Торговый баланс
Шрифт:
Она повела рукой, предъявляя Джетри даме, которая не выразила ни удовольствия, ни огорчения тем, что ее передают ему.
Чувства Джетри взметнулись вихрем, хотя он изо всех сил старался сохранить спокойно-вежливое лицо. Он только сделал глубокий вдох, сосредотачиваясь, – и, возможно, слишком затянул его, потому что мастер-купец сказала вполголоса:
– Юный Джетри?
– Да, мастер, – отозвался он и сам помертвел, услышав, как дрогнул его голос.
С дрожащими коленками он сделал шаг к прилавку и поклонился покупательнице.
– К вашим
Даму интересовали ткани ручной работы, что было приятным известием. Джетри прошел туда, где были сложены штуки ткани, и взял книжку с образцами. Там он оглянулся через плечо – просто чтобы посмотреть, насколько пристально наблюдает мастер вен-Деелин за его действиями.
К своему ужасу он увидел, что она ничего подобного не делает, а увлеченно разговаривает с другим покупателем. Все ее внимание было поглощено той сделкой, и ни малейшая его часть не уделялась ему.
– Прошу прощения, – негромко сказала коренастая дама, – я сожалею, что мое время ограничено.
– Конечно, сударыня, – промямлил Джетри, раскрывая книжку перед ней на прилавке. – Как вы можете убедиться, у нас большой запас красивых тканей…
Может быть, время у покупательницы и было ограничено, но с решением она не отнюдь торопилась. Она заставляла его доставать то одну штуку ткани, то другую, а потом снова ту и еще раз другую. С каждым разом он немного успокаивался, все легче подбирал нужные слова, вспомнил прием, которому его научил дядя Пейтор: отогнуть край ткани, чтобы можно было обсудить изнанку и неровности, появляющиеся при ручном тканье.
В конце концов дама ничего не купила, хоть и поблагодарила его за подаренные ей время и глубокое знание предмета.
Джетри, взмокший от усилий, вернул на место книжку и разложил образцы, после чего снова встал позади Норн вен-Деелин.
В течение вахты он слышал, как она пригласила на свой званый обед не меньше двух дюжин купцов и торговцев. Еще три раза она направляла его к покупателям, интересующимся текстилем, дважды он получил жетон и карту, которые, торжествуя, нанизал на проволоку, обнаруженную рядом со штуками ткани.
Наконец прозвучали удары колокола, сообщившие об окончании дневной торговли. Норн вен-Деелин протянула руку и выключила освещение павильона. Джетри закрыл глада и привалился к стеллажу с тканями. В голове гудело. Торговый день закончился, и Джетри пережил его. Может быть, он даже не сделал ничего неисправимо глупого. И теперь они вернутся на корабль, уйдут от грязи и шума.
– Ну, вот и все! – радостно сказала Норн вен-Деелин, и Джетри услышал, как она негромко хлопнула в ладоши. – Окажите мне честь составить мне компанию во время прогулки, Джетри Гобелин. Мы поразим порт Тилены!
Он открыл глаза и посмотрел на нее, встретившись с яркими черными глазами. Что-то в ее позе или, может быть, в выражении ее лица, выглядело как вызов. Джетри скрипнул зубами, отлип от стеллажа, выпрямился и расправил плечи,
– Да, сударыня, – сказал он и поклонился, выражая повиновение мастеру-купцу.
Они прогуливались медленно и часто останавливались, чтобы ответить на поклоны многочисленных знакомых мастера вен-Деелин, которые все без исключения смотрели на него, словно он был четырехглавым теленком с Вентуриса. Джетри вздыхал за своей маской спокойной вежливости. Казалось бы, ему пора было привыкнуть к изумленным взглядам, но почему-то каждый следующий царапал его чуть сильнее, ранил чуть больнее.
В остальном прогулка оказалась не столь тяжкой, как он думал. Притяжение на Тилене было чуть меньше корабельного, к которому ему наконец удалось привыкнуть. И простого передвижения ног, шаг за шагом, оказалось достаточно, чтобы головная боль стала тише и разошлась затекшая спина.
Мастер вен-Деелин остановилась, принимая особенно низкий поклон, сопровождавшийся жестом, означающим «глубочайшее почтение», которые ей адресовала рыжеволосая женщина в довольно щегольском купеческом костюме.
– Бендара Тайазан, – обратилась к ней мастер вен-Деелин, наклонив голову, – позвольте мне обрадоваться нашей встрече. Вы должны отобедать со мной завтра.
Рыжеволосая выпрямилась. Ее глаза немного расширились – но надо отдать ей должное, мрачно признал Джетри: все ее внимание было сосредоточено на Норн вен-Деелин.
– Я польщена, мастер-купец, – отозвалась она в модальности обращения младшего к старшему.
Мастер вен-Деелин еще раз наклонила голову:
– До завтра, Бендара Тайазан.
– До завтра, мастер-купец, – пробормотала рыжая и отдала прощальный поклон.
Мастер вен-Деелин продолжала свое величественное шествие. Джетри шел чуть левее, отстав на полшага.
– Итак, Джетри Гобелин, – сказала она, когда они оказались вне зоны слышимости купца с рыжей шевелюрой, – что вы заключаете на основании списка гостей, которых мы успели пригласить?
Он моргнул и мысленно перебрал всех, кого она позвала на завтрашний обед.
– Сударыня, я едва знаю, кто эти купцы, – ответил он осторожно, – но меня удивляет их число. Это похоже не столько на обед, сколько на… – он замолчал, пытаясь подобрать подходящее слово. Спустя мгновение он решил, что такого в лиадийском словаре нет и заменил его корабельным, – …на гулянку.
– Ха! – Она посмотрела на него, блеснув черными глазами. – Возможно, наше скромное увеселение принесет вам разочарование. Не следует ожидать, что будут танцы до утра и не больше двух или трех визитов прокторов, приносящих просьбы о тишине.
Он успел подавить смех в зародыше и с серьезным видом наклонил голову:
– Конечно, нет, сударыня.
– Ах, Джетри Гобелин, где ваша обходительность? – сказала она неожиданно. – Любой краснобай ухватился бы за эту возможность, чтобы заверить меня: ничто такое, что делаю я и мои люди, не может разочаровать.