Томирис
Шрифт:
Вавилон стыдился своей победы над Ассирией.
Гибель Ассирии вызвала ожесточенную борьбу за ее наследство. А наследство было действительно огромным. На развалинах могущественной державы выросли три могучих государства: Мидия, Лидия и Вавилон.
Мидия устремила свои хищные взоры на восток, завоевав Сагартию, Карманию, Персию, и придвинулась к самым границам Индии. Лидия подмяла под себя Малую Азию и заставила признать себя сюзереном малоазийские греческие колонии: Милет, Галикарнас и другие. Вавилон, заняв господствующее положение в Двуречье, устремил свои алчные взоры в сторону стран "Серебряного Полумесяца", но встретил здесь противника в лице Египта, долгое время господствовавшего в этом районе. Обе стороны лихорадочно готовились к столкновению между собой. Фараон Нехо вызвал к себе в ставку преемника лихого Иосия, погибшего в бою под Мегиддо, иудейского царя Иоахаза, пленил его, а на трон Иудеи
Старый, больной Набопаласар уже не мог возглавить вавилонскую армию и поручил командование ею своему сыну Навуходоносору. Противники встретились под стенами Кархемиша, сильно укрепленного города на правом берегу Евфрата. Этот город являлся стратегическим ключом для прыжка в обе стороны — с востока на запад и с запада на восток. Недаром в истории Древнего Мира под стенами этого города происходило множество сражений.
Переправившись через Евфрат, Навуходоносор повел в наступление против египтян свою армию. Разгорелась ожесточенная битва. Сломив упорство Нехо с его армией, вавилоняне, преследуя отступающего врага, ворвались на его плечах в Кархемиш. Завязались уличные бои. Не выдержав, египтяне вновь вышли в чистое поле, оставив город, и здесь Навуходоносор завершил полный разгром своего противника. Преследуя бежавших в панике и деморализованных египтян, вавилоняне перебили и захватили в плен тысячи и тысячи воинов.
Одним ударом Навуходоносор изгнал египтян из Азии и выиграл кампанию. Перед ним лежали ошеломленные неожиданным и полным разгромом фараона мелкие государства в Сирии, Финикии и Палестине. Но победный марш вавилонских войск по странам "Серебряного Полумесяца" внезапно сорвался — в Вавилоне скончался царь Набопаласар! Пользуясь отсутствием победоносного Навуходоносора, наследника покойного царя, власть в Вавилоне захватила олигархия — землевладельческая и ростовщическая коренная знать, но халдейская военщина с помощью огненного телеграфа дала знать Навуходоносору об этих событиях, чрезвычайно неприятных для него. Бросив армию на своих военачальников, Навуходоносор с небольшой свитой, загоняя лошадей, примчался в Вавилон. Перевес в силах был не в пользу претендента на престол, но авторитет победителя египтян был настолько высок, что вавилонская знать, перетрусив, без боя сдала свои позиции, и на 23-й день после кончины отца сын занял его трон.. Назначив на ключевые посты преданных ему людей и усилив воинский гарнизон срочно присланными его полководцем Нергал-шарру-уцуром в подкрепление верными отрядами, Навуходоносор отбыл в армию заканчивать так удачно начатую военную кампанию.
Прибыв в армию, Навуходоносор стал готовиться к походу на Иерусалим. Под Иерусалим вавилонская армия прибыла весной, и Навуходоносор узнал приятную для себя новость — скончался сторонник египтян иудейский царь Иоаким и на трон взошел его сын Иехония. Но и Иехония вовсе не желал добровольно становиться данником вавилонян и сдавать свою столицу на милость победителя. Три месяца продолжалась осада Иерусалима, и наконец через пролом в крепостной стене лучший полководец Навуходоносора — Нергал-шарру-уцур во главе штурмующей колонны ворвался в город...
С необычайной даже для тех времен жестокостью Навуходоносор обошелся с евреями. Иудейский царь со всей своей семьей и наиболее знатными лицами, совместно с тысячами военнопленных, ремесленников был отправлен на поселение в Вавилон, в так называемое "вавилонское пленение", отраженное в библии. Знаменитый иерусалимский храм был разграблен дотла, вывезены священные сосуды — святыня еврейского народа.
Падение столицы самого сильного государства в странах "Серебряного Полумесяца" было воспринято в Египте с большой тревогой — Навуходоносор становился хозяином в тех районах, где еще совсем недавно всем распоряжался фараон. Собрав большое войско, состоящее в основном из наемников: греков, ливийцев, эфиопов,— фараон Нехо выступил против зарвавшегося вавилонского царя. Сражение было ожесточенным, и вавилоняне получили достойный отпор, и им пришлось даже отступать. Потери их были настолько велики, что забияке Навуходоносору пришлось целых двадцать месяцев пополнять свою армию новыми контингентами воинов и обучать их, сидя смирно в своей вотчине. Но и Египту этот успех достался такой дорогой ценой, что на новую войну с Вавилоном у Нехо не было уж сил.
Так что когда Навуходоносор появился со своей армией в Палестине, противостоять ему уже никто не мог. Радость освобожденной Иудеи оказалась очень кратковременной. Вавилонские войска вновь штурмом овладели Иерусалимом, и теперь уже камня на камне не оставили от этого города.
В пламени пожарищ Иерусалима рухнула мечта евреев о свободе и независимости их государства. Окончательно развеялись надежды Иудеи, когда пришла
После триумфального возвращения в Вавилон Навуходоносор занялся широкой строительной деятельностью. Чтобы показать блеск своего могущества, он решил превратить Вавилон в самую роскошную столицу в мире. В городе стали возводить монументальные здания, расширять и мостить улицы и площади. Чтобы задобрить высшее вавилонское жречество, он стал сооружать грандиозный храм бога Мардука. Зиккурат Эсагилы "Этеменанки" — знаменитая вавилонская башня, по словам самого Навуходоносора "своим основанием покоилась на груди преисподней, а своей вершиной достигала самого неба"! Почти все постройки времен Навуходоносора поражают воображение человека, но эта башня поистине вершина строительной техники.
Но дворцы дворцами, а храмы храмами, царь-воин Навуходоносор в первую очередь постарался обеспечить безопасность своего государства и своей столицы. Десятки тысяч рабов стали возводить мощную, так называемую "Мидийскую стену", чтобы отгородиться от любезного "друга и союзника" Киаксара — царя Мидии, хищника еще похлеще, чем сам Навуходоносор. Другие десятки тысяч рабов, работая дни и ночи под бичами надсмотрщиков, укрепляли великий Вавилон, превращая его в неприступную крепость. Столица вавилонского царя была окружена двумя рядами стен. Толщина, высота и мощь этих крепостных укреплений превосходили многократно все и вся, что было создано до сего времени. Но этого показалось мало Навуходоносору, и он с помощью сложнейших и хитроумных гидротехнических сооружений сделал так, что сам подход к Вавилону стал чрезвычайно трудным. Сам он так об этом писал: "Чтобы враг, замысливший злое, не мог подступить к стенам Вавилона, я окружил страну могучими водами, которые подобны вздувшимся волнам. Переход через них подобен переходу через великое море соленой воды!"
Навуходоносор не зря торопился укреплять обороноспособность Вавилона, но не Мидии надо было ему опасаться — на арене вновь появилась страшная сила!
Напрасно надеялись народы Передней Азии, в том числе и "союзники" ишгузов: мидяне, вавилоняне, урартцы,— что, урвав львиную долю добычи в Ассирии, выпотрошив наизнанку Египет и другие страны, Мадий, если и не подавится, то хоть, насытившись, оставит их в покое если не навсегда, то хотя бы на длительный срок. Удивительно быстро переварив в своей ненасытной утробе всю добычу и только еще больше раздразнив свой аппетит, Мадий вновь появился на арене. Теперь он принялся за своих "союзников" и первый удар львиной лапы пришелся на Урарту.
Под сокрушительным напором многотысячной орды бежали в панике урартцы, и город за городом сдавался на милость победителя. Была взята и Тушпа — столица Урарту. Теперь вся надежда царя Русы III, сына Эримена, была на мощную крепость Тейшебаини, названную так в честь бога войны и победы урартцев, последний оплот прежнего могущественного государства.
Крепость стояла на высоком отвесном холме, господствуя над прекрасной плодородной долиной, прорезанной полноводной рекой Ильдаруни. Под защиту несокрушимых стен и сильного гарнизона собрались беглецы со всех сторон земли Урарту. Но именно они сыграли губительную роль в падении Тейшебаини. Мало того, что, сбежав от страшных ишгузов в панике, они эту панику посеяли и среди защитников крепости своими рассказами о свирепых кочевниках, но они еще и понастроили тьму легковоспламеняющихся лачуг и хижин для своего жилья.