Третий долг
Шрифт:
Мои стены рухнули.
Я впитывал в себя их яд.
И я убивал этих ублюдков постепенно.
Глава 23
Нила
— Это я. Могу войти?
Я снова постучала в дверь Жасмин.
Два последних вечера я поднималась по каменным ступеням и стучалась. И два вечера она меня игнорировала.
Я знала, что она была там. Полоска света выбивалась из-под двери, и камера мигнула
Я даже дергала дверную ручку, чтобы войти без приглашения. Она была заперта.
— Жасмин. Мне действительно очень надо с тобой поговорить. — Я прижалась лбом к дереву. — Пока не поздно.
У времени было ужасное свойство — здесь оно бежало быстрее.
Тот месяц, который я провела вдали от «Хоуксбриджа» растворился в призрачных воспоминаниях. Вон и мой отец без конца слали мне сообщения — не соглашаясь с сообщениями, где я написала, что мне нужно было вернуться. То, что я знала должна сделать.
Почему они должны верить мне? Я сама себе не верила.
Я понятия не имею, как должна сделать то, что задумала.
Джетро избегал меня. Кат смеялся надо мной. Дэниель скрывался на заднем фоне, как гриб, дожидаясь чтобы воспользоваться мной. Каждая ночь проносилась и приближала меня к следующему Долгу. Заключительный долг мелькал на горизонте, тогда всем моим возможностям настанет конец.
Я не могла позволить себе расслабиться и медлить.
Я должна быть умной и действовать быстро.
Я постучала снова.
— Пожалуйста. Позволь мне войти.
Ничего.
Я не могла вернуться в свою комнату, не снова. Последние несколько ночей, я боролась с бессонницей и каждое утро страдала от яростных приступов головокружения.
Со мной такого не случалось с тех пор, как я уехала из Лондона. Но каждый раз, когда мои мысли возвращались к средству контрацепции, которое выбрал Джетро, мои внутренности скручивались от печали и гнева.
Не то чтобы это имело значение. Потому что он не делал никаких попыток поцеловать меня после съемок для журнала. Не говоря уже о том, чтобы спать со мной.
Если я не выиграю, то никогда не узнаю радость от того, что у меня есть ребенок или как это находиться в объятиях мужчины, пока я становлюсь больше, ожидая ребенка. У Вона никогда может не быть племянницы или племянника и мой отец... Я не могу думать о нем, не страдая от ужасной тоски.
У него может никогда не быть внуков. Но я думаю... Я думаю, он всегда знал об этом. Он держал меня подальше от мужчин всю мою жизнь, так что у меня не было возможности влюбиться и забеременеть, как сделала моя мама, прежде чем Хоук забрали ее.
Она нашла свою родственную душу, прежде чем ужас настиг ее.
Я нашла свою в тот день, когда меня забрали.
— Жасмин, я не уйду. Не в этот час. — С тяжестью на сердце, я развернулась и присела на ковер у ее двери.
Я не уйду, пока она не выйдет.
Я проведу здесь всю ночь, если это потребуется.
***
—
Я растаяла в его объятиях, поднимая губы для нежного, наполненного любовью поцелуя. Его губы были похожи на щербет — сладкие, покалывающие и вкусные.
— Я люблю тебя, Кайт.
Он сжал меня сильнее, его язык проник в мой рот, чтобы распробовать.
Я дрожала. Оттолкнулась от него. Поле ромашек и клевера волшебным образом покачивались на летнем ветру. Мы были одни на этом идиллическом лугу. Некому было его разрушить.
Никаких Хоук. Никаких долгов. Никаких Уивер.
Только поцелуи и любовь.
Наша одежда внезапно исчезла, и я провела кончиком пальца по его груди, вдоль рельефного живота, следуя за небольшой дорожкой волос к его паху.
Скользя рукой по его телу, я набросилась ртом на его эрекцию.
— Я люблю доставлять тебе удовольствие.
Его спина выпрямилась, когда я взяла его в рот, кружа языком и вдыхая его вкус.
Его сильные пальцы скользнули по моим волосам, крепко удерживая меня. Его бедра поднялись, чтобы встретиться с моими губами, мягко подталкивая, умоляя о большем.
Я не могла отказать ему.
Я позволила ему установить ритм, становясь все более влажной с каждым его ударом во рту. Затем я переместилась, нежась в его сильных руках и взобралась на его обнаженное тело.
Он не сказал ни слова, пока я взбиралась на него, опускаясь на его член.
Мы оба вскрикнули, когда я опустилась на него.
Все ниже и ниже. Глубже и глубже.
Упираясь руками в его грудь, я раскачивалась на его огромном размере, дрожа, когда он полностью погружался в меня. Только после того, как он заклеймил меня, я открыла глаза и посмотрела вниз.
Веселье на его лице.
Обожание в его взгляде.
Любовь в каждой его мысли.
Слезы брызнули из моих глаз, когда он поднял руки и переплел наши пальцы.
— Теперь я твой якорь, Нила. Оседлай меня. Воспользуйся мной. Контролируй меня. Я всегда твой. Я всегда поймаю тебя, если ты упадешь...
Я упала назад, перекувыркнувшись через нору, падая, падая.