Торговый баланс
Шрифт:
Джетри скрестил руки на груди, как это делал дядя Пейтор, когда хотел показать, что не шутит, и сопроводил свой жест хмурым взглядом.
Рыжий разведчик выпрямился, насколько мог, и адресовал Джетри весьма гневный взгляд.
– Эта вещь входит в юрисдикцию разведчиков. Вы немедленно отдадите мне это опасное устройство.
Джетри продолжал хмуро смотреть на него.
– Представьте доказательства, – сказал он.
Рыжие брови сдвинулись:
– Что?
– Доказательства, что это устройство опасно, – пояснил Джетри.
Разведчик вытаращил глаза.
– Так, –
– Да, тетя Стафели.
Миандра вскочила и, поспешно подойдя к старой даме, заботливо провела ее к первому из голубых кресел и усадила.
– Да… А! Подушку мне под спину, дитя… Спасибо.
Леди Маарилекс откинулась на спинку кресла и поставила палку рядом. Миандра шагнула к дивану.
– Останьтесь, – тихо сказала леди Маарилекс.
Миандра вернулась и встала рядом с креслом, скромно сцепив руки. Ее подвеска… Джетри моргнул. С ее подвеской что-то было не так, как будто она…
– А теперь, – объявила леди Маарилекс, – пьесу можно продолжить. Следующая реплика ваша, лейтенант. Вам брошен вызов: вы должны доказать, что прибор опасен. Как вы ответите?
Мгновение разведчик молчал, а потом чуть поклонился старухе в кресле и гневно посмотрел на Джетри.
– Прибор, который описан лордом Рен Ларом Маарилексом как находящийся в собственности землянина Джетри Гобелина, несомненно, представляет собой запретную технологию. Форма и вид таких вещей хорошо известны разведчикам и, безусловно, лорду Маарилексу, который посетил несколько семинаров, которые разведчики проводят по теме Древней Войны и ее следов.
– Адекватно, – прокомментировала леди Маарилекс. – Но убедит ли это вашего оппонента?
Джетри пожал плечами.
– Я признаю, что устройство относится к древним технологиям, – сказал он лейтенанту йо-Шомину. – Вы, сударь, заявили, что оно опасно, и это утверждение пока ничем не доказали.
Разведчик улыбнулся.
– Разве не оно вызвало ветровую воронку? Думаю, мы все можем согласиться с тем, что ветровые воронки опасны.
– Безусловно, ветровые воронки опасны, – сказал Джетри. – Но теперь вы просто поставили себя перед необходимостью доказывать, что это устройство вызвало ветровую воронку. А я не думаю, что вы можете это сделать, сударь.
– Вот как? – Улыбка разведчика стала шире. – Погодные карты показали очень необычное погодное явление, внезапно сформировавшееся в условиях, противоположных тем, которые необходимы для его рождения. И тем не менее ветровая воронка посетила виноградник Маарилексов вскоре после ваших экспериментов с запретной технологией.
– Это я, – тихо сказала Миандра со своего места рядом с креслом, – дотронулась до значка «ветровая воронка».
– И тем не менее, – парировал Джетри, продолжая смотреть в лицо разведчику, – ветровые воронки иногда приходят не в сезон. Хотелось бы знать, не проявлялась ли указанная аномалия погоды и в предыдущих подобных случаях.
– Хорошо сыграно! – Леди Маарилекс
Разведчик бросил на нее возмущенный взгляд.
– Конечно, проявлялась, – отрезал он. – Ветровые воронки, возникшие не в сезон, должны подчиняться тому же правилу, по какому образуются все ветровые воронки.
– Таким образом, вы признаете, – продолжал Джетри, – что если не будет доказано, будто все возникшие не в сезон ветровые воронки были все до одной созданы замурзанными землянами, балующимися с древней технологией, тогда не менее вероятно – и даже более вероятно, – что устройство, которое мне принадлежит и которое я получил в подарок от родича, – является предсказателем погоды, а не средством ее формирования.
«Неплохо», – поздравил он себя, хотя, если говорить честно, сам он не слишком верил в правоту своего довода…
– Я зря трачу время! – рявкнул разведчик. – Да пусть у вас будет устройство, которое излечивает слепоту, возвращает утерянную молодость и делает еще что угодно и исключительно на благо, – вы все равно должны были бы его сдать! Запретная технология запрещена, во всех ее проявлениях.
«Так-то, – сказал себе Джетри. – Ты ведь не рассчитывал, что это подействует?»
По правде говоря, он на это не рассчитывал. С другой стороны, только плохой купец так легко признает себя проигравшим. Что говорил дядя Пейтор? Что-то насчет того, что надо заставить своего противника испытывать неуверенность, обращая это к своей выгоде?
Джетри наклонил голову и изменил подход.
– Я – гражданин Земли, – сказал он.
– Ага! – заметила про себя леди Маарилекс.
– Это всякому видно, – едко отозвался разведчик. – Однако этот момент не играет роли. В настоящее время вы находитесь в лиадийском пространстве и связаны лиадийскими законами и правилами.
– Ха! – сказала леди Маарилекс.
Джетри поднял руку:
– Я – гражданин Земли, а устройство, которое вы желаете конфисковать, является подарком родича. На данный момент у меня есть только ваше утверждение относительно того, что конфискация древней технологии входит в число обязанностей разведчиков. Я должен увидеть упомянутое вами правило прежде, чем отдам свою собственность. – Он опустил руку. – И отдам я ее не вам, сударь.
– Вы… – выдохнул лейтенант.
Джетри увидел, что он учел оскорбление и запомнил его для последующего сведения счетов. Флаг ему в руки.
– Я отдам это устройство – если будет доказано, что я вообще должен его отдать – капитану-разведчику Жан Реку тер-Астину.
Наступило долгое молчание, явно окрашенное недоверчивым изумлением.
– Капитан-разведчик тер-Астин – полевой разведчик, – сказал лейтенант с легким оттенком отвращения на слове «полевой». – Чтобы его отыскать, понадобится время, а в течение этого времени устройство по-прежнему будет представлять опасность для всех нас.
– Капитана-разведчика тер-Астина видели не далее как в шестьдесят шестой день на станции Кэйлипсо, и я убежден, что вы обнаружите его по-прежнему там, так как он только недавно получил перевод, – парировал Джетри.