Три Царя

Маревский Игорь

— Свербигузка! Свербигузка! Баба заводная! — выкрикивала толпа.

Возле столика, показались двое мужчин с заметным блеском в глазах. Они подошли к Дэйне, слегка пошатываясь, а затем один из них произнес.

— Вам пади в броне то жарко, сняли бы её да сплясали бы с нами.

— Мне хорошо, спасибо за заботу, — учтиво ответила Дэйна.

— Ну как хорошо?! Такая баб… то бишь женщина, а сидит и не танцует, — произнес один, сумев едва сдержать икоту. Второй стоял на месте, пытаясь не шататься, и улыбаясь смотрел на женщину.

— Ну так вот, — решил продолжить

первый. — Такая женщина, а сидит.

— Может и стоит, — хихикая добавила Мира. — Я последний раз видела, как ты пляшешь на свадьбе у того сановника, еще в Красограде.

— Опоили меня в тот день, — совершенно спокойно заявила женщина. — Такое больше не повторится. Спасибо большое за предложение, но я вынуждена отказаться.

— Вот уж гляньте, упасть не встать. Гляди, Фело, видать не шибко мы хороши собой для полисовской то. Извольте уж тогда, эт самое, откланимся мы. Пошли, я слышал дочка кузнеца созрела уже.

— Порой я и забываю, что смеешься и веселишься ты строго по расписанию, и, судя по всему, этот день еще не настал, — язвительно добавила Мира.

— Если тебе хочется плясать внутри душного круга, где от каждого несет медовухой и капустой, а мужичьё то и норовит за задницу ущипнуть, то милости просим, Мира. Мне и отсюда всё прекрасно видно, да и потребности в танцах не испытываю.

Она ничего не ответила, лишь улыбнулась в ответ, и вернулась взглядом к пляшущей толпе. Музыканты успешно допели первую песню, и народ требовал продолжения без отлагательств. Долго не размышляя, заиграл новый мотив, и пляски продолжились.

Чертяга всё так же что есть мочи лупил по котелкам, камнеступы стучали кулаками по струнам, древолюд угрюмо бренчал на гуслях. Светловолосый паренек, широко разведя меха, затянул ноту, и принялся петь.

Время на удивление летело быстро. Ярик сделал перерыв, и утирая пот со лба, налетал на медовуху с едой. Холопы продолжали гулять, и ночь была в самом разгаре. Балдур устало потер глаза и осмотрел помещение.

Изменилось мало чего, кроме, пожалуй, первых тел, которых выносили через парадный и чёрный ход. За окнами послышались первые звуки тех, кто явно переоценил свои способности. Балдур посмотрел на Миру, которая была затянута в разговор с Дэйной, и внезапно произнес.

— Проследите за Яриком, чтобы он завтра был в состоянии. Я пойду в свою комнату, нужно отдохнуть и многое обдумать.

Глава 7

7

Они шли через лес, оставив село за плечами. Золотистые кроны деревьев меланхолично покачивались, встречая путников, что явно не принадлежали этому месту. В лицо подул свежий воздух, такой, какой можно было ощутить лишь вдалеке от человеческих жилищ.

Тропа вела вглубь леса, и чем дальше они заходили, тем гуще и разнообразнее становилась флора и фауна. Среди бесконечных березок, редко можно было заметить крепкие стволы дубов или клена. Казалось, в этих лесах, в которых правило Лико, всё смешивалось воедино и существовало в полной гармонии.

Первой шла Дэйна, осматривая своим взглядом окружение. За ней двигался

Балдур, который намного лучше чувствовал себя в родной для него среде, ежели среди душных стен полиса. Следом молча шла Мира, периодически поглядывая на Сырника, что всё так же сидел на спине у человека. Замыкал колону Ярик, что насвистывал себе под нос мелодию «Свербигузки».

— Через опушку пойдем? — спросила Дэйна.

— Нет. Я прошлый раз, когда там ходил, наткнулся на пару отвратительных и опасных существ.

— Напрямую хочешь срезать? Так близко к Лику?

— Лико нас не тронет, да и не пустит к себе в любом случае, если тревожить лес не станем, то пройдем без каких-либо проблем.

— Как скажешь, — кивнула она в ответ.

Несмотря на тот факт, что фактическим лидером отряда была Дэйна, и они нацелили свой маршрут, она прислушивалась к мнению Балдура, так как он знал эти окрестности как свои пять пальцев.

— Интересно как давно Лико нас заметило?
– прервала своё молчание Мира.

— Оно нас заметило еще с того момента, как мы вышли из села. Я думаю, мы не единственные странники в его владениях, однако, пока мы не переходим границ, оно будет лишь изредка на нас поглядывать.

— Изредка для меня сойдет. Не хотелось бы испытывать его терпение.

Вновь настала тишина. Они шли через лес и молчали. Лишь хруст сухих веток под ногами и опавшие листья были единственным звуками сопровождающими их путь. Издалека изредка доносились звуки природы и естественного цикла жизни. Где-то свирепый рёв ознаменовал об удачной охоте или о битве за территорию, а с противоположной стороны ласточкой пролетела рататоска, скача с ветки на ветку.

Проходя мимо трухлявого валежника, Ярик заметил небольшое гнездо внутри, которым не пользовались уже несколько дней. Цикл жизни шел своим чередом, и намного быстрее нежели в полисах или царских городах. Она обрывалась так же легко, как и зарождалась. Могучие дубы падали, становясь валежниками, чтобы дать временное убежище тем, кто вскоре и сам почувствует холод земли.

Внезапно перед ними из кустов выскочил олень. Молодой, неопытный, однако с шикарной короной из рогов. Он резко остановился, завидев странников, и его зрачки широко раскрылись. Они смотрели друг на друга некоторое время, словно ожидая, кто сделает первый шаг. Рога животного заблестели, а на кончиках появились небольшие огоньки духа, что придавали ему еще более величественный вид. Более взрослая и мудрая особь никогда бы не стала связываться с гостями извне, но этот все же решил показать себя, перед тем как отправится прочь.

Балдур поймал взгляд животного на себе, лишь через несколько секунд, человек слегка склонил голову, а животное, самодовольно заревев, удалилось. Они находились совершенно в другом мире. В мире, в котором нельзя договориться, урезонить или тем более уж купить. В этом месте действовал лишь один закон 3/4 закон, установленный Ликом, и имя ему жизнь.

— Балдур, — заговорила Дэйна, не оборачивая головы.

— Да? — провожая взглядом животное, ровным голосом ответил ей человек.

— Ты ведь виделся с Ликом, так?