Трезуб-империал
Шрифт:
— По поступкам… — начала было девушка, но тут же зажала рукой рот.
— Что? — не понял Сквира.
— Опять любитель дает советы специалисту, — промычала она сквозь прижатые к губам пальцы.
— Валяйте, — великодушно позволил Северин Мирославович, — вам можно!
Володимир, кирпичный завод, 09:30.
— За два дня мы не успели сопоставить накладные, — тихо сказал следователь ОБХСС Крамарук, — но все же уже обнаружили кое-что интересное.
Плотные
— Количество горючих материалов, электроэнергии и воды, потребленных заводом на изготовление тысячи кирпичей, неоправданно возросло в августе. Это превышение соответствует производству пяти тысяч неучтенных условных кирпичей. А это хищение на полторы тысячи рублей, если сбыт проводился по госценам. Понимаете?
Игнатенко поднял глаза на Крамарука, но было заметно, что из-за волнения главный инженер ничего не видит.
— Вас что-то смущает? — спросил Дмитро Иванович.
— На заводе не раз меняли оборудование… — еле слышно проговорил Игнатенко. — Модернизацию проводили…
— Да, — кивнул Крамарук. — Техническое переоснащение было проведено трижды за последние десять лет. Это меняло потребление горючего и электричества, согласен. Однако последний раз обновление прошло в ноябре-декабре прошлого года. По данным текущего года оборудование работало стабильно с паспортным потреблением электричества и горючего. И вдруг в августе взбунтовалось! Такое ничем не объяснишь, кроме как хищением. Вы произвели целый грузовик неучтенного кирпича. А это, как вы понимаете, статья.
Игнатенко дернулся.
— Я об этом ничего не знаю, — пробормотал он. — Не знаю совсем ничего.
— Городок маленький, мы вполне сможем обойти всех, кто сейчас строится, и спросить, где они приобрели кирпич…
Андрей Андреевич вздохнул.
— …Мы, конечно, также допросим начальников цехов и мастеров. Кто-нибудь да расскажет. Поговорим с карьером, откуда завод берет глину. Ее вы должны были потребить больше, чем по накладным…
Игнатенко нервно сжал кулаки.
— Рабочие не выключают оборудование после смены, — проговорил он. — Многие сидят по вечерам, занимаются своими делами. При включенном оборудовании… И воруют. Воруют все…
— Выносят кирпичи в карманах? — усмехнулся Крамарук.
— Какие карманы! — взвизгнул Игнатенко. — Карманы какие! Машины вон у ворот выстраиваются в очередь. Мастера туда-сюда бегают, о чем-то шушукаются мастера…
— А пропускной режим?
— Вы видели нашу территорию? Территорию обходили?
— Халатность вместо хищений? — с пониманием отозвался Крамарук. — Вы на эту статью ориентируетесь?
Игнатенко снова дернулся.
— Я ничего не знаю, — произнес Андрей Андреевич срывающимся
— Нет, за Ревой вам спрятаться не удастся. Потребление горючих материалов и электроэнергии повысилось в августе, спустя год после его ухода на пенсию.
— В августе? В августе? — судорожно повторил главный инженер.
— В августе, — подтвердил Крамарук.
— В августе невозможно… Нет, совсем невозможно в августе… — Андрей Андреевич втянул голову в плечи и замер. Ему следовало быстро реагировать, что-то говорить, но голова была совершенно пуста. — Я не виноват, — пискнул он. — Я не…
— …Виноват, — то ли закончил за него фразу, то ли высказал свое мнение Крамарук.
— Но я ведь… — начал было Игнатенко и замолчал.
— Допускаю, что не вы это придумали. Но участвовали.
— Это не я, — прошептал Андрей Андреевич. — Не я!
— Левый кирпич гнали и в прошлые годы?
— Откуда мне знать! — сдавленно прохрипел Игнатенко. Он воспрял было духом, но тут же сник. — Мне знать… откуда!
— Масштабы хищений до особо крупных не дотягивают, — успокаивающе произнес Крамарук. — А с чистосердечным признанием можно вообще отделаться годом-двумя…
— Нет! — испуганно вскрикнул Андрей Андреевич. — Тюрьма? Тюрьма? Нет!
— Увы, — Крамарук развел руками. — Без тюрьмы никак не обойдешься. Проблема в другом…
— Что еще? — Игнатенко вскинул голову, но пелена перед глазами все равно не давала увидеть лицо следователя. — Еще… что?
— Убийство. Даже два.
Повисла тишина.
— За что вы убили Реву? Он хотел вмешаться? Или это он все организовал и требовал долю побольше? Или он был в стороне, обнаружил хищения и угрожал все раскрыть?
— Нет! — истерично взвизгнул Игнатенко. — Ни о каком убийстве я не знаю!
— Конечно, знаете, — спокойно ответил Дмитро Иванович. — Капитан Сквира даже беседовал с вами по этому поводу.
— Я никакого отношения к убийству не имею, — Андрей Андреевич безостановочно качал головой. — Отношения не имею.
— А Рыбаченко? За что его убили? Он был вашим курьером? Договаривался с покупателями? Утаил деньги? Оказался случайным свидетелем?..
Игнатенко продолжал устало мотать головой, хрипло дыша.
— Директор завода тоже в этом участвовал?
— В чем? — голос Игнатенко дрожал. — В чем? Это все ваши фантазии. Я ни о чем таком не знаю. Ни о чем!
Дмитро Иванович вздохнул, открыл свою папку и стал в ней рыться. Главный инженер с испугом следил за его руками.
— Где вы были в воскресенье во второй половине дня? — резко спросил Крамарук.
Игнатенко отпрянул, будто от удара хлыста.
— У товарища, — Его глаза забегали. — У…
— Имя, адрес, зачем вы к нему приходили?