Торлор
Шрифт:
– Может быть такое, что вас разыграли и эта яма должна заставить лишь каждого переступить свой страх?
– отплывая в сторону от хамелеона, Джек почувствовал, что что-то изменилось, словно кто-то третий посетил пещеру. Воздух наполнился кислым вызывающим тошноту запахом. Замерев, он пытался определить, что происходит. Первым очнулся Упрямый Нос, заорав он начал сбрасывать с себя прилипшие к нему водоросли. Вертясь в воде, он тщетно пытался сбросить с себя все больше прилипающие к нему черно-зеленые жгуты. Джек встал на грань сна за миг до того как почувствовал острую, жгучую боль почти во всем теле. Что-то странное было в этих жгутах водорослей и, дойдя до состояния раздвоения внимания, он взглянул на себя и вниз сквозь толщу воды. Сам он был опутан множеством тонких каналов, похожих на каналы искр людей, этот густой, гибкий лес поднимался со дна ямы, где располагался центр, в котором сходились все жгуты.
Словно толчок от далекого землетрясения почувствовали оба ученика школы мечей, и с секундным запозданием все водоросли резко ушли на глубину.
– Что произошло?
– пришедший в себя хамелеон, расчесывал руки, покрытые мелкими ранами. Нас что хотели съесть эти водоросли?
– Это не водоросли, это что-то живое, тварь внизу похоже так питается, сейчас она на глубине. Но думаю, скоро вернется. Если сможешь то готовься вызывать своих теней, пусть рвут руками жгуты водорослей вокруг тебя.
Джек сел на доску обхватив ее ногами, полог лерка был накинут, сам он концентрировался на своей сфере, чтобы быть готовым зачерпнуть еще силы. Ждать пришлось не долго, с глубины стали подниматься упругие щупальца, ища строптивую пищу.
– Оно идет, создавай теней - он краем глаза заметил шевеление вокруг хамелеона, значит, у него получиться на время противостоять твари. Сам Джек не знал, как поступить, ударить снова по жгутам толикой силы или ждать появления всего чудища, потому что его умения, как он точно знал, хватит еще всего на раз. Даже сейчас у него не получалось зацепить хотя бы кроху, и он полностью сконцентрировавшись на сфере, пропустил начало второй волны водорослей. Вода вокруг хамелеона закипела, это тени вступили в противоборство с гибкими и значительно потолстевшими жгутами твари. Если тварь вернулась, значит ей не так и страшен был удар, и она решила просто взяться за пищу всерьез, о чем свидетельствовали утолстившиеся по сравнению с первой атакой жгуты. Джек видел, что жгуты водорослей уходят на глубину, в центр твари и единственным решением было атаковать ее середину. Но хватит ли воздуха на погружение, и пустят ли отростки к центру чудища - стремительно мелькали мысли в его голове. Зачерпнуть толику силы из сферы никак не получалось, а гибкие жгуты оплели уже ноги и живот замершего человека. Боль пришла резко и отовсюду, это чудище начало вгрызаться в не защищенное тело. Отталкнувшись от доски и жесткого ковра водорослей, он сбросил с себя большую часть толстых жгутов, и набрав воздуха нырнул пытаясь доплыть до центра твари. Ему наконец-то удалось передвинуть, к руке с татуировкой, частичку темной сферы и теперь оставалось только доплыть. Мелкие водоросли, оставшиеся на теле, сначала никак не реагировали на этот нырок, но когда Джек был на половине пути к твари, они ожили, радуясь приближающейся к желудку пище. С поверхности вниз резко ушли толстые жгуты, перехватывая человека и обматывая его, словно паук свою жертву. Джек боролся, но направление его движения неуклонно менялось, водоросли утягивали, барахтающегося человека на дно, словно разгадав его план и отводя от себя угрозу. Джек потерял концентрацию от боли, водоросли возили его по дну, поднимая тучи ила и тревожа старые кости, разлетающиеся в разные стороны, словно здесь была братская могила. Похоже, чудище раньше неплохо питалось человечиной - воздух в легких заканчивался, и сердце, обвитого водорослями Джека, бешено колотилось. Вернуться на поверхность тоже не получалось, жгуты прочно обмотали барахтающиеся ноги и не отпускали его. Светящаяся точка проплыла перед глазами задыхающегося Джека, протянув руку, он смог дотянутся до нее с третьей попытки, когда водоросли в который раз провезли его по дну. В руку удобно легла рукоять не то меча, не то длинного кинжала и не раздумывая он полоснул по связывающим его жгутам, перерезая их. Наиболее толстые водоросли пришлось перепиливать и наконец, освободившись, он оттолкнулся от дна и вырвался на поверхность. Со свистом вдохнув воздуха он увидел хамелеонов бешено мечушихся вокруг настоящего Упрямого Носа. Теням тоже доставалось, они сами были обвиты водорослями и на глазах Джека двое растворились в воздухе. Хамелеону долго не продержаться, Джек глубоко вздохнул, и нырнул в направлении дна. Если в состоянии сна он видел все чудовище, то сейчас его окружала полная чернота, и он плыл, держа в голове место, где сходились каналы этой гигантской водоросли. В левой руке у него был подобранный меч, а правая, дрожала от присутствия в ладони частички силы сферы. Раздвигая мечем водоросли он протискивался все дальше и дальше. Наконец остановившись у желеобразной массы и проткнув ее мечем он почувствовав
– Как думаешь, оно надолго ушло?
– дрожащий от перенапряжения хамелеон также распластался на своей доске.
– Думаю надолго - Джеку с трудом выговаривал, ставшие неимоверно тяжелыми слова.
Замолчав, оба продолжили висеть на поверхности, поддерживаемые только деревянными досками. Не будь их, они бы точно утонули, старая традиция, заведенная самим Чао, давать по доске наказанным ямой Стока, чтобы они подольше помучались, спасла жизнь обоим ученикам.
– Что ты там сделал под водой?
– немного отошедший хамелеон подгреб к Джеку.
– Да почти ничего, на дне куча костей и всякого хлама, я случайно зацепил за рукоять меча, а потом воткнул его в середину этой твари. Вот и все, сейчас отдохну и буду нырять, не хорошо оставлять тут дальше ржаветь нашего спасителя.
– Думаешь, мы выберемся отсюда?
– в голосе хамелеона слышалось сомнение.
– Конечно, выберемся, пока тварь залечивает рану, наставник точно приедет и созовет совет, даже не беспокойся.
– Тогда я сам нырну, тебе лучше отдохнуть. Если тварь вернется, хотя бы будем вооружены.
С этими словами Упрямый Нос, набрав воздуха, скрылся под водой. Вынырнув, он невнятно пробурчал себе что-то под нос и снова нырнул. Так продолжалось раз шесть - семь, пока он не сдался.
– Видимо меч остался в теле твари, я облазил все дно, его нигде нет. А костей там действительно гора, место это похоже на старую жертвенную яму, вопрос в том, чьей семьи? Школа всегда поддерживала нейтралитет и жертвенник на ее территории, это надо будет обдумать, если выберемся.
Отдохнув Джек решил тоже нырнуть за оставленным на дне мечем.
– Ну, попробуй, там ничего не видно и одни кости, не думаю, что там можно что-то найти.
– Я найду - нырнув, Джек открыл глаза у самого дна. Как он и думал, маленькая светящаяся точка на рукояти была хорошо видна на фоне полной темноты. Всплывая на поверхность и снова ныряя, он тянул время, чтобы не было вопросов как он так быстро отыскал меч. Наконец вынырнув, он сдавленно выдохнул.
– Я нашел - и он снова распластался на доске, отдыхая.
Счет времени оказался совершенно потерян. Только редкие всплески воды нарушали липкую тишину затхлой ямы.
– Как думаешь, сколько мы уже здесь?
– подал голос хамелеон.
– Не знаю, но по тому, что дышать стало гораздо труднее, уже достаточно долго, чтобы за нами вернулись.
– Я давно уже испытываю жуткий голод - хамелеон подгреб к Джеку - случайно не знаешь что здесь съедобного, и он положил на его доску черные водоросли и какие-то ракушки.
– Где взял?
– Джек перебирал пальцами находки.
– На стенах, только руку протяни, попробую по немногу всего, есть очень хочется - Нос погреб за новой партией.
– Все не надо - Джек нашел среди добытого хамелеоном ракушки моллюсков похожих на те, что ел у Чуров
– Подожди - попробовав, он узнал вкус улиток - собирай вот это - он подплыл к хамелеону, показывая на ракушку.
– Их точно можно есть?
– в голосе Носа слышалась радость - ими здесь все стены облеплены.
– Можно, только не много, их одних в чистом виде вроде не едят. Нам много и надо, только продержаться до прихода наставников.
Мысль о том, что за ними никто не придет, все чаще, стала приходить в голову Джеку. Апатия безысходности нависла над обоими наказанными. Упрямый Нос подплыв к стене поглощал скудное пропитание, а Джек положив рукоять меча перед собой замер, уставившись на светящийся камешек. На легкий скрежет камней никто, из обоих обессиливших заключенных, не обратил внимания.
– Эй - Джек закричал от неожиданности, когда большой острый крюк зацепил его за ребра.
– Кажись, один жив - послышался удивленный голос откуда-то сверху.
Джек достаточно легко перенес заточение в яме в отличие от хамелеона, которого, не переставая, рвало на фоне общей слабости.
– Чем питались, что Упрямый получил такое отравление?
– метр Сламноу снимал повязку, наложенную на место зацепа крюка, со стремительно набирающего силы ученика.
– Улитками, там больше ничего и не было - он уминал уже третью лепешку, принесенную метром.