Товарищ кот

Попов Илья В.

– Ловко, – покачал головой Семен, слушая причитания халдея и ругань Фауста. – Может ты пока в нашей партии колдуном побудешь, пока Кроули временно недоступен?

– Заманчиво, но я пас, – широко зевнул Абдулла. – Старый я уже для таких приключений, да и шкуру подставлять неохота.

– А я говорил, что это не с-с-сработает, – раздался откуда-то с потолка тяжелый вздох Вальтера.

– Может тебе мас-с-стера посообразительней найти? – спросил Семен.

– Пропадет же, – ответил Вальтер. – С-с-с-гинет, а мне потом перед ложей отчитыватьс-с-ся.

– Получилось! – раздался из ошейника

Семена радостный лай Сэма. – Все сюда, я нашел Кроули!

Через пять минут они полным составом уже находились в какой-то пыльной кладовке, которую Сэм переделал под мастерскую. Всюду пищали, тарахтели и мигали лампочками различные приборы, трещали рации, искрили провода. Сэм стукнул лапой по рычажку на вытянутой панели – и на выпуклом экранчике ее замигал алый огонек.

– Четыреста миль на девять часов, – сообщил Сэм. – Там сейчас держат Кроули. А может быть, и философский камень.

– Германия, – поморщился Чарли. – Похоже, будем вести игру на чужой территории.

– Думаю, это опасно, – немного подумав, сказал Альфонсо.

– Скажу больше – это смертельно опасно, – кивнул Чарли. – А значит – берем побольше взрывчатки и готовимся к худшему.

Последняя фраза как никак идеально описывала всю жизнь Семена после его впопандопальства.

Глава 21

План и стратегия – это, конечно, хорошо, но пара десяток дивизий за спиной и пара батальонов с пушками еще лучше.

Наполеон Бонапарт о том, как выигрываются войны.

Когда-то давным-давно, много лет назад, еще совсем юный студент Семен Иванович Попадайлов устраивался на свою первую в жизни работу со светлой мыслью побатрачить на ней годик-полтора, скопить деньжат, рвануть в путешествие по Европам, а после осесть дауншифтером в каком-нибудь Таиланде, нежась на пляже и несколько часиков в неделю подрабатывая фрилансером. При этом не сколько ради заработка, сколько ради того, чтобы не помереть со скуки.

Но светлые мечты разбились о суровую реальность. Как оказалось, если твоя зарплата не заканчивается шестью нулями, в лучшем случае к концу месяца у тебя от этой суммы останется рублей пятьсот – и это хорошо, если еще в минус не уйдешь. И что самое коварное – чтобы зарабатывать на фрилансе хотя бы столько, сколько уйдет на поддержание штанов, нужно уметь что-то делать.

К такому коварству Семена жизнь точно не готовила, поэтому от столь перспективных планов пришлось отказаться. Во всяком случае до тех пор, пока его блоги не начнут приносить ему более-менее стабильный доход.

Однако сбылась мечта офисного клерка и от попаданства все же был свой плюс. Как никак за несколько дней Семен успел увидеть несколько стран: Польша, Румыния и вот теперь Германия. Правда, впечатления от путешествий слегка смазывалось тем, что каждый раз кто-то пытается его убить, но надо искать во всем позитивные стороны – во всяком случае, он не платит за билеты.

– И это тайное логово Распутина? – в легком разочаровании протянул Семен.

Действительно – увиденное не поражало взгляд. Просто какой-то завод – которые в его реальности стоят без дела, так как в

стране одни гитаристы и тик-токеры – окруженный высоким забором с колючей проволокой. По периметру воткнуто несколько вышек с прожекторами и часовыми. Помимо этого вокруг сновали многочисленные патрули из штурмовиков в сопровождении доберманов и, судя по их злобным мордам, встреча с ними не сулила ничего хорошего.

– А ты на что надеялся? Замок, окруженный рвом с крокодилами, или высоченную башню с пылающим красным глазом на вершине? – хмыкнул Абдулла, передавая небольшой бинокль обратно Чарли.

– Ты кстати так и не объяснил, по какой-такой причине вдруг резко перестал заботиться о своей шкуре и поперся с нами, – сказал Семен.

– Ну начнем с того, что ваш шпик за мной просто по пятам ходит, что немало раздражает, – ответил тот. – А закончим тем, что шкура-шкурой, но Аля все же спасти надо. Он мне в свое время помог первый спиритический сеанс провести, да и с долгами расплачивался всегда вовремя. А мне и самому кое-кому должок вернуть надо, причем с лихвой.

– Шмель Два, это Шмель Один, ты на месте? Прием, – произнес Чарли.

– Так точно, – отозвался Сэм. – Готов забрать вас после команды в течение двух минут. Прием.

Он ждал их в подлеске неподалеку на новеньком пепелаце, который умудрился собрать из подручных средств прямо в отеле. За основу был взят угнанный у прилипчивой троицы крысолет, остовом послужила найденная на заднем дворе отеля неисправная посудомоечная машинка, детали и электрику Сэм взял из личных запасов. Несколько часов и вуаля – они уже жужжали вызволять одного сумасбродного чародея из лап другого.

Третьему, правда, пришлось скривиться в три погибели, чтобы влезть в прототип будущих вертолетов, да и выглядело их новое средство передвижения не ахти, но свою функцию выполняло исправно. Сэм даже умудрился присобачить – в прямо смысле этого слова – к нему небольшой пулемет. Что уж говорить – золотые лапы. Главное, чтоб по ним из ПВО не шмальнули или из чего покрепче, с Распутина скажется.

Пробираться на территорию завода было решено к вечеру, как только стемнеет. Долго ждать не пришлось и уже спустя пару часов они короткими перебежками от куста к кусту подобрались к высокой стене, внимательно оглядываясь на предмет снующих вокруг патрулей. Вот только перед их троицей все равно стала проблема, как перебраться через забор, так как залезть на него смог бы лишь Семен – да и то не факт, так как запутаться в колючей проволоке можно было за милое дело – сделать же подкоп им не позволяло время. В момент тяжелых размышлений около хвоста Семена послышался какой-то шорох и писк:

– Пс!

Опустив глаза, Семен увидал пару крыс с белой шерстью и красными глазами.

– Вы тут чего шаритесь? – с подозрением спросила одна из них.

– Да так, гуляем, достопримечательности разглядываем, – ответил Семен. – Туристы мы.

– А больше на диверсантов смахиваете, – заявил второй грызун.

– Вам-то откуда знать, как диверсанты выглядят? – хмыкнул Семен.

– Так мы они самые и есть, – дернула усами первая мышь. – От того вас и заприметили. Мы – агенты сопротивления. Меня зовут Вольдемар, а это мой кузен Ландау.