Шрифт:
Сент-Греллонд
4 года назад (9 класс)
Амелия
Звонок прозвенел уже 5 минут назад, но я все еще не могла попасть в класс.
–Глупый мальчишка! – подумала я, но произнести не осмелилась.
Начиная с садика, где нас определили в одну группу с Аланом, он не давал мне проходу. Вечно ломал мои игрушки, в сон час подкладывал мне в кровать пауков и ставил подножки на детских площадках. От него мне было не скрыться. Его навязчивая идея сделать мою жизнь ужасной – не исчезала, к
Во втором классе он пролил краски на уроке ИЗО на мою сумку. Свой первый телефон я как раз тогда и выкинула в канаву, потому что после этого случая он перестал включаться. Родителям сказала, что потеряла, когда шла домой, ведь я не могла признаться, что не могу постоять за себя и позволяю какому-то мальчишке обижать меня. Тогда я почувствовала, что наша игра началась и я пока что в ней проигравшая.
В четвертом классе Алан прилепил на одной из перемен жвачку почти к самой макушке моей головы. И как уже можно догадаться – прическу мне пришлось сменить. Мои длинные пшеничного цвета волосы, которые я растила с самого садика пришлось обрезать почти под ноль. В тот день я неистово плакала и проклинала Алана Хэмиша и желала ему всего самого плохого, на сколько хватало моей фантазии. Дома родители устроили скандал, потребовали от директора школы объяснений и выпытывали от меня имена обидчиков. Но я так и не осмелилась назвать им имя Алана, потому что боялась, что после этого, наша игра перерастет в войну, в которой я увы проиграю.
Следующий год я почти не видела Алана в школе и мне казалось, это лучший год за все время нашего знакомства. Никто не задирал меня в столовой, не кричал на переменках и не устраивал подлянки, пока я медленно плелась домой вдоль побережья океана. Но счастье длилось не долго. Уже в шестом классе мы снова встретились и вот уже 3 года ведем нашу нескончаемую войну.
–Отдай мой телефон. Мне к директору пойти? – всеми способами я пыталась вернуть свое имущество, но уже начинала сдаваться.
Ехидная улыбка Алана перерастала во что-то злое, незнакомое. И так было каждый раз, когда я пыталась надавить на него кем-то кто выше меня по статусу. Его серые, словно бескрайний туман глаза начинали темнеть и в них появлялись оттенки злости или даже безумства.
–Глупышка Лия, нужно следить за своими вещами лучше, а не разбрасывать их где попало. Вот и сейчас, я помог тебе его найти, а за услугу полагается вознаграждение! – он убрал телефон за спину. Его рост был чуть выше меня и все же, подойти к нему ближе я не решалась, боялась его непредсказуемых действий.
С начала девятого класса он стал хитрее и изучил мое поведение от и до. Он прекрасно владел искусством манипуляций и умело пользовался им на мне.
–Тебе не поверят.
– чуть тише произнесла я, уже явно меньше веря в свой успех и мысленно попрощалась с телефоном.
Алан бесцеремонно начал копаться в нем, ища что-то конкретное, ловко отбиваясь от моих попыток выхватить технику из его рук.
–Эванс, я же сказал, услуга за услугу. Пару мгновений…
–Я ненавижу тебя, Хэмиш! – прошипела я и побежала в кабинет, чтобы достать свой улов. Позади я услышала лишь едкий смех и звук шагов, быстро удаляющихся от меня.
Он ушел, ну и замечательно!
Тяжело дыша, я забежала в класс, оставляя дверь открытой после себя. Учитель недоуменно разглядывал меня, а после того, как я взяла в руки свой телефон перевела взгляд на учеников, сидящих за партами. Раздались звуки уведомлений, казалось, у всех сидящих в кабинете. Одноклассники с интересом начали просматривать то, что им было отправлено, а дальше все пошло по накатанной. Громкий смех, неловкие взгляды, пальцы, тыкающие в меня, и учитель, направляющий меня к директору.
Как оказалось, Алан слил скрины моих переписок с подругой о моем первом поцелуе с мальчиком из волонтерской группы. Я ненавидела Алана всем сердцем и искренне не понимала за что мне все это. Из-за этой выходки, естественно с тем мальчиком было покончено и мои несостоявшиеся отношения оставили во мне отпечаток страха. Страха, что я никогда не смогу выбраться из этого дерьма и до конца жизни меня будет преследовать этот ужасный одноклассник Алан Хэмиш. И моя личная жизнь никогда не будет только моей. После беседы с директором меня отстранили от учебы на несколько дней.
Родители, как всегда, устроили допрос с пристрастием и я, как всегда, ничего им не сказала.
После моего мини отпуска, вернувшись в школу, Алана я видела всего раз.
В коридоре перед столовой он стоял, облокотившись к стене, нервно трепля волосы на голове. В руках он крутил сигарету, явно не опасаясь, что его могут серьезно наказать из-за нарушения правил школы. Его потрепанный серый спортивный костюм казался очень старым и грязным, а рюкзак вовсе походил больше на тряпку, чем на сумку школьника.
Не стесняясь проходящих мимо учителей, он бесцеремонно вставил белоснежную сигарету себе в рот и прикусил ее зубами, левой рукой придерживая ее, а правой нажимая на спуск зажигалки. Пламя слегка качалось из стороны в сторону пару секунд. И ровно за эти пару секунд я подлетела к Алану и выхватила из его рта сигарету. Я знала, что мне конец, но не могла допустить, чтобы кто-то так открыто нарушал правила школы. Если он не жалеет свою жизнь, что ж, мне плевать, но подавать пример маленьким детям я не позволю.
–Ты ненормальный, Хэмиш!
В его глазах сверкнула ярость, глаза наполнились злостью, а тело затряслось будто в конвульсиях.
–Ты жалкая! Мелкая трусиха, пытающаяся бороться за справедливость! Да какое тебе дело до моей нормальности! Ненавижу тебя!
Он выхватил из моих рук сигарету и грубо толкнул меня плечом, зашагав прочь и вышел из стен школы, к слову больше я его не видела.
На следующий день, директор объявил, что Алан больше не учится в нашей школе, но причину нам так и не объявили.