Тор. Дитя Асгарда
Шрифт:
Я поцеловала Тора в щеку и поспешила покинуть тронный зал.
Несколько лестничных пролетов. Широкий коридор. Массивные двери. И вот я уже переступаю порог персиковой спальни. Оглядываюсь по сторонам. Изучаю мебель, вид за окном. Стоит поздняя осень. Желтые листья давно опали, превратившись в бесформенные кучи грязи. Слишком холодно для дождя, но слишком рано для снега. Природа застыла в ожидании зимы.
Персиковые покои. Я сама дала им такое название. Из-за большого количества вещей светло-розового оттенка. Моя персиковая спальня. Я не любила ее. Можно сказать, ненавидела. Определенно ненавидела.
Обычно, когда мы оставались во дворце, я проводила ночи в покоях Фригг. Они были выдержаны с классическом стиле без всякой лишней мишуры и помпезности. В них преобладали морские тона: все оттенки голубого и синего цвета. Панорамные окна и широкий балкон выходили в волшебный сад Идун. По карнизам петлял дикий виноград и душистый вьюн. Удобная мягкая мебель в покоях, удачно сочетающаяся друг с другом, настраивала на спокойный рабочий лад. Порой я до самого рассвета сидела на небольшой кушетке, расположенной рядом с камином, и читала книги. Я сильно удивилась, когда Один лично подарил мне ключи от комнаты в день нашей помолвки с Галаром. Это стало самым щедрым из даров царя в тот день. Я расценивала это, как наивысший знак доверия и любви. А может, Один просто устал от того, что спальня Фригг пустует много лет. Теперь у него появилась возможность и разумная причина посещать ее. Он делал это с заметной регулярностью. Всеотец частенько заглядывал ко мне после ужина. Мы играли в шахматы. Беседовали. Иногда к нам присоединялся Тор. Он вносил немного шума в наши монотонные спокойные разговоры. В такие дни я много смеялась и говорила громче, чем обычно. Так или иначе, я чувствовала себя как дома.
Правда, сегодня я была не готова идти туда. Только не сейчас. Нет сил. Я подошла к небольшому трюмо и взглянула на свое отражение в зеркале. Бледное лицо. Заплаканные глаза. Раскрасневшиеся щеки. Лишь слабая тень настоящей Сигюн, только огненные волосы так эффектно выделялись на черном приталенном платье с летящей юбкой. Шелковая ткань обволакивала плечи, подчеркивала зону декольте и выделяла изгиб талии. Какое теперь дело до того, как я выгляжу? Казавшиеся важными вещи вдруг потеряли смысл. В один миг. Стали совершено глупыми и пустыми.
Я шмыгнула носом и попыталась успокоиться. Взять себя в руки. Составляло огромную сложность переключить мысли в другое русло. Не думать об утрате.
В дверь постучались, хоть она и была открыта.
Я медленно перевела взгляд. На пороге стояла белокурая асинья Хейд.
– Ваше Высочество, – поздоровалась она со мной, склонив голову.
Мы не виделись полгода. Финна и Хейд оставались в главном дворце Асгарда моими ушами и глазами, несмотря на желание девушек отправиться со мной на планету эльфов. Какие слезы и скандалы асиньи устраивали. Как долго обижались на меня, но затем смирились. Мы стали настоящими друзьями. Они верой и правдой служили мне много лет, поддерживая со мной постоянную связь и сообщая обо всех перипетиях. Информация – самая ценная монета в любом мире. Зная все новости и свежие сплетни, ты владеешь ситуацией.
– Ваш отец просил передать, что обеденная трапеза состоится
– Спасибо, Хейд. Как ты поживаешь?
Девушка подняла на меня свои заплаканные глаза. Она скорбела. Все скорбели.
– Справляемся, Ваше Высочество, – полушепотом ответила асинья. – А как Вы?
Хейд всхлипнула и утерла слезы.
– Все в порядке.
– О, Ваше Высочество, мы так Вам соболезнуем. Все, все, все. Это такая утрата, – взорвалась моя фрейлина.
Она подлетела ко мне и сжала меня в своих стальных объятьях, позабыв о глупых правилах и формальностях.
Я похлопала ее по спине.
– Ну же, Хейд. Побереги мои кости.
Фрейлина шмыгнула носом, но хватку не ослабила.
– Ты сейчас меня раздавишь, – прокряхтела я.
Спустя несколько секунд у меня закружилась голова. В это сложно поверить, но хрупкая на вид девушка была намного сильнее меня. Гораздо сильнее. Порой Хейд не рассчитывала своим силы, забывалась. Упускала один маленький нюанс, что я являлась на половину смертной.
Она замерла, а через несколько мгновений отстранилась и посмотрела на меня своими большими небесно-голубыми глазами.
– Ваше Высочество, Вам не хорошо? – удивленно обратилась она ко мне.
– Просто нездоровится. Голова немного кружится, – честно призналась я.
Девушка понимающе кивнула и выпустила меня из своих крепких объятий.
Я шумно выдохнула и присела на край постели.
– Принести Вам чего-нибудь поесть? Все-таки до обеда еще далеко, – обеспокоено поинтересовалась она.
Я отрицательно покачала головой.
– Спасибо, не надо. Меня целый день тошнит. Кусок в горло не лезет.
Хейд несколько раз переменилась в лице, а затем неожиданно взвизгнула.
Моя мигрень усилилась.
– Такая радость! Хвала богам! Это большое счастье! Поздравляю! – запричитала девушка.
Я удивленно приподняла бровь.
– Значит, это правда? Не просто слухи? Почему Вы нам ничего не рассказали? Это такое счастье!
В комнату незаметно впорхнула Финна.
– Ваше Высочество, – поздоровалась она со мной.
Возникла короткая пауза.
Я недоумевающе смотрела на возбужденную Хейд.
– Сигюн ждет ребенка! – не удержавшись, воскликнула асинья.
Я зажмурилась, оглушенная их радостными вскриками. Безудержное ликование продолжалось несколько минут.
– Тише. Тише. Чего Вы раскричались, как чайки на причале? – недовольно пробурчала я, призывая их к порядку.
– Мы так рады за Вас, – быстро проговорила Финна.
Хейд присела рядом со мной, расплылась в лучезарной улыбке и накрыла ладонью мой живот.
Я улыбнулась в ответ.
– А Вы уже знаете, кто будет? – полюбопытствовала Финна.
Я покачала головой.
– Пусть будет сюрприз.
– Его Высочество принц Галар, наверно, безумно счастлив? Конечно, он ждет наследника, но девочка... это тоже прекрасно, – размышляла вслух Финна.
– Не важно, лишь бы ребенок был здоровым, – вторила ей Хейд.
– Ага, – промямлила я, чувствуя сильное смущение. – Только прошу, давайте это останется между нами. Хорошо?
Фрейлины одновременно закивали.
– Конечно-конечно, Ваше Высочество, – заверила меня Хейд, расплывшись в лучезарной улыбке.