Третий долг
Шрифт:
Сильвия захихикала, полностью покупаясь на ложь, которой поделился Джетро.
— Мы слышали слух или два.
Его властные пальцы погладили мое бедро, выглядело это как ласка, но ощущалось подобно наказанию.
— Те слухи были начаты, чтобы помешать нашей любви. Ее семья не одобряет мою кандидатуру. Они думают, что она заслуживает лучшего, чем я, и никогда одобрят — даже при том, что мы были рождены друг для друга.
Мое сердце остановилось. Слова могли быть такими совершенными. Так полны обещаний. Вместо этого они сильно пахли обманом
Мы рождены друг для друга — это правда. Но только для того, чтобы он убил меня в поисках того, что обещал ему Кат.
Я снова облокотилась на софу, желая, чтобы лебеди на ткани ожили и улетели оттуда. Я скучала по святилищу покоев Уивер. После ужасной инъекции, Джетро оставил меня, чтобы снова познакомить с этим местом. Я приняла душ и попыталась не плакать над моим легковерным сердцем или наивными надеждами, разбивающимися в пыль перед лицом нового поведения Джетро.
Я надела кроваво-красную юбку-трапецию, которую пошила здесь раньше, и накинула на плечи джемпер с вышитой вручную розой впереди. Я не заморачивалась с макияжем или укладкой волос. Влажные пряди свисали на спину, добавляя холод в моей душе, и я сомневаюсь, что она когда-нибудь оттает.
Сидя рядом с безупречно одетым Джетро, я действительно чувствовала себя больной. Умирая клетка за клеткой до тех пор, пока от меня не останется ничего, кроме тела.
— Похоже, ужасно трудно любить мужчину, которого не одобряет ваша семья, мисс Уивер, — перевел взгляд на меня Джордж.
Вот тогда интервью официально началось.
Расположив ладони на своих коленях, я изо всех сил пыталась придумать достойный ответ. Когда Кат пришел, чтобы забрать меня к репортерам, он дал мне строгие инструкции:
— С разбитым сердцем, но счастливая. Представь свою семью, как плохих парней, а нас — как жертв. Сделай все, чтобы фамилия Хоук снова сияла, мисс Уивер.
Мне так жаль, Вон.
После всего, что он сделал, чтобы спасти меня, я собиралась перечеркнуть все это с помощью нескольких ужасных предложений.
Джетро внезапно обнял меня за плечи, прижимая мое тело к себе. Его губы прижались к моему уху в поцелуе.
— Играй эту чертову роль. Это не сложно.
Он отстранился, и его глаза прожигали меня.
Ты хотела вернуться. Ты позвала меня забрать тебя. Теперь ты должна играть, если хочешь выжить.
Отводя взгляд, я ответила на вопрос Джорджа.
— Это сложно. Я очень сильно люблю своего отца и брата, но когда я встретила Джетро... Я сразу поняла. Он был создан для меня, и независимо от того, что они говорят или делают, я не могу изменить то, что написано судьбой.
Мой голос разнесся по комнате, тихий, неуверенный, с интонацией в правильных местах, чтобы расположить Джорджа и Сильвию. Их позы изменились, у них вспыхнул интерес, и Джетро немного расслабился.
— Хорошая девочка, — пробормотал он мне в волосы.
Я вздрогнула, когда его теплое дыхание коснулось моего затылка. Я хотела, чтобы мои слова были
Значит, сделаем их реальностью.
Лишь потому, что Джетро был сломлен снова, это совсем не значит, что я не смогу вернуть его.
Где моя сила? Моя убежденность? Я вернулась не для того, чтобы унывать страдая, а для того, чтобы положить этому конец.
Сила поступила в мою кровь. Я села ровнее. Покусывая изнутри свои щеки, я хотела вернуть краски своей коже и развеять любое проявление слабости.
— Истинная любовь и есть проклятие, вы так не думаете? — Я впервые улыбнулась, забывая про беспокойство и бросая себе этот новый вызов.
Ты хочешь, чтобы я играла свою роль, Джетро Хоук?
Прекрасно.
Я сыграю так хорошо, что пресса будет есть с моей руки, а не из рук Хоук.
— Я согласна. Влюбленность, вероятно, самая опасная вещь, которая может с кем-либо приключиться, — улыбнулась Сильвия.
Взяв руку Джетро, я переплела наши пальцы и поднесла его большую ладонь к своим губам. Я поцеловала ее. Вдохнула его запах кожи и денег. Я снова становилась сильнее.
Он не двигался. Не дышал и не шевелился.
Это не важно.
Я верну его.
— Итак, ваш брат так сильно чувствовал, что семья Хоук была недостаточно хороша для вас, что распространял гнусные слухи о долгах и смертях... и это все, чтобы разлучить вас? — спросил Джордж, его глаза сверкали.
Джетро исчез для меня.
Пожалуйста, прости меня, Вон.
— Да. Мы с Ви росли вместе и были очень близки. Я делилась с ним всем. Но потом я встретила Джетро, и не захотела делиться своей тайной. Я скрывала наши отношения. Полагаю, это было предательством в глазах моего брата. Ему казалось, что он потерял меня. И он выместил злость на моем любимом.
Джетро улыбнулся, как любящий партнер.
— Я признаю, это было трудно.
— Я могу себе представить, — усмехнулся Джордж. Сверяясь со своими заметками, он выпрямился. — Как насчет того, что прежде чем мы обсудим другие темы, мы хотели бы устранить путаницу в отношении этих слухов. Вы не возражаете?
Джетро ответил прежде, чем я смогла это сделать.
— Конечно. Нам нечего скрывать. — Его губы обнажили зубы в прохладной улыбке. — Было бы полезно положить конец недоразумениям насчет отвратительных слухов, которые распространил Вон Уивер.
Мои плечи вздрогнули, когда послышалось имя моего близнеца. Я должна была послушать его — не в отношении побега, а вооружиться и сражаться с Хоук жестокостью, а не моей идиотской идеей забеременеть.
В любом случае с этим покончено.
Я не знала, как долго длится действие контрацептива, но я вспомнила сотрудницу, которая сделала эту инъекцию, по ее утверждению эффект инъекции достигал шести месяцев.
Меня не будет в живых через шесть месяцев.
Сильвия вытащила журнал Elle из своей сумки. Передавая его мне, она спросила: