Требуется приспешник

Альшер Лилия

— Меня не взяли в магпрефектуру... — терпеливо, но слегка раздраженно начала объяснять Лорейн, привалившись спиной к арочной панели с охотничьими горгульями. Раздражающий лучник продолжил держать ее на мушке. Упырь отгрызи руки тому умельцу, который нарисовал этого плешивого крокодила. Лорейн отвернулась.

— И ты решила пойти по наклонной?

— Нет, — она устало потерла лоб, — я решила, что пойду в обход. Сделать, так сказать, ход конем...

— Жеребцом... — драматизировала мама, снова снизив энергичность до жалостливой.

Лорейн

вспыхнула от злости и в сердцах ударила по стене. За спиной что-то тихо тренькнуло, быстро-быстро зашуршало шестеренками, вибрирующе отдаваясь в спину... Лорейн удивленно попыталась вернуть равновесие и шагнуть вперед, но панель за спиной резко распахнулась, и она полетела в темную неизвестность с криком, который маме слышать бы не стоило. Неизвестность быстро обнаружила в себе уходящие вниз ступеньки, дружелюбно принявшие удар на себя: спиной она приложилась знатно. Сумочка метко попала в лоб. Стекло полетело считать ступеньки. Видимо, на шаг на лестницу реагировали чары, потому что сразу же, как она растянулась на них, включился свет. Но разглядеть Лорейн ничего не успела — ее накрыло шуршащей юбкой платья.

Лорейн не врала, когда говорила, что ругается на пяти языках, и, путаясь в юбке и пытаясь подняться, изливала жемчужины своей мудрости и образования щедро и не стесняясь. Слышал бы Морион, в каких конструкциях она упомянула его, зеленый чай, брусничные листья и герцога, потребовал бы жениться. Но Морион не слышал.

Лорейн наконец поднялась и посмотрела на закрывшуюся потайную дверь. Поток ругательств иссяк и в наступившей тишине она устало вздохнула. И услышала удивленное:

— Лорейн?..

Добавив еще одно интернациональное слово, Лорейн посмотрела вниз. Разбитое Стекло щурилось на свету трещинами, но предательски работало. И позволило маме услышать все, что она думает.

Лорейн бессильно засмеялась и села на ступеньки.

— Да, мамочка?

— Я попозже наберу тебя. Что-то связь плохая, заклинание нестабильное, — ошеломленно проронила родительница и отключила магическое соединение.

Лорейн осмотрела глубину... отверстия, куда провалилась. Узкий потайной лаз уходил вниз как минимум на этаж. Герцог принимал их на первом этаже, по лестницам она не поднималась, значит, тянулась крутая лестница в подземелье. Внизу, на крохотной площадке в два шага, она круто виляла в бок, в темноту.

Лорейн затаила дыхание и прислушалась — первое правило некроманта. Сначала прислушайся, потом проверяй. А то есть твари, которых магия только будит. Хотя... Тут и так горят рожки со светляками на стенах. На очень-очень пыльных стенах. Лорейн чихнула, подтверждая это открытие. Еще вокруг, теперь даже на ее платье, трепетала паутина, пыльная, липкая и тяжелая. Ступени она тоже неплохо собой протерла. В общем, напрашивался вывод, что сюда лет двадцать никто не заходил. Лорейн заклинанием очистила платье и наклонилась за разбитым Стеклом. И заметила припорошенные пылью следы. Только

вниз! Ну или десять лет не заходил...

Снизу тянулся сыроватый сквознячок с привкусом земли, солей и камня. Но желания продолжить осмотр достопримечательностей не возникало. В некромантии очень приятно оставаться теоретиком и не становиться практиком.

Она поднялась ко входу, осмотрела каждый кусочек, нажала каждый подозрительный выступ, применила чары, постучала... Постучала три раза. Нет, дверь работала только в одну сторону. Всех впускать, никого не выпускать.

Что ж, прощайте, лорд Морион. Дальнейшее общение — через банковский счет.

Лорейн потянулась к спасительному телепортационному амулету на браслете. Пальцы уверенно сжались на нем, нажали потайной камушек и...

Ничего не произошло.

Повторила.

Ничего.

Лорейн подняла подвеску и прищурилась, переходя на магическое зрение. Плетение изменилось. Ее маленькие руны битыми осколками висели на нитях чар. Зато по ним, как по строчкам размашисто струился чужой поток. Заклятие по-прежнему было пространственным, но она не смогла прочитать вязь. Какие-то высшие черные чары.

Память услужливо подкинула моментик, как она вложила руку в ладонь Мориона, когда они заключали сделку, как его пальцы на миг коснулись подвесочки. Как их руки окутала пелена магии. Особый смысл теперь обрел и чай.

Лорейн закрыла глаза и сжала кулаки.

— Ох, помогите тебе темнейшие боги, когда я отсюда выберусь!

Призвав на ладони боевое заклятие упокоения, горящее синим огнем, Лорейн начала осторожно спускаться вниз...

Глава 3. Некромант-практик

«Не трудно попасть на тот свет. Трудно вернуться!» (к/ф «Пираты Карибского моря»)

Мелкие ступеньки бесили. Подняв и смяв комком многострадальную юбку, Лорейн аккуратно пристраивала на пыльной доске маленькую ножку в туфле на каблучке и попеременно молилась и ругалась, надеясь не сломать шею или ногу следом за Стеклом.

Боги, ну кто делает для злодейских дел такие лестницы? Сюда же ни один приличный ботинок сорок четвертого размера не поместится! Почему на ум пришел сразу папенькин ботинок, и почему именно им мерились ступеньки, осталось загадкой. Мысленно она примерила на ступеньку ботинок Мориона. Тоже не подошел.

— Видимо, поэтому меня и отправил, мерзавец большелапый, — проворчала она себе под нос.

И зачем их так много налепили? Кто станет семенить на цыпочках, спеша на ритуал? Может, это намек, что скорость нужна при ловле блох, а пакости нужно творить вдумчиво и от души? Аргумент, конечно, Лорейн поддерживала.

Одолев половину пути к загадочному подвалу, она ощутила неожиданное тепло у запястья. Подвеска, испорченная Морионом, нагревалась. И не от ее тела.

— Что за дичь?