Том-Укротитель
Шрифт:
– Не отрицаю. Но последние дни я не сидел сложа руки и сегодня утром обнаружил кое-что важное. Впрочем, само исчезновение Джонатана вместе со Спринтом уже показалось странным. Более того, я пришел к убеждению, что эти двое связаны одной преступной нитью. Нетрудно догадаться также, что внезапное бегство Джонатана и Спринта вызвано безвыходностью их положения.
– Похоже, вы правы!..
– Рассудив так, я получил разрешение прокурора на обыск в отеле «Джонатан» после бегства хозяев. Теперь будьте внимательны, перехожу
В спальне мистера Джонатана находится великолепная деревянная кровать. Так вот, в изголовье на спинке, в правом углу я обнаружил едва заметный, но отчетливый след засохшей крови, где отпечатался палец руки. Сфотографировав отпечаток, я немедленно допросил прислугу. Следовало убедиться, что на этой кровати никто, кроме Джонатана, не спал.
След был оставлен хозяином после дуэли в цирке, где вы ранили его в руку. Это удалось установить довольно быстро.
– Великолепно! – не удержался Гризли-Бен.
– Вернувшись домой, – продолжал сыщик, – Джонатан нечаянно схватился за спинку кровати и оставил там отпечаток своего пальца. Слуга во время уборки проявил небрежность и не обратил внимания на небольшое пятнышко.
И вот самое важное: отпечаток на кровати абсолютно идентичен тому, что был оставлен в конюшне на дверном косяке после ограбления сейфа в отеле «Гамильтон».
Вам известно, что рисунок кожного покрова пальцев людей сугубо индивидуален? Благодаря такой особенности существует надежный способ идентификации. Таким образом получается, что Джонатан лично участвовал в нападении на ваш дом. И это он, а не Спринг отрезал ногу своему сообщнику. И последний вывод: именно Джонатан, и никто другой, главарь банды.
– Бесподобно! Изумительно! – восклицали присутствующие.
Выражая общее мнение, мистер Диксон сказал, пожимая руку сыщику:
– Дорогой друг, вы – гений в своем деле!
Явно польщенный, Силквайер скромно улыбнулся и поклонился.
Гризли-Бен продолжил:
– Все действительно очень логично. Но мне не дает покоя вот что: почему они так упорно, так неотвратимо преследуют меня и мою семью? Видимо, этому тоже есть какое-то объяснение?
– Вот именно. Но я не знаю, что движет Джонатаном и его людьми. У вас на этот счет нет никаких соображений?
– Ума не приложу! Ведь до приезда сюда я вообще не знал Спринга и Джонатана.
– Надо думать, думать. Я постараюсь внимательно изучить бумаги, найденные у Джонатана. Глядишь, что-нибудь выужу. А теперь мне пора… до свидания… ухожу.
– Уже?
– Время, как всегда, не терпит! Будьте бдительны каждое мгновение, постоянно имейте при себе оружие. Все время следите за обстановкой! Доброго здоровья! Успехов! Надеюсь скоро вас увидеть!
– Прощайте! Нет, до свидания! Конечно, до свидания!
Последнее рукопожатие, и сыщик исчез так же, как и явился: стремительно и незаметно.
Как уже сказал Гризли-Бен, цирк уезжал в тот же день. После завтрака
Клетки, в которых заперли животных, тащили мощные автомобили. Большая рекламная тележка, запряженная шестью лошадьми, была аккуратно закрыта тканью коричнево-серого цвета, словно багаж заботливого путешественника.
Артисты ехали на своих любимых лошадях в парадных костюмах. И в целом пестрая, разношерстная группа всадников выглядела красиво. Это не было похоже на триумфальное шествие победителей, но вместе с тем вовсе не напоминало беспорядочное бегство, как грустно сказал мистер Диксон детективу.
Колонну замыкала необычная группа. Слон Рама, медленно помахивая хоботом, нес на спине нечто похожее на огромную клетку, укрытую сверху пестрым балдахином. Там находились миссис Диксон, Джейн и другие дамы.
За слоном в компании с маленьким ослом величаво двигалась, переваливаясь с боку на бок и привлекая всеобщее внимание, жирафа Фатма. Там, где кончалась ее длинная шея, на самой макушке, погоняя своего друга маленькой бамбуковой палочкой, сидел мистер Госсе. Его неразлучный друг, клоун Баттерфляй, как всегда, был верхом на любимом осле.
Последними ехали Том и Гризли-Бен: один – на Манкиллере, другой – на великолепном светлой масти жеребце.
Ворота дома закрылись, и молодой человек едва слышно прошептал:
– Прощай, отель «Гамильтон».
По мере того, как Укротитель на своем черном красавце приближался к вокзалу, одна мысль стала занимать его все больше и больше. И он обратился к Гризли-Бену:
– Не сомневаюсь, что ваш поезд готов принять и разместить всех животных. Но что делать с жирафой? Как вы ее повезете? Она же не войдет в вагон!
– Все увидите минут через двадцать, – коротко ответил директор.
Колонна наконец-то прибыла на Центральный вокзал. Служебный состав для перевозки огромного циркового хозяйства стоял на запасном пути.
Не мешкая, по команде Гризли-Бена, все приступили к погрузке. Хорошо обученный персонал занялся каждый своим делом. И вот уже первые клетки с животными подняты мощными кранами в воздух, затем точно и основательно закреплены на высоких железнодорожных платформах.
Ковбой внимательно наблюдал за всем происходящим:
– Великолепно! А главное – очень надежно!
– Совершенно справедливо! – ответил польщенный мистер Диксон. – Видите… там несколько вагонов с провизией: сено, фураж, пшеница для травоядных…
– А чем будут питаться плотоядные?
– Припасли мяса на два дня… А еще есть старые лошади, при необходимости их можно забить.
– Так-так…
– Кроме того, к составу прицеплена цистерна с водой. И наконец, вагоны для артистов и другого персонала цирка. Словом, я могу передвигаться на огромные расстояния практически без остановок.