Тор. Дитя Асгарда
Шрифт:
– Способность красиво говорить ты унаследовала от бабушки, царицы Фригг, – грустно улыбнувшись, сказал Тор.
Я смотрела на него и видела себя в будущем. Дочь, у которой годы забрали мать и отца. Невыносимо даже думать о таком. Радовало одно – Тор еще не скоро оставит меня. Он стал моей опорой, добрым другом и защитой в этом чуждом мире. Он стал моим отцом.
– Не буду скромничать, но это так, – ответила я после короткой паузы.
Тор ухмыльнулся и откинулся на спинку дивана. Его состояние немного улучшилось. Во всякое случае, он перестал тяжело вздыхать каждую минуту и хмурить брови.
– А какие новости есть у тебя? Чем ты
Никто больше не хотел говорить о смерти. Не сегодня. Не в этот теплый солнечный день.
Я последовала примеру отца, устроилась поудобнее на своем месте и велела слугам подать чай.
Главный дворец Асгарда выглядел необыкновенно тихим и опустошенным. Казалось, все здесь застыло во времени. Величественные каменные балконы, помпезные мраморные колонны, опоясывающие здание по кругу, нежные розовые деревья в прекрасном саду Идун поблекли, превратились в жалкие декорации. Они выглядели картонными и плоскими. Бутафория. С последним вздохом царя все потеряло смысл и прежнее очарование. Вместе с ним из этого места уходила сама жизнь.
Я боялась закрыть глаза. Боялась моргнуть. Боялась, что в какой-то момент дома, мосты, площади превратятся в руины. В один миг. Стоит только отвернуться. Забыться. Это было глупо, но почему-то я всегда считала, что именно Один является центром мироздания. Источником энергии и сил на этой планете. Он ушел. Что же ждет царство теперь? Я не знала.
Издав тяжелый вздох, я поднялась по главной лестнице, которая вела в тронный зал. Он изменился. Праздничные алые ленты исчезли, на их место пришли черные с золотистой окантовкой. Помещение тонуло в мрачных оттенках и свежих розах. Именно эти цветы служили единственными яркими желтыми пятнами среди всеобщего траура. Желтые розы – любимые розы Фригг, когда-то привезенные молодой царицей с ее родной планеты. Спустя столько лет они вновь распустились для того, чтобы сопроводить царя в последний путь. Даже самый равнодушный скептик поверит в судьбу.
Мне с трудом удалось найти в себе силы и пройти в центр зала, где на месте привычного для глаза трона расположили тяжелый гроб со стеклянной крышкой. Я судорожно сглотнула и заставила себя бросить быстрый взгляд на мирного Одина. В первые секунды можно было подумать, что царь лишь задремал и видит прекрасные сны. Об этом говорили его расслабленный лоб и губы, застывшие в мечтательной улыбке. Всеотец впервые за долгое время выглядел счастливым. Еще бы... сегодня он воссоединится со своей возлюбленной. Он так долго ждал этого дня, так долго откладывал эту встречу.
Я смахнула слезы, льющиеся непрерывным потоком. Скорбь. Бесконечная скорбь, разрывающая сердце. Скорбь, которая мешала дышать полной грудью. Я не могла припомнить такого дня, когда бы мне приходилось столько плакать. Наверно, никогда.
Один. Всеотец. Царь Асгарда. Мой царь. Мой свет. Моя опора. Мой дедушка. Мы так мало успели друг другу рассказать. Так мало успели побыть вдвоем. Нас разлучили друг с другом. Отняли сотни беззаботных дней, тысячи счастливых часов, миллионы радостных секунд. Это так несправедливо. Нас лишили возможности насладиться собственной семьей. Если бы не разлука, то горечь от ухода была бы гораздо меньше. Непременно бы меньше. Сейчас же к соленому обжигающему привкусу утраты примешивались обида и злость. Обида за отнятое время. Злость за несбывшиеся дни. Я буду так скучать.
Я всхлипнула и осела на пол, почувствовав, как новая волна
Мне вспомнились счастливые лютиковые глаза, обрамленные старческими морщинками, заразительный смех и нежная улыбка. Вспомнились теплые заботливые руки, повязывающие на моем запястье белую шелковую ленту. Вспомнился нарядный тронный зал, который тонул в цветах и радостных возгласах. Веселая музыка. Поздравления гостей. Танцы до самого рассвета. Такой свадьбы давно не видел Асгард. Сам Один велел, чтобы каждый житель планеты богов отмечал свадьбу единственной наследницы престола и принца эльфов до тех пор, пока его ноги откажутся пускаться в пляс, а рот откажется пить и есть за здоровье молодых.
Я закрыла глаза и вернулась в прошлое. Как же я была счастлива. Как же было легко и приятно на душе. Печали и невзгоды наконец-то покинули Асгард. Настало мирное время. Все враги повержены, все неприятели исчезли. Вселенная ликовала вместе с нами. Казалось, это случилось так давно.
Три года прошли в ощущении полной безопасности и счастья. Тихие солнечные деньки. Частые визиты в Асгард. Уединенные прогулки по саду Идун. Философские беседы с царем. Его мудрые советы. Слова поддержки. Удивительные истории. Я растворялась в них. Они захватывали и восхищали, как сам Один. Воспоминания. Глупые воспоминания. Кому они теперь нужны? Что мне теперь делать со всем этим? Ответ был очень прост и понятен. Помнить. Я должна помнить.
Теплая ладонь легла на мое плечо.
– Счастье мое, – полушепотом произнес Тор.
Я всхлипнула.
– Ну, дорогая…
Сильные мужские руки подняли меня с пола и прижали к себе. Я уткнулась в плечо отца и разрыдалась.
– Тише. Я с тобой, – бархатный баритон и правда успокаивал. Мне захотелось спрятаться в отцовском голосе навсегда. Стать его отголоском. Как жаль, что это невозможно.
Мы простояли несколько минут, обнявшись и сопереживая друг другу. Тор едва заметно покачивался со мной из стороны в сторону, словно убаюкивая. Я пришла в себя. Слезы перестали литься из глаз, дыхание стало размеренным и тихим, а сердце забилось в обычном темпе. На меня тут же навалилась колоссальная усталость. На смену тянущей боли в грудной клетке пришла мигрень.
– Здесь прохладно, – заключил он и накинул на меня тяжелую меховую накидку.
Я вздрогнула. Действительно, холодно.
– Тебе нужно беречь себя. Надо будет немного пожурить своего зятя. Он потерял бдительность, – грустно улыбнувшись, попытался пошутить отец.
Я машинально кивнула.
– Кстати, где он? Где принц Галар? Он прибыл с тобой? – спросил Тор спустя несколько секунд.
– Нет. Галар остался во дворце. Много дел, – соврала я. – Он передавал свои соболезнования и просил его простить за свое отсутствие на церемонии.
Слезы вновь брызнули из глаз.
Тор тяжело вздохнул.
– Все будет в порядке. С нами все будет в порядке.
– Знаю, – сухо заключила я.
Возникла удручающая пауза.
Я бросила быстрый взгляд в сторону стеклянного гроба.
– Пойду приведу себя немного в порядок.
– Мне пойти с тобой? – обеспокоенным тоном спросил папа.
Я отрицательно покачала головой. Все как во сне. Разум немного притуплен. Видеть ясно мешает белая пелена. Движения кажутся медленными и размытыми.