Требуется сообщник

Новицкая Ольга Владимировна

– И часто вы дрались в этом… этом… – от возмущения Женька заговорила на чистом английском, видимо, опять подсознание сработало, – Змеином царстве?!

– Змеевнике? Часто, – самодовольно кивнул Кощей. – Похоже, сегодня драться буду действительно с тем рыжим. Вон он толкается. Впрочем, остальные со мной связываться побоятся… Хотя я давненько подобными вещами не занимался, может, и найдется пара отважных.

– Вы на себя не много берете? – зашипела Женька. – Да он здоровее вас раза в два! Уж простите, Михаил Николаевич, но он

и помоложе будет! И вы с дороги только что, отдохнуть толком не успели, нос до сих пор красный! Этот рыжий вас одной левой завалит. Вы хоть помните, сколько вам лет?

Последнее она сказала напрасно. Кощей смерил ее взглядом, от которого хотелось добровольно удавиться, и, выбросив вперед руку, прихватил за плечо какого-то парня.

– Эй ты… О-па! Кларенс! Сколько лет! Да ты вымахал!

– Здрассте, мистер Мак! – радостно заорал Кларенс, схватил Кощея за руку и с чувством потряс. – Вы деретесь сегодня, да? Везет же мне! Как раз шиллинг лишний!

– Погоди, – довольный произведенным эффектом, с достоинством пресек его Кощей. – Кто против меня?

– Рыжий Тим Ирландец, – торопливо просветил Кларенс.

– Какие ставки?

– Семь к одному против вас, мистер Мак, – радостно подсказал Кларенс. – Столько денег срублю, сказать страшно!

– М-да, – Кощей был разочарован. – Что-то народ в меня не верит.

– Так вас не было долго! Ну все, я побегу, бой скоро…

– Подожди, – осадил его Кощей и, порывшись в карманах, выудил два пенса. – На вот, добавь к своей ставке, только выдай моему племяннику все, что надо, и поясни обязанности. Да, и ты того, говори помедленнее, он у меня слегка… – Кощей крутанул пальцем у виска и присвистнул. – Я его из Франкии забрал.

– Повезло парню, – с завистью заявил Кларенс, имея в виду не умственную отсталость, а наличие дяди, но вдаваться в подробности не стал, схватил Женьку за плечо и потащил за собой.

– Звать тебя как? – на ходу спросил он.

– Джеки, – заученно отозвалась Женька.

– Значит, так, запоминай, дерутся по три минуты, минута перерыв, и так пока один не ляжет до счета десять. Ясно? Твоя задача в перерыве смыть кровь с лица, чтобы смотреть не мешала, дать прополоскать рот и размять мышцы, их иногда от перенапряжения сводит. Справишься?

– Ага, – кое-как сообразив о чем речь, в основном по жестам и числительным, согласилась Женька.

– Следи за правилами. Там, конечно, рефери есть, но все равно наблюдай. Так, на всякий случай. Ниже пояса не бить, захваты не делать, в глаза пальцами не тыкать, не брыкаться.

– И все?

– Куда ж больше! Тебе туда.

Он указал куда-то на стену шатра и скрылся. Протолкавшись сквозь толпу, Женька увидела закуток, огороженный ширмой. Возле него стояло два деревянных ведра с водой. Одновременно с Женькой к ведрам подвалил какой-то склизкий тип, схватил одно, сдернул с ширмы кусок тряпки, заменяющий полотенце, и скрылся. Сообразив, что вот-вот начнется бой,

Женька последовала его примеру. Ведро оказалось тяжелее, чем думалось, но, собрав все силы, девушка кое-как доволокла его до места назначения.

У ринга разминались бойцы. Рыжий Тим размахивал руками и красиво напрягал плечи. Толпа ликовала. Слышались подбадривающие крики и свист. Кощей держался скромнее. Он и выглядел скромнее. Был он значительно старше соперника и весил явно меньше. Оба, согласно правилам, сняли рубашки, и разница между бойцами стала особенно заметна.

Сравнив обоих, Женька про себя ругнулась и протолкалась к Кощею, используя английское слово, знакомое любому школьнику, и добавив еще парочку, известных лично ей.

– Дядя Мак, вы псих? Последний раз говорю, он вас порвет, как Тузик грелку, – с ходу выпалила она, бухнув ведро на земляной пол, едва не попав по собственной ноге.

– Спасибо за поддержку, племянник, – улыбаясь публике, процедил Кощей. – Я бессмертный, помнишь?

– У вас до сих пор рожа красная, как задница бабуина, – по-русски прошипела Женька, шагнув почти вплотную. – Вам же месяц на лекарства работать придется. Он же вас в котлету превратит!

– Спокойно, детка, я постараюсь уцелеть. Дай попить.

Он отхлебнул прямо из ведра и, перемахнув через ограждение, оказался на ринге.

– Вот зараза, – процедила Женька любимое ругательство.

Слова прозвучали с таким чувством, что двое близстоящих мужчин глянули уважительно. Правда, отнесли ругательства на счет Тима, тоже сиганувшего в квадрат, и, поскольку принадлежали к болельщикам Кощея, радостно засвистели.

В этот момент противники как раз сошлись посреди площадки и пожали друг другу руки. Рядом суетился рефери, выделявшийся на фоне толпы красной рубашкой.

Прозвучал гонг. Тим и Кощей отпрянули друг от друга и приняли стойку. Почти боксерскую, самую удачную, когда левая рука прикрывает корпус, а правой готов ударить, и короткими шажками двинулись по кругу.

Женьке было страшно. Кощею тоже, противник внушал серьезные опасения. В то же время ревущая толпа наполняла обоих странным азартом. Кощей, плюнув на то, что противник тяжелее и моложе, поддался общему настрою.

– Бей его! – выкрикивала Женька заученное, при содействии толпы, словосочетание. – Бей его, дядя Ко… дядя Мак! Бей по рыжему лицу!

Но первым атаковал Тим. Его кулак, мелькнув, врезался в скулу Кощея, и великий злодей отлетел к ограждению, словно теннисный мячик, а затем тихо сполз по стенке на песок.

– Вставай! – бесновалась толпа.

Помотав головой, унимая звон в ушах, Кощей поднялся за секунду до того, как к нему подскочил шустрый ирландец, и едва успел увернуться от следующего удара. Кулак просвистел мимо, едва не задев ограждение.

– Молодежь пошла! – громко возвестил Кощей, принимая прежнюю стойку по центру ринга. – В рожу плюнешь – драться лезут.