Тор. Дитя Асгарда
Шрифт:
– Это так скучно! – закричал он.
Я вздрогнула.
– Праздная жизнь во дворце эльфов отразилась на твоем интеллекте, – заключил Локи и устало потер переносицу.
– Мне неведомо, что творится в твоей больной голове. Я могу лишь предполагать, – нахмурившись, сказала я.
– Да, пожалуй, ты права. Прошу прощения. Совсем забыл, что ты обладаешь добрым сердцем.
– Ты тоже, – прохрипела я, наблюдая за трикстером.
Локи приподнял одну бровь и тихонько засмеялся, как душевнобольной
Я поежилась от холода, который веял от бога коварства, но продолжила:
– Не будь это правдой, то ты бы не стал спасать замерзающего младенца на безлюдной улице несколько лет назад.
– Личная выгода.
– Ты мог убить меня много раз. В детстве, в юности, даже когда я прибыла в Асгарад и воссоединилась со своей семьей.
– Это так, но, знаешь ли, поданные не очень жалуют царя-убийцу, – опять оправдался Локи.
– Меня могли убить и внешние факторы, но ты всегда защищал меня. Спасал.
– Поверь мне, я еле сдерживал себя, чтобы не оставить все как есть.
Я покачала головой.
– Мы можем препираться сколько угодно или молчать... – передразнила я его.
На бледном лице бога коварства появилась тень искренней улыбки, но затем быстро исчезла, сменившись фальшивым равнодушием.
Как бы мне хотелось сорвать эту маску и растопить лед.
– В ту страшную ночь, когда меня похитили из дворца, ты нашел меня и оберегал все это время. Но ты не просто оберегал меня от врагов или же от моей природной неуклюжести. Нет. Ты пытался защитить меня от страшных тайн, которые бы непременно разбили детское сердце. Ты все это время знал, кто был причастен к моему похищению. Знал и молчал, но не из-за злого умысла.
Локи нахмурился.
– О чем ты... – начал он, но я его перебила.
– Джейн все рассказала мне.
Лицо трикстера приняло удивленный вид.
– Я все знаю. Знаю, что моя родная мать спланировала и организовала мое похищение, а затем отправила в Мидгард. Подозреваю, что ты знал об этом с самого начала и шел следом за похитителями. Это не обвинение. Скорей благодарность. Ведь ты, как и Джейн, считал мое пребывание в главном дворце опасным.
Локи превратился в каменное изваяние.
– Также знаю, что она инсценировала покушение на себя, – добавила я.
– У леди Джейн тяжелая болезнь. Она бредит, – медленно произнес он после долгой паузы.
Я тяжело вздохнула.
– Уже поздно, Ваше Высочество. Отправляйтесь в свои покои, – пошел Локи на попятную.
Я была готова разрыдаться от собственного бессилия. Тогда я предприняла отчаянную попытку и попыталась схватить трикстера за руку, но он отмахнулся и развернулся ко мне спиной. Лед начал таять. Я почувствовала прилив новых сил.
– Нет. Стой там, где стоишь, – потребовал Локи, когда я попыталась сократить расстояние между
У меня возникло дежавю. Все повторялось. Как-то это уже происходило с нами. Невыносимый холод. Тишина. Взаимное нежелание услышать друг друга.
– Я не хочу разговаривать со спиной.
Он ничего не ответил.
– Локи, прошу тебя, – обратилась я к нему по имени.
Впервые за три года.
Сердце ускорило темп. Меня на несколько мгновений парализовало. Я застыла, прислушиваясь к собственным чувствам. Внутри что-то надломилось. Упало и с грохотом распалось на миллионы маленьких кусочков. Возможно, это было мое сердце.
– О чем? – тихий грудной голос ворвался в мое сознание
– Не делай этого, – умоляющим тоном произнесла я.
– Не делать что? Чего ты боишься, Сигюн?
Я прикусила нижнюю губу и сделала неуверенный шаг к нему навстречу. Он промолчал.
– Ты пришла просить за него? Я угадал? Хочешь спасти ему жизнь? Своему любимому мужу, – догадался Локи.
Я нервно сглотнула и сделала еще один шаг.
– Суд должен свершиться. Я мог бы пообещать тебе, что дарую ему жизнь, но не буду этого делать.
– А что теперь будет? Вы сойдетесь в честном поединке? Дуэль? – поинтересовалась я будничным тоном, будто мы говорили о погоде.
– Нет. Я просто отрублю ему голову.
– Есть веские причины для смертного приговора? Помимо твоей обиды и задетого мужского самолюбия?
– Принц Галар украл у меня женщину, которая поклялась принадлежать только мне. Он взял ее в жены, хотя знал, что не имеет права так поступать, – отрезал Локи.
– Тогда, быть может, виновна эта женщина?
– Несомненно.
– Следовательно, казнить надо ее?
– Это будет слишком простое наказание.
– Ну, да. Заставить наблюдать ее, как мучаются близкие дорогие люди…
– Не все. Только один, – перебил меня Локи.
– Хорошо. Если такова воля повелителя девяти миров, я приму ее, смирюсь с ней, но никогда не смирюсь с твоим решением.
– Теперь воля царя и моя воля равнозначны.
– Это не так.
– Ты видишь разницу?
– Воля царя никогда не исходит из личных амбиций.
Тишина.
Еще шаг. Маленький. Осторожный. Неуверенный.
– Я не отменю своего решения, чтобы ты не сказала, какие бы доводы не привела, – уверенным тоном произнес Локи.
– Верю. И не прошу этого.
– Тогда чего же ты хочешь от меня?
– Я прошу у тебя дозволения отсрочить казнь. Дать нам еще немного времени.
Локи издал тяжелый вздох.
– Ребенок, – заключил он.
Значит, мне не показалось. Именно его тень я видела в коридоре возле персиковых покоев. Локи подсушивал наш разговор с Хейд и Финной. Иначе откуда он узнал? Никто не знает.