Три богини судьбы
Шрифт:
Шаги… Эхо… Желтое пятно фонаря… Возглас Елистратова хриплый…
– Вот черт!
Вниз спустились еще двое экспертов.
Было очень тихо в помещении склада. Все понимали, что-то найдено.
– Здесь внизу тело… Мертвец!
Катя увидела, как на висках профессора Геворкяна выступили капельки пота. Она стояла у самого края лаза.
ЭТОГО ОН ЖДАЛ ОТ ДОМА УБИЙЦЫ ПЕПЕЛЯЕВА? ВОТ ЭТОГО? ЕЩЕ ОДИН ТРУП?
– Видимо, пролежал тут в подвале несколько лет. И черт… в каком же он состоянии…
Слова доходили из подвала наверх словно сквозь
Катя ринулась за ним.
– Какая страшная смерть.
Это сказал один из экспертов. Катя еще ничего не видела – только бетонные ступени, только спину Геворкяна, который спускался, потом желтое пятно электрического фонаря, остановившееся на…
Мертвец лежал ничком у подножия лестницы, будто в последнем своем усилии пытался выбраться, вскарабкаться наверх. Полуистлевшее тело со сгнившей плотью. Темные волосы.
– Брюнет, примерно, тридцати лет, давность смерти… лет восемь-десять, может, чуть больше. Нет, это не Пепеляев его тут бросил еще живого.
– Живого? – это спросил профессор Геворкян.
– Смотрите, какие борозды на полу – здесь, здесь, а вот тут следы крови и… смотрите… его кисть отрубленная, правая кисть… Множественные рубленые раны на теле. Видимо, он боролся с убийцей до последнего, но потом стал слабеть от потери крови… Раны на темени, но не глубокие, скорей всего, он пытался закрыться от ударов руками.
Катя похолодела: эксперт был другой, и место было другим, а вот детали, которые он описывал, механизм нанесения ран почти слово в слово повторял… Где она слышала все ЭТО? Там, в лесу, в Куприяновском лесничестве, где тоже был пожар?
– Брюнет, – Гущин наклонился над трупом. – Давайте-ка его перевернем осторожно. Все сняли на пленку в этом положении трупа?
– Да, – один из экспертов держал камеру. – Тело долго находилось почти в идеальной среде, поэтому неплохо сохранилось. Большое количество рубленых ран, но умер, скорее всего, не сразу, через какое-то время от потери крови и от недостатка воздуха. Страшная была смерть, смотрите, как он пол царапал…
Катя отвернулась, когда труп перевернули.
– Брюнет, значит, – повторил Гущин. – Опознать можно будет, если фото дополнительные еще найти, если родственников его отыскать кровных… экспертизу генетическую назначим, но… И потом у нас свидетель Гришка Дьяков есть и второй его братец Петр, тот, что в бегах, и третий – армянин, который ему деньги ссужал на магазин… Должны опознать и без экспертизы…
Катя не смотрела, не могла. Гущин не назвал фамилию мертвеца, но…
ОНИ, ДЬЯКОВЫ, ИСКАЛИ ЕГО СТОЛЬКО ЛЕТ, А ОН ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ БЫЛ ЗДЕСЬ, В ПОДВАЛЕ СВОЕГО БЫВШЕГО МАГАЗИНА… ЗАМУРОВАННЫЙ ЗАЖИВО…
– Осторожно с отчлененной конечностью! – предупредил эксперт.
И от этого замечания Кате совсем стало нехорошо. «Кисть вон отсек, как сухой сук»… И это она уже слышала…
– Там что-то есть, внутри! Хватка какая, зажал намертво. Поэтому и руку отрубили
– Золото вроде. Ну-ка, ну-ка, – голос Гущина внезапно сел. – Ах ты… А ведь я такую вещицу уже видел. Екатерина, посмотри, ведь и ты ее видела тоже!
Катя, растерявшая все свое любопытство, теперь мечтавшая лишь об одном – выбраться скорее наверх, обернулась. В свете фонаря на бетонном полу что-то блестело. Надо было спуститься и подойти. Надо было сделать великое усилие – снова сойти в этот подвал, столько лет служивший могилой.
Это была золотая булавка для галстука в форме змеи. Катя увидела и вспомнила.
ЭТО БЫЛ ЗНАК.
УЛИКА.
Булавка для галстука. Катя невольно повторила изгиб золотой линии – сначала мысленно, а потом нарисовав в воздухе пальцем.
Зигзаг… Точно такой же, как и тот, кровавый, там, наверху, на стене.
Глава 41
ВТОРОЙ
ВСЕ РАВНО ТО БЫЛО КАК ЭХО…
СВИСТ СТРЕЛЫ, ЛЕТЯЩЕЙ ИЗ ТЬМЫ…
ТЕНЬ ГУСТАЯ В СОЛНЕЧНЫЙ ПОЛДЕНЬ…
ТЕНЬ САМОЙ ОСТРОЙ ИЗ ГРАНЕЙ…
В фильмах-детективах розыски продвигаются вперед с молниеносной для зрителя быстротой. Смена кадра и… новый эпизод. А потом снова новый эпизод. В жизни все долго и трудно.
Ждали результатов экспертизы ДНК и микрочастиц. А перед этим ждали результатов поиска кровных родственников Евгения Цветухина. Подняли из архива полное досье ОРД по делу об ограблении банка на Новой Риге. Подключили к поиску подполковника Лямина, помнившего все детали событий одиннадцатилетней давности.
Ближайшей кровной родственницей Цветухина оказалась сестра. Его дед, с которым он когда-то проживал в одной квартире на проспекте Мира, давно умер. За изъятием образцов для экспертизы ДНК, необходимой для опознания, в Челябинск, где сестра проживала с семьей, самолетом отправилась группа экспертов. МВД взяло весь ход расследования под свой контроль, и поэтому с финансированием дорогостоящих исследований проблем, к счастью, не возникло.
И все это клубилось, ширилось, развивалось, гудело, как некое грозовое облако. Катя именно ТАК все это и воспринимала – грозовое облако, там, высоко, на горизонте. А здесь – тень. Все еще тень.
Она рвалась ехать в Центр судебной психиатрии – именно сейчас, после всего, что открылось в подвале ЕГО дома. Но не решалась.
Нет, это был не страх. Какое-то иное, гораздо более сложное чувство. Ей хотелось, чтобы профессор Геворкян позвонил и сказал: ну вот, теперь мне все абсолютно ясно. Мы поняли, разобрались. Но Геворкян не звонил.
В один из дней, когда все напряженно ждали результатов экспертиз, Катя, придя в кабинет Гущина, услышала фразу:
– Да, вот по этому адресу: улица Малая Бронная. Доставите обеих сюда. Двух сестер. Младшую привозить в управление не нужно, она, кажется, не вполне вменяемая у них. Все понятно?