстоятельствами.
– Что? Нет!
А после он удивлённо рассмеялся.
– Если б я прикоснулся к Арсиное, как тебе, - он остановился и вновь повернулся к ней, - она бы меня ударила.
Ударила его. Да. Арсиноя всегда нападала первой в детстве. Особенно если действительно заботилась о тебе.
Джозеф смотрел на волны. Вода была тиха. Спокойно сияла, невинная после того, как творила всё это прошлой ночью.
– Почему это случилось? После того, как я так долго ждал её…
– Кого?
– Девушку, что я любил всю свою жизнь, - он не сказал
Мирабелле её имя, но ладно. Пусть.
–
Джозеф покачал головой.
– Я знаю, - он посмотрел на неё и коснулся щеки. – Я уже…
нанёс ущерб.
– Не говори так! Ущерб – это словно случилось что-то ужасное. А мы не знали!
Джозеф не смотрел на неё, лишь печально глядел на море.
– Мирабелла, было бы лучше, если б ты позволила мне утонуть.
Они не могли остаться на пляже навсегда. Они выкопали в песке мидий и моллюсков, высушили у свежего огня вновь намокнувшую одежду, но задержались. Время истекло.
– Куда ты идёшь? – спросила Мирабелла.
– Внутрь страны, к дороге. Я должен вернуться повозкой в
Волчью весну – так и поступлю.
Джозеф смотрел на королеву рядом с собой. Она вообще не походила на Арсиною и не была такой, как он ожидал. Он слышал, Мирабелла живёт так, словно её уже короновали, что ты должен упасть на колени, если она прошла по улице. Он слышал, она заперта в поместье Вествудов или прячется в храме. По его мнению, она была праздничной игрушкой,
которую вынимают на торжество и никогда не играют с нею.
Эта Мирабелла была не такой. Она дика и смелая, чёрные волосы не заплетены и не прижаты к голове. Он задавался вопросом, была ли это королева из Роланса… Если все слухи ошибались. Или, может, эта Мирабелла появлялась только на пляжах после шторма – тогда она только его.
Они засыпали песком остатки мёртвого огня, и Мирабелла повела Джозефа вверх по пути к вершине скалы.
– Легче вверх, чем вниз, - сказала она, показывая порезы на ладонях.
Когда они добрались к вершине, то вместе шли через деревья к дороге.
– Тебе, наверное, надо к следующему городу, чтобы отыскать повозку. Я шла этой дорогой как минимум один день,
но мимо никто не проехал.
Джозеф остановился.
– Что ты тут делаешь? Почему не в Ролансе, в окружении своих придворных?
Средне звучали его слова, но он не хотел… Он взял её за руку.
– Опасно тут быть одной.
– Ты говоришь, как моя подруга Бри. Я буду в полном порядке.
– Это значит, ты пошла на юг, ведь Катарина и Арсиноя на юге. Но так нельзя! Идти против других королев нельзя до костров, если не поменялись правила. Или поменялись? Меня так долго не…
– Не поменялись. Я убежала. Хочу быть одна. Тебе повезло,
что я сделала это!
– Это да, - Джозеф улыбнулся. – Предполагаю, должен тебе.
– Думаю, да.
Они почти достигли дороги, но не хотели расставаться.
Шаги были медленными, они увлеклись. Когда Джозеф сказал,
что пойдёт с нею на юг, Мирабелла поцеловала его в щёку.