Три черные колдуньи
Шрифт:
— Ты совсем ненормальная? — раскрыв дверцу, заорал Ганнибал. — Где ты дела мозги? Уйди, я поеду!
— Мне вообще уйти?
— Нет! Перелезь!
— А, на другое сиденье сесть? Пожалуйста. — Жанна пересела на место пассажира, полдороги поглядывала на злой профиль своего компаньона. — Не злись, Ганнибал. Лучше скажи, где бывает Гела?
— Везде, — буркнул он. — В магазины ходила, в космический салон ходила, уехала с мамой Филиппа за город на дачу.
— А что за космический салон?
— Где волосы и ногти красят.
— Понятно. Часто она
— Часто. Это ее салон.
— В смысле? — развернулась к нему Жанна.
— Она хозяйка.
— Ах да… Филипп говорил, у нее есть салон красоты.
А Жанна голову ломала, как с Гелой «случайно» встретиться. Ее же не подвезешь, ибо у Гелы собственный транспорт английского происхождения. Но зайти в парикмахерскую, пардон, в салон — это так естественно.
Салон открывался в десять, уже с половины десятого Жанна взяла его под контроль, припарковавшись подальше, но небольшая площадь, где расположены в основном дорогие магазины, как на ладони. Вечером и утром она составляла примерный план раскрутки Гелы и не остановилась ни на одном варианте, лишь придумала, с чего начать. Жанна не знала, какая Гела, а когда не знаешь человека, не чувствуешь его, с ним трудно найти общий язык. То, что она ехидна в шикарной упаковке, — к бабке ходить не надо, а кроме этого что? Как с ней вести диалог? Жанна положилась на «как бог даст».
Два часа проторчала без толку, наконец заметила автомобиль, потом Гела с королевским видом (и без почестей) вошла в салон. Не мешкая, Жанна ринулась следом, а то уйдет в кабинет, встречи не получится.
— Привет, — сказала она, дружески улыбаясь и не давая опомниться Геле. — Не ожидала тебя встретить. Говорят, это лучший салон в городе, мастера классные. — Лесть дело не тонкое, но действенное, а, по предположению Жанны, Гела должна любить лесть. — Ты часто бываешь здесь?
— Бываю, — натянула дежурную улыбку Гела. — А у бухгалтеров хватает денег на дорогие салоны?
— За красоту не жаль последнее отдать, — бравируя, сказала Жанна.
— Что хочешь сделать: стрижку, маску, маникюр, расслабляющий массаж? — взяла деловой тон Гела.
— Уложить волосы. — Поскольку подозреваемая в преступлениях не пожелала пойти на дружеский контакт, осталось ее добить. — Мы с Филиппом сегодня отмечаем маленький юбилей, хочу выглядеть на все сто.
— Вот как! — пожирала ее глазами Гела. Упоминание о Филиппе слегка встряхнуло ее, что не ускользнуло от наблюдательной Жанны. — Тогда придется чуточку подождать, сейчас придет хороший мастер. Чай, кофе?
— Чай, — решила угоститься Жанна. К тому же, кажется, у Гелы появилось страстное желание поговорить. О чем? Не о жизни же.
Она привела Жанну в свой кабинет, обставленный со вкусом и очень дорого. Мебель легкая, не офисная, современная и удобная. Много бесполезных безделушек, одновременно делающих кабинет уютным, утонченным и домашним, в некоторой степени — женским. Вообще если охарактеризовать Гелу одним словом, то это как раз и будет: дорого. Но характеристика касалась внешней стороны, неизвестно, какой
— Ты здесь как у себя дома, — заметила Жанна, осматриваясь.
— Твоя правда, это мой салон.
— Неужели?
В это время девушка принесла чай и кофе, Жанна ее поблагодарила, чего не сделала Гела, потому что, кроме клиентки, перед собой ничего не замечала. На задушевную беседу рассчитывать глупо, тогда неплохо начать с провокации:
— Ты на меня странно смотришь. Не нравлюсь?
— Не в этом дело. — Снова дежурная улыбка замерзла на лице Гелы. — Ты должна нравиться Филиппу, а не мне или кому другому. При всем при том, скажу честно, меня удивил его выбор.
— Чем же? — наивно хлопнула ресницами Жанна.
— В тебе есть простота, что-то от…
— От сохи? — подсказала Жанна, улыбаясь.
— Простота не значит соха. Я не в вульгарном смысле употребила слово, не обижайся. У меня впечатление, будто ты надела чужую шкуру, случается, забываешь о ней и становишься самой собой. Раньше в женщинах Филиппа простоты я не замечала, хорошо это или плохо — не мне судить. Могу лишь сказать: женщины вроде тебя нетипичны для него.
«Как индюк ни прикидывается павлином, он все равно индюк», — нелестно подумала о себе Жанна, а вслух спросила:
— Чем же его женщины отличались от меня?
— Долей легкомысленности, непрактичностью, изнеженностью, капризным характером, всем тем, что свойственно слабеньким личностям. Ему нравится быть покровителем, тебе же, как я догадываюсь, покровительство не нужно.
Прекрасно, Жанна ее до сих пор не раскусила, зато Гела успешно это сделала. Кстати, чтобы так разобрать по частям — надо сильно интересоваться предметом. Зато урок извлечен: прикидываться павлином глупо. Видимо, мама Филиппа тоже уловила в ней простоту, которая, говорят, хуже воровства.
— А как же насчет того, что Филипп любит совершенство во всем? — напомнила Жанна. — Непрактичная, легкомысленная и так далее — эти качества далеки от совершенства.
— Не надо понимать буквально, ведь у каждого человека свое совершенство. Да, Филиппу нравятся женщины жеманные, на мой взгляд, но при том они должны уметь себя подать, водить автомобиль, играть в теннис, разбираться в музыке и многое другое, что практически недоступно простым людям. Я это имела в виду.
— Угу, я не играю в теннис, автомобиль вожу плохо, поэтому ты сделала вывод, что я простая, как хозяйственное мыло?
— Насчет мыла ты загнула. Твою простоту я довольно четко обрисовала, неужели не поняла? А теперь скажи, ты уверена, что Филипп искренен с тобой?
— Некорректный вопрос, — якобы смутилась Жанна, сама же так и ждала чего-нибудь подобного. — Но если тебя это так волнует, отвечу: уверена.
— Я почему спрашиваю. У него недавно была девушка, а жениться на ней он решил назло Ирине Захаровне. — О, как она выделила слово «назло»!
— Мне известно все, что связано с Владой, — заверила Жанна. — А теперь ты скажи, просто так спрашиваешь или к Филиппу неравнодушна?