Третья сила

Артемьев Роман Г.

А потом они начали умирать.

Со стороны их смерть выглядела скучно – крыса бежит все медленнее, пока не остановится совсем, немного постоит, бессмысленно глядя перед собой глазками-бусинками, затем без лишних движений валится набок и, пару раз дернув лапками, замирает. Если бы псионы смотрели одними только глазами, большего они не смогли бы сказать. Если бы, к добру или худу, но появление на планете чужаков дало им органы чувств, у обычных людей не предусмотренные. Поэтому Злобный ощущал, как пришедшее на смену Аскету существо уверенно и стремительно прикасается к сковывающим хозяев Круга и их слуг связям, разрушая их, подавая команды на самоуничтожение,

небрежно сметая попытки сопротивления и убивая, убивая, гася целые созвездия сознаний…

– Командир, готово!

Андрей обернулся, взглянул на сделанный его бойцами выход на поверхность. Приказал:

– Уходите! Я последний.

Внизу оставался только Аскет, и бросать друга Злобный не собирался. По крайней мере, он намеревался ждать его до последнего – столько, сколько возможно. Как долго продлится невероятный поединок между двумя обладающими нечеловеческими силами существами, полковник не знал.

Оказалось, недолго. Легко и, кажется, совершенно игнорируя земное притяжение, снизу к потолку тоннеля взметнулась затянутая в камуфляж фигура. Мягко и беззвучно опустилась на пол, грациозно шагнула вперед, напугав храброго в общем-то псиона чужой пластикой движений.

– Чего ждешь?

Голос у Аскета тоже изменился. Хотя – что значит «тоже»? Облик сильнейшего ментата мира расплывался, словно погруженный в тень, заметить отличие от нормального состояния было невозможно. Перед Злобным стоял обычный человек, от одного взгляда которого душу почему-то охватывал нечеловеческий ужас и нестерпимо хотелось убежать.

– Тебя. – Андрею потребовалось все его мужество для короткого ответа.

– Зачем?

– Уходить пора.

Аскет слегка наклонил голову к плечу, словно размышляя. Объяснил задержку:

– Круг отразил все атаки, но он напуган. Ему требуется время для корректировки концепции реальности. У нас есть примерно четыре минуты, чтобы определиться с дальнейшими действиями.

– Да? – Злобный решил не уточнять, откуда пришла информация. Просто откашлялся и посоветовал: – Тогда тебе стоит заняться собой.

– Поясни?

– Выглядишь ты… не очень.

Слова «У людей такой ауры не бывает» он благоразумно удержал на языке. Аскет закрыл глаза. Затем сообщил в пространство:

– Восстановление базового восприятия потребует времени и усилий.

– Показываться в таком виде на поверхности точно не стоит!

Ментат неуверенно, словно жест был ему чужим, кивнул:

– В таком случае поручаю физическую оболочку тебе, доставь ее в безопасное место. Я не готов в текущем состоянии работать с пространством или менять атомарную структуру этого тела.

После чего рухнул на руки оторопевшему от последнего сообщения Злобного.

Оперативный штаб нападающих развернулся примерно в двух километрах от основной базы Круга. Каких усилий стоило Призраку отвлечь внимание гражданских властей и милиции от происходящего, история не узнает никогда, однако за все время операции и после ее неудачного завершения псионов никто не беспокоил. На заданный подчиненными прямой вопрос Фролов не ответил – отшутился, хотя в его мыслях мгновенно всплыл список высокопоставленных лиц и цифры – сколько каждому.

Повышенная чувствительность меня серьезно беспокоила. Я давно, целых пять лет, не читал окружающих с такой сверхъестественной легкостью. Способность проникать сквозь

защиту значительно усилилась после сегодняшнего приступа, и пока что ее не удавалось загнать в приемлемые рамки. Находиться среди людей было очень больно. В другое время я нашел бы тихий, уединенный уголок, посидел в нем пару суток, разобрался бы с собой, привык ко вновь изменившемуся видению мира… Сейчас нельзя.

Штурм не совсем корректно назвать провалившимся – он, скорее, окончился вничью. Мы не сумели достигнуть поставленных целей, однако и Круг не воплотил задуманного. Можно сказать, что институт представлял собой многослойную ловушку. Помимо крысиных стай, чье число сегодня сильно уменьшилось, атаковавших поверху бойцов ждали и другие сюрпризы. Например, невероятно большое количество огнестрельного оружия. Сейчас почти у каждого имелся под рукой хотя бы пистолет, и хорошо если только пистолет. Или существа, по способностям напоминавшие координаторов, но превосходившие их скоростью, живучестью и мощью ментальных атак. Были и другие неприятные моменты.

Тем не менее результаты нельзя назвать плачевными. Да, операция провалилась. Да, десять первоклассных бойцов выведено из строя, причем шестеро – окончательно. Да, потерян эффект внезапности. Зато теперь мы точно знаем, с чем столкнемся внутри, потому что один из взводов прорвался-таки на нижние этажи и сумел вернуться обратно, принеся ценную информацию. Большая часть войска Круга либо погибла, либо надолго лишена способности драться, а сами хозяева оказались не столь уж могущественны и опасны. Их телепатические атаки в конце боя значительно уступали по силе первоначальным ударам, мы уверены – они начали уставать.

Если давить, то сейчас. Пока Круг не оправился.

– Ты как? – прежде чем задать вопрос, Злобный оглянулся и создал «пелену».

Волнуется и злится. Мало того что в короткой стычке погибли не просто его подчиненные – близкие друзья, в придачу я преподнес страшноватый сюрприз.

– С учетом всех обстоятельств – неплохо.

До меня донеслись отголоски вскипевших в нем эмоций, которые Андрей не замедлил выплеснуть в яростном шепоте:

– Какой, на хрен, «неплохо»? Видел бы ты себя! Морда никакая, мышцы на лице играют, двигаешься, словно костей нет, аура совсем чужая! – Он резко замолчал, затем выдохнул и уже более спокойно продолжил: – Че делать-то будем?

– К вечеру у бойцов восстановится оболочка. – Я почувствовал, как пальцы непроизвольно дернулись, складываясь в положение «рука-копье». – Может быть, придется кого-то подкачивать искусственно, но дольше ждать нельзя. Мы доделаем, что начали утром, и по результатам операции я начну решать свои проблемы. Помнишь – я числюсь в бегах? Вот и посижу в камере пару неделек, разберусь с подсознанием. Место тихое, удобное, никто не дергает, не беспокоит, охрана относится с уважением. Наметки, где искать следы чужака, у меня теперь есть.

– Чего-то ты слишком спокоен, – подозрительно прищурился Злобный.

– Я, если говорить откровенно, с наличием «альтер эго» инопланетного происхождения в голове примирился, – признался я. – Он ведет себя тихо, в дела почти не вмешивается, жить не мешает. Волнует меня сейчас другое. Как думаешь, почему я не призвал теней? Десяток-другой там, внизу, нам бы не повредил.

– Не тяни. Не в гадалку играем.

– Потому, что мне помешали, Злобный… – В горле встал ком от нахлынувших воспоминаний. – Меня вышвырнули из ментала, как нагадившего котенка.