Третья стадия
Шрифт:
Вот передо мной выросла знакомая крыша, и вертолет резко сбавляет скорость, закладывая сумасшедший вираж и почти ложась боком на воздух. В нескольких десятках метров тяжелая машина выравнивается и невероятно грациозно для своего веса опускается как стрекоза на площадку. Подножки едва касаются бетона, и мне приходится чуть сбавить обороты, чтобы твердо усадить машину на крышу.
А в стороне около дверного проема в дом уже стоит моя женщина. В невзрачном домашнем сарафане и с распущенными волосами, которые неуправляемым каскадом взвились вверх от сильного ветра вокруг вертолета. Она крепко прижимала к себе нашего юного сына, чьи восхищенные глаза я разглядел даже с такого расстояния.
— Садись! —
Пригибаясь от ветра, они побежали к вертолету, а я уже снова осматривался внутренним зрением по сторонам. Я не видел, как они забрались в кабину, но машина сообщила мне, что еще два ремня безопасности застегнулись, а вес вертолета увеличился на несколько смехотворных для такой тяжелой техники килограмм.
Женская рука мягко легла мне на плечо, и я понял, что теперь все в порядке, и мы можем лететь. Одно касание, и я уже спокоен. Не выхожу из контакта с машиной, не выныриваю в реальность, но просто успокаиваюсь, уверенно закрываю дверь вертолета и аккуратно поднимаю нас в воздух. Дальше можно не суетиться и не вытворять чудеса пилотирования. Все же семья на борту.
Мы покидали Полис без сожаления. Слишком чужим он стал для нас за последний месяц. Соседи недолюбливали нас и старались не разговаривать. Общество и вовсе готово было разорвать на части. Не надо нам такой жизни. Вот бы отдать всех этих «разумных» граждан кваари на съедение! Вытащить семьи всех Пилотов и лояльных граждан, а остальных бросить подыхать в Полисах. Улететь бы с планеты вообще, и вернуться через годик на пустырь! Хороша мечта, да уж больно руки чешутся поучаствовать и лично разорвать врага в клочья, а потом окунуть «здравомыслящее» человечество мордой в грязь, которую сами же они развели и культивировали. Как же я ненавижу всех таких людей. Кто считает себя невероятно самостоятельной единицей общества и гнет свою независимую линию, а потом оказывается в толпе таких же уникальных. Разношерстное стадо без лидера. Обманутое иллюзией собственной важности. Расскажи мне, человечество, почему я должен тебя спасать от самого же тебя? Почему я так из кожи вон лезу, чтобы раскрыть тебе глаза на правду? Я ведь не люблю тебя, стадо. Тогда что я хочу от тебя?
А хочу я, чтобы ты перестало быть стадом, а стало единым организмом. Вот и весь ответ. Чтобы ты одумалось и взялось за руки, а не тупо стояло плечо к плечу. Хочу, чтобы все в едином порыве стремились к цели, а не цвели как плесень на Земле, бездумно проживая годы.
Я верю в свою правоту, а значит пойду до конца. Чего бы мне это не стоило. Я буду биться за тебя, мое нерожденное пока светлое человечество. Буду убивать ради того, чтобы ты, глупое, жило в мире. Буду прокладывать тебе дорогу вперед, и пусть даже я выложу ее начало из чужих костей. Когда-нибудь ты поймешь, что я был прав. А пока крепись, человечество. Закрой глаза как малое дитя и не смотри, на то, что будет твориться дальше. Потому что тебе будет больно, а я излечу тебя от болезни.
На протяжении всего пути я не переставал слушать новости и переговоры операторов на Базах. К концу дороги голова уже начинала откровенно пухнуть от информации, но отключаться было нельзя. Все каналы СМИ наперебой вопили о войне на Границе. Где-то кваари прошли двухсоткилометровую зону и напали на первые поселения. В Европе под ударом оказались все Базы, но по сообщениям от них я понял, что весь летный состав уже давно перебрался на Аврору. Америка огрызалась беспилотниками и тоже перебиралась в сторону «Проекта 116». Отчасти, им было спокойнее всего. Канадские Полисы располагались дальше всего от границы, а лояльные отряды пехотинцев выставили непробиваемую завесу для всего воздуха перед Полисами. До сих пор все было
Что же касается Луна Гранты, то кваари прошли ее и почти не тронули. Во время воздушного боя пострадала знаменитая вышка и несколько корпусов академии. Взлетка была безвозвратно разбита, но многоуровневый ангар и ЦУП стояли, и даже не оплавились. В принципе, взлетка была не столь важна. Мы использовали ее исключительно для посадки истребителей и подъема больших самолетов. А раз все транспортники взлетели, то истребители можно было и не сажать. Сидящие в бункере Пилоты не жалели технику и гоняли ее до последнего издыхания. Держитесь. Скоро мы ответим.
Я вел машину невысоко от поверхности, а потому, когда мы вылетели за очередную скалу, Аврора развернулась перед нами во всей своей небывалой красоте.
В лучах заходящего солнца мерцал ее устланный солнечными батареями распластанный купол. Под ним, ниже поверхности земли, сужался изящной линией толстый, как у гигантского гриба, «ствол» — непосредственно вся административная часть, техническая, и ангары. Много секторов с ангарами. И вся эта дикая на первый взгляд конструкция покоилась в невероятной по глубине и ширине воронке, оставляя выше линии земли только мерцающий купол. Воронка около трех километров в диаметре и километровый купол выглядели потрясающе. Невероятное торжество человеческой мысли и архитектуры! Самое неожиданное, что мне пока доводилось видеть. Аврора была похожа на распахнувшего гигантский зев червя, вырвавшегося из-под земли. Но и это сравнение было неточным, потому что все-таки она была изящной и грозной.
В огромный круглый зев в самом центре купола, с которым и близко не могли конкурировать самые большие по диаметру стадионы, летел нескончаемый поток мелких, как песчинки, самолетов. Самые большие из них, те, что Аврора не могла принять в свой главный ангар, она захватывала на управление и сажала по спирали на глубину воронки. Я помнил, что там когда-то начинали строить самостоятельный город с пятидесятиэтажными домами и двухуровневой дорогой.
Когда я приблизился на своем вертолете в зону действия радаров, программа Авроры деликатно поинтересовалась, хочу ли я передать ей контроль в управлении. Автоматику я никогда не любил, но сейчас, пока еще на Базе творилась полная неразбериха, я доверился автопилоту и полностью отключился от машины.
Можно было выдохнуть. Я посмотрел на свою семью и заметил, как оба вертят головами по сторонам, насыщаясь впечатлениями. А действительно, было чем.
Вертолет было решено посадить в главный Зал. Сперва мы долго и неторопливо летели над непрозрачным куполом. Все потому, что трафик был крайне плотным. Но когда мы подлетели к краю купола и на пару секунд зависли над громадным зевом, даже я не удержался и с любопытством посмотрел в боковое стекло вниз. Высота меня не пугала, но глубочайший Зал, напичканный вертолетными площадками, шлюзами, ведущими к самолетам, лестницами, лифтами и морем других дорожек для людей заставил мурашки побежать по моей спине. Красиво, демоны вас раздери! Просто красиво!
Автопилот мягко начал опускать наш вертолет, минуя сотню этажей с ангарами. Сотню! Нет, это явно лучше назвать ульем для нашей техники. Круглое, полое внутри, с нескончаемыми ячейками, в каждой из которых ждет своего часа самолет нового поколения — ЭЛИС. Это сказка. Пусть меня ущипнут.
А в центре этого круглого зала, как игла, торчала навороченная многосекционная диспетчерская, увенчанная на крыше громадным радаром в форме тарелки. Я не был уверен в своих предположениях, но зарекся спросить у операторов, умеет ли эта штука накрывать Аврору силовым полем. Я не удивлюсь, если умеет.