Тотем Козерога

Джевага Сергей

осматривает на предмет болячек.

— Так и есть, — признал незнакомец. Убрал руки и внимательно всмотрелся в мое

лицо. — Тебе несказанно повезло, юноша. После столкновения с колдуном обычно

года три лечат разум. Удивительно…

С колдуном?.. Я вздрогнул и откинулся на подушку. Помню смутные блуждание,

кошмары, ребенок с пуговицами вместо глаз, бой с краснокожим демоном… Точно, это

и был Платон. Затащил меня в сны, раздробил разум. Но я сумел вырваться и

победить,

отплатил колдуну той же монетой. А потом, кажется, видел Соню и еще

много разных женщин. Ведьмы помогли сбежать из города. Смутно помню полет, ветер

и движение внизу — по улице ехал всадник в окружении уродливых псов. Проклятый

Охотник? Да, это был Высший демон. Но мы сбежали… Вот только куда? И где

нахожусь?..

Снаружи опять послышался звонкий крик петуха, ржание лошади. Раздались грубые

мужские голоса и тяжелые шаги. Солнечный свет померк. Видимо набежало облачко.

— Успокойся, — произнес старик, поняв мои сомнения. Добродушно улыбнулся и

пригладил волосы. — Ты в безопасности.

— Кто вы? — быстро спросил я.

Бояться нечего. Если бы попал к врагам, то очнулся в сырой камере, или вообще не

проснулся. Да и старик не внушал опасений. Осталось разобраться, что к чему,

узнать, куда притащили ведьмы.

— Меня зовут Велимир, — произнес старик. — Ты гость в моем доме.

— Вы монах? — полюбопытствовал я.

С интересом осмотрел одеяние хозяина. Похоже на рясу священника, но те носят

черные. Хотя помню из истории, что церковные ордена в Европе имели собственную

символику. И монахи каждого рядились в определенные цвета: коричневый, алый,

серый. Но крестика на шее старика не видно. Вместо него бронзовый кулон

изображающий круг с шестью лучами-спицами. Так древние славяне представляли

солнце — в виде огненного колеса, что катиться по небу.

— Нет, — сухо сказал старик. — Волхв.

Я не удержался и скривился — а чего ты ожидал, Саня?.. Колдунов, волшебников и

ведьм видел. Почему бы с настоящим волхвом не познакомиться?.. Вздохнул и

медленно сел на кровати, поставил ступки на холодный пол. Зевнул, с

удовольствием потянулся, почесал небритую щеку. Быстро приподнял простыню –

точно, голый. Но тут же увидел на другом табурете свои джинсы, чужую полотняную

рубаху. Встал и торопливо оделся, отыскал под кроватью туфли, начал воевать со

шнурками. Наконец справился и вопросительно глянул на старика.

— Могу узнать, где вообще нахожусь? — спросил я, твердо решив ничему не

удивляться. Волхв, так волхв, подумаешь… Главное, расправой не грозит, убивать

не собирается. А с остальным разберемся.

Велимир кивнул и глянул из-под кустистых бровей. В молодых глазах сверкала

насмешка,

чистый и ясный ум.

— Конечно, — сказал он. — Но всему свое время. Есть хочешь?

Услыхав про еду, желудок громко и заливисто булькнул, завозился. Я поморщился,

отступать поздно, голодное рычание прозвучало подобно грому. Ел вчера, но

маленькая котлетка в столовой «ХраМа» не в счет. С другой стороны можно и

внутренней энергией питаться, уже умею… но зачем, если в мире столько вкусного.

— Не откажусь.

— Тогда пойдем, — сказал старик.

Встал с табурета и поманил за собой. Мы вышли из спальни и оказались в большой

светлой комнате. Ноздри жадно задергались, уловив вкусные запахи. В животе

квакнуло и забурлило. Я придал лицу равнодушно-скучающее выражение, осмотрелся –

похоже, помещение совмещает в себе кухню, гостиную и столовую. На полкомнаты

огромная печь с жерлом духовки и множеством поддувал. Внутри потрескивало и

гудело, плясали языки жаркого пламени. Рядом на крючках целый набор кочережек,

ухватов и лопаток. У стен несколько шкафов забитых баночками, горшочками и

прочей утварью, тяжелые лавки и широкий стол заставленный тарелками с горячей

едой. Над блюдами поднимался ароматный пар. Я углядел коричневый бок печеной

курицы, наваристый суп и гречневую кашу с кусочками мяса. Голова закружилась, я

судорожно сглотнул и понял, что если сейчас не поем, то захлебнусь слюной.

Наружная дверь с грохотом открылась. На пороге показался обнаженный до пояса

Вадим с охапкой дров в руках. Друг широко улыбнулся. Сложил дрова у печи,

отряхнулся и полез обниматься.

— Проснулся-таки! — прогудел он, похлопал по плечу. — Я уж думал ты до второго

пришествия будешь дрыхнуть.

Я с изумлением посмотрел Вадима, перевел взгляд на хитро улыбающегося волхва.

Так вот что не давало покоя! Не зря старик показался смутно знакомым. Такой же

высокий и статный как друг, тот же профиль лица, знакомые черты. Это пресловутый

дед Вадима, которым Елистрат мне уши прожужжал — мудрец, чародей и знахарь.

— Э-э-э… — промычал я. — Я тебя тоже рад видеть. Но как?..

— Сейчас узнаешь. За завтраком и поговорим, — отмахнулся друг и обернулся к

старику. — Деда, как он?

— Жить будет, — проворчал Велимир и присел на лавку. — Я ожидал худшего. Думал

настоями отпаивать, заговоры шептать. Смотрю, а он аж светиться от силы. Не

знаю, что там ведьмы про колдуна наговорили, но твой друг будто Живой воды

испил. Хотя удивляться нечему — маги отличаются огромной живучестью…

— Ясно, — кивнул Вадим, сдвинул на переносице косматые брови, задумался. Но тут