Третья сила

Артемьев Роман Г.

Даже с учетом включения Кругом части подземного народа в сообщество своих адептов, вычислили мы его быстро. Сначала заметили, как несколько раз координаторы залезали в канализационные люки, потом проследили маршруты стай одержимых, подняли статистику по пропажам людей за последние полгода. Одним словом, тот факт, что хозяева Круга скрываются где-то внизу, сомнений уже не вызывал. Только где конкретно? Подземная часть Питера очень велика и запутана, даром что почва болотистая. Искать мы могли бы долго, если бы не вмешались Ромка и Андрей…

Я до сих

пор не знаю, кто – или что – они такие. Не пожелавшие уходить на следующие ступени души, как утверждает Покойник? Энергоинформационный отпечаток личностей, оставшийся в ментале и воскрешенный цепью случайностей? Или просто кусок моих воспоминаний, выдернутый подсознанием в час нужды и обретший призрачную плоть для моего же удобства? Не могу разобраться. Точно знаю одно: угрозы они не несут, а помогают сильно. Сколько мне пришлось бы разбираться с пленным координатором без их участия?

– Вот те крест святой – чем дольше живу, тем больше люблю коммунистов! – Злобный с восхищением разглядывал сложный план, выведенный на большой монитор компьютера. – Ты смотри, какую махину отгрохали. Не, если партия что делала, то на совесть, на века!

Разместился Круг действительно под землей, но не абы как, а с умыслом. Место они выбрали примечательное. Закрытый институт, основанный при Сталине, во времена перестройки приватизировался ушлыми руководителями, площадь продали, старые кадры разогнали. Сейчас здесь обитали какие-то полуподпольные производства вроде спиртового микрозаводика или изготовителей булок, на которых, естественно, работали гастарбайтеры. Здесь же они жили и под влияние контролеров, надо полагать, попали тоже здесь. Но если надземная часть института претерпела значительные изменения – частично перепланировалась, частично развалилась от ветхости, – то нижние этажи в свое время опечатали серьезные люди из серьезных служб, с тех пор туда никто и не лез.

Может, нужды не было. Или сказалось привычное для нашей страны благоговение к делам Тайного приказа, как бы он теперь ни назывался.

Во всяком случае, до недавнего времени вниз, под землю, с территории института никто не спускался. Найдись же такой любопытный и сунь он нос за заваленные мусором двери, увидел бы интересную картину. Четыре этажа, собственная система вентиляции, три выхода в городскую канализацию и дополнительный, собственный, в расположенный неподалеку парк, оборудованные лаборатории и лекционные залы. Сейчас, конечно, все это пришло в негодность, залитое просочившейся водой и просто испортившееся от старости. Вот в прежние времена… Понятно, почему Злобный восторгается.

– Как вскрывать станем?

– Снизу. – Злобный пожал плечами. – Сверху пошлем отвлекающий отряд, а сами – через туннели.

Говоря откровенно, знали мы совсем немного. Оставались неизвестными точное количество врагов на базе, способности хозяев, их готовность сопротивляться и многое другое, что обеспечивает успех операции. Прочитанный мною координатор не заходил во внутренние помещения, у них тоже существовала своеобразная

иерархия и система доступов, поэтому ловить еще одного и пытаться вытащить нужную информацию из его памяти было бы бессмысленно. Придется действовать, полагаясь на удачу.

Лично мне такое решение совсем не нравится. Злобному тоже.

Штурм назначили на девять вечера. К этому времени в город приедут еще шесть десятков бойцов из полка Андрея, а сотня опытных псионов – сила, противостоять которой почти невозможно. Я бы сказал, просто невозможно, но два столкновения с хозяевами Круга заставляют быть более осторожным в оценках.

– Через низ? – У Злобного по части работы против людей опыта больше, чем у меня, но все-таки я немного сомневался. – Не проще ли завалить туннели и направить основной удар сверху?

– Не-а. Если идти обычным путем, то мы последовательно напоремся на одержимых, потом на нашем пути возникнет узкое место на входе в подвал, там атакующих, скорее всего, ждут координаторы, затем какие-нибудь мутанты неясных возможностей, и только после них, если повезет, сидят хозяева. Ну, одержимых можно газом потравить, но все равно – слишком много уровней защиты.

– Газ применять против людей опасно.

– Аскет, – удивился Злобный, – тебе что, на самом деле одержимых жалко? Ты только не обижайся, но мне казалось, ты по жизни руководствуешься принципом «победа любой ценой».

На такой вопрос коротко не ответишь.

– Они – посторонние.

– И что?

– Есть разница между профессионалами, сделавшими риск оказаться убитыми частью своей жизни, и обычными людьми, случайно попавшими в заваруху. Я готов убивать солдат, бойцов спецподразделений, прочих силовиков – они сделали свой выбор и знают, на что идут. Но лишать жизни людей, пострадавших в результате стечения обстоятельств и желающих просто мирно жить, зарабатывать собственным трудом, обеспечивать семью, спокойно растить детей… Лично мне это кажется бесчестным.

– Ты извини, но шансы безболезненно избавить одержимых от контроля большими не назовешь, – скептически покачал головой Андрей. – Хотя я всех ментатов из полка пригнал, и Призрак кое-кого обещал подкинуть. Кукловоды слишком близко, времени останется мало.

– Я знаю.

Стоит хозяевам подземелий почувствовать угрозу, и они бросят на ее отражение абсолютно все имеющиеся силы. Сомневаюсь, что их реакция будет другой. Поэтому вся операция должна пройти очень быстро и – право на надежду есть у каждого, не так ли? – желательно без сюрпризов.

– Короче говоря, пойдем через туннели. – Злобный принялся пальцем указывать на экране будущий маршрут. – Эти два подорвем, чтобы пути отхода перекрыть, здесь оставим небольшой заслон, а сами внутрь рванем по последнему, четвертому. Он расположен ниже остальных, отсюда удара, думаю, не ждут.

– Там наверняка все камерами утыкано. Или, что более вероятно, поставлены наблюдатели, напрямую связанные с хозяевами.

Андрей улыбнулся, что в его исполнении выглядело довольно-таки пугающе.