Три девицы под окном...
Шрифт:
— Хорошая сказка может получиться. Три девицы под окном, это надо же… Ты обязательно запиши этот сюжет.
— А хочешь, тебе подарю? — расщедрился лейтенант.
— Да ты что, сам напиши. У тебя такой талант к сочинительству. Не зарывай его в землю, послушай Пушкина, я ведь не последний человек в литературе.
— Да что уж там, — растрогался Забойный, — мне не жалко. Пиши, брат!
— Слушай, а давай работать вместе? Ты да я. Вот силища-то будет!
В душе Младшего следователя закопошились смутные сомнения.
— Да у
— А ты ее брось!
Очевидная простота решения приятно поразила захмелевшего полицейского. А что, если и впрямь начать стишки пописывать? На пару с гением. «Мы с тобою — что паровоз с трубою…»
Перед внутренним взором размечтавшегося лейтенанта неожиданно возникло лицо Начальника управления. «Лучше бы ты рапорт написал, дубина!» — презрительно произнес Начальник и изобразил неприличный жест, означающий, что не видать Забойному отпуска в ближайшие десять лет. Лейтенант с трудом прогнал неприятное видение.
— Нет, Сань, мне домой надо. Искать будут.
— Ну, надо так надо. Заходи почаще, не каждый день удается так душу отвести. — Пушкин крепко обнял полицейского. — Удачи тебе, Музон! И не забудь юбчонку-то снять, а то люди не поймут.
Пошатываясь и поправляя сползающую на нос шляпку, Младший следователь отворил дверь и вышел на лестницу. Кое-как преодолев ступени, которые из вредности стали гораздо круче, чем прежде, он выбрался на свежий воздух. Гуси и утки приветствовали его как старого знакомого. Отдав им честь, лейтенант в целях экономии времени побрел напрямки через лужу. Путешествие не улучшило его внешний вид, но подействовало ободряюще (вода в луже оказалась дюже холодная), так что вскоре ему удалось вполне благополучно выбраться к заветному пню с замаскированной в нем машиной времени.
Меж тем Александр Сергеевич сидел над пустым графином с пылающим взором и о чем-то сосредоточенно размышлял. В дверь тихонько постучали, и на пороге робко нарисовалась Арина Родионовна.
— Ну что, милок, твоя Муза? Сказала чего путное, али как?
— Ох, нянюшка, много она любопытного наговорила, да только не всё я понял. Про остров Буян да про царицу с младенцем, в бочку заточенную…
— Тоже мне, новости! — скривилась Арина Родионовна. — Да я эту историю и без всяких Музов знаю. Бабка моя сказывала, а ей — ее бабка, а той…
— Ну, и что там у них случилось-то, на Буяне? Не томи душу, голубушка!
Нянька критически глянула на своего воспитанника.
— Экий ты нетерпеливый. Да ладно уж, слушай…
ГЛАВА 9
Начальник полиции с изумлением воззрился на своего сотрудника, чьи очертания проступили в кабине машины времени, подле которой деловито суетились специалисты НИИ. По уши перемазанный вонючей жижей, одетый в женское платье сомнительного происхождения, пошатывающийся от пережитых потрясений, Младший следователь являл собой впечатляющее
— Ну и ну, — крякнул сидящий рядом с начальством Старший следователь, мысленно пытаясь сформулировать, что сейчас скажет своему непосредственному подчиненному. Тот уже вполне материализовался в родном времени и распахнул прозрачную дверцу:
— Позвольте доложить: Музон Забойный с задания прибыл!
Он отдал честь, приложив руку к краю легкомысленной соломенной шляпки, покачнулся и вдруг радостно запел:
— Ой, люли, гусельки, тоненькие струнушки…
— Как это понимать? — севшим голосом выдавил из себя Начальник полиции.
— Он же сказал: забойный музон, — пожал плечами Олег, помогая прибывшему выбраться из кабины.
— Хватит ерничать, — начал накаляться Начальник. — Лейтенант, немедленно объяснитесь!
— Так точно! — вытянулся по струнке Младший следователь, прижимая руками пышные оборки. — Допрос гражданина Пушкина по факту исчезновения Егора Гвидонова и появления антикварного клада прошел конструктивно.
И лейтенант Забойный принялся излагать сведения про лебедей, гусей, свиней и белок, заточенных в бочках, клетках, сараях и грязных дворах, приплел Бориску Годунова и по ходу дополнительно отметил, что у означенного субъекта «мальчики кровавые в глазах».
— Подождите, подождите, какие еще мальчики? Кто такой Годунов?
— Вероятно, серийный убийца, — отмахнулся Младший следователь, которому гораздо больше хотелось обсудить с начальством поступившее от Александра Сергеевича деловое предложение. Однако повернуть разговор на перспективы творческого сотрудничества с гением не удалось — вмешался Старший следователь:
— Ах ты, пьянь подзаборная! Его отправили за информацией о сокровищах, а он нализался, как скотина, и излагает про свинарники! Да как ты посмел явиться из служебной командировки с пустыми руками?!
— А вот и не с пустыми, — оскорбился и впрямь нетрезвый лейтенант. Он порылся в складках юбки, затем оттянул плотный лиф и извлек на свет клок пушкинской тетради. — Вот вам фоторобот подозреваемого по кличке Гвидон. Фас… то есть, профиль.
Оживившиеся полицейские кинулись вырывать друг у друга раритетный обрывок.
— У Гвидонова волосы светлые, а этот весь черный…
— Да у Пушкина других чернил не было! Вы на кудри, на кудри посмотрите…
— Да как-то коротковаты. Гвидонов волосы до плеч отпустил.
— Разрешите? — скромно протиснулся Олег. Он взглянул на рисунок — и вдруг затрясся от беззвучного смеха:
— Хотите, я вам еще таких «фотороботов» из компьютера натаскаю для комплекта?
— Неужели утечка информации? — ужаснулся Начальник полиции.
— Что вы, — успокоил его историк, — просто Александр Сергеевич имел грешок украшать поля рукописей каракулями. В особенности — автопортретами.
— Вы хотите сказать, что это изображение самого Пушкина? — разочарованно протянул Старший следователь.