Том 6. Отечник

Святитель Игнатий

№ 5

Ваше Высокопреподобие

Высокопреподобнейший и Возлюбленнейший Отец!

Приношу Вам искреннейшую признательность за любвеобильное письмо Ваше и поздравление меня, недостойного, с саном Епископа. Я вполне уверен, что Вы принимаете живейшее участие в этом событии, участие о Господе. Господь да вознаградит Вас за сие Своею благодатию, а мне да дарует проходить сие новое служение мое во славу Имени Его, во спасение души моей и во спасение ближних моих.

{стр. 730}

Замедлял я ответом моим Вашему Высокопреподобию по той причине, что не знал, где мне должно будет остановиться в Москве. Вот в чем дело: не умею беречь денег и потому постоянно нуждался и нуждаюсь в пособии ближних.

Промысл Божий постоянно давал мне благодетелей, так что я находился постоянно в нужде и постоянно в изобилии. Такое положение сопровождало меня и при посвящении моем в Епископа. Выехал я из Обители с 50-ю рублями, и то заемными, а добрые люди всем снабдили. Один из них взял на себя отправку моей библиотеки в Ставрополь, равно как и всего имущества моего, также взял на себя отправление меня собственно из Петербурга до Москвы; этот человек желает, чтоб я остановился в Москве в его доме. Изволите видеть, что мне невозможно отказать ему. И потому приношу Вам искреннейшую благодарность за христианское предложение помещения! Вместо сего надеюсь в Москве часто видеться с Вами. Мне хотелось бы провести там 1-е Декабря. Не знаю, что ожидает меня на Кавказе, но из Петербурга уезжаю с радостию.

Итак, до приятного свидания! С чувствами искреннейшей преданности и уважения имею честь быть

Вашего Высокопреподобия покорнейшим послушником

Игнатий, Епископ Кавказский и Черноморский

1857-го года 19-го ноября.

№ 6

Ваше Высокопреподобие,

Высокопреподобнейший Отец Архимандрит!

Приношу Вам усерднейшее поздравление с наступающим Праздником Праздников, Воскресением Христовым; вместе с тем искреннейше благодарю Вас за ту братскую любовь, которую Вы оказали в бытность мою в Москве. Господь да сохранит сей союз между нами во все время нашего земного странствования, и да будет он залогом любви в вечности, той любви, которая уже не страшится перемены.

Хотя здесь место новое и почти все надо заводить; хотя я страдаю от необычно суровой зимы, от особенного неудобства в помещении, но я спокоен и потому доволен. Климат действует на меня благотворно: чувствую значительное облегчение в геморроидальных припадках. Летом полагаю побывать на ми{стр. 731}неральных водах. — Уведомьте меня о здоровье Высокопреосвященнейшего Митрополита и о Вашем. Если случится с Вами какая перемена, не замедлите отписать о ней мне.

Поручая себя Вашим Святым Молитвам и призывая на Вас обильное благословение Божие, с чувствами искреннейшей преданности и уважения имею честь быть

Вашего Высокопреподобия покорнейшим послушником

Игнатий, Епископ Кавказский и Черноморский

5-е марта 1858 года.

№ 7

Ваше Преосвященство,

Милостивейший Архипастырь.

Приношу Вам искреннейшую благодарность за письмо Ваше от 25 апреля. Вы не ошиблись, почтив меня уведомлением о предоставлении Вам Епископского сана! Я искренно порадовался этой вести и уповаю на милость Божию, что Вы будете проходить великое служение, на Вас возлагаемое, во славу Божию, для существенной пользы святой Церкви.

На Вас лежит великая обязанность: примирять главные сословия отечества, которых разрознило Европейское учение. Влиянию этого учения много подчинились и духовенство и дворянство. Я читал с ужасом январские и мартовские статьи Казанского Православного Собеседника, в которых столкновение сословий выражено очень ярко. Церковь и духовенство пострадали, страдают и, кажется, должны пострадать от европейских учений, а не от какого-либо сословия. Я видел в Петербурге купцов, погостивших в Европе, и подивился тому удалению, той дикости, которые они начали являть к Церкви и духовенству. Видел там детей священнических, образованных по-европейски:

то же самое! Здесь я познакомился с белым духовенством гораздо более, чем я был знаком в Петербурге, и нахожу, что между ними имеются самые добрые люди, что все вообще духовенство может быть направлено прекрасно, что оно очень девственно, что его погрешности и недостатки более грубы, нежели глубоки. Воля Ваша: нужно воспитание и направление более определенные. Труды на этом поприще принадлежат Вашему Преосвященству. Вы очень близко ознакомились с духовенством и с духовным сословием: Вам ясны те {стр. 732} средства, при помощи которых оно может быть удовлетворено и сближено с другими сословиями, что необходимо для пользы Церкви, для пользы общественной. Благодарю Бога: здешнее духовенство являет ко мне особенное расположение; но я стар, сформировался в монастыре и для монастыря, не могу проникнуть в быт духовенства так, чтоб я мог судить о нем вполне основательно.

Поручая себя Вашей братской о Господе любви и Вашим Святым Молитвам, с искренним желанием Вам всех истинных благ, с чувствами совершенного почтения и искреннейшей преданности имею честь быть

Вашего Преосвященства покорнейшим слугою

Игнатий, Епископ Кавказский и Черноморский

4 мая 1859 года.

№ 8

Преосвященнейший Владыко,

Милостивейший Архипастырь и Отец!

С сердечною радостию и благодарностию прочитал я письмо Ваше от 25-го мая, письмо уже Епископа, и пожелал Вам из глубины души моей всею полнотою моего желания, истинных и вечных благ и даров, свойственных истинным рабам и ученикам Христовым. Благодарю Вас и за святую икону, которая будет мне постоянно напоминать о Вас. Не прерывайте любви Вашей ко мне: я странствую по пути земной жизни весьма одиноко.

Ныне очень трудно найти истинного слугу Божия, хотя по наружности никакое время не обиловало так в слугах Божиих, как обилует наше время, провозглашающее о своей положительности (1 Сол. 5. 3). Есть много ведущих Бога и угодных Богу по свидетельству человеческому, но трудно найти засвидетельствованного Богом Боговедца и Богочтеца. Свидетельство Божие ясно как солнце, но мир слеп и потому не видит свидетельства Божия; не видя свидетельства Божия, он заменяет свидетельство Божие свидетельством своим и мнит удовлетворяться. Как хорошо поступали наши Древние Отцы Церкви Православной! они, обучившись наукам человеческим, воспринимали на себя иго Христово и на поприще самоотвержения, под руководством Креста Христова научились Божественной Премудрости, и соделывалась для них человеческая {стр. 733} ученость уничиженною рабою, которую они употребляли в услужение Божественной Премудрости для преподавания этой Премудрости своим ближним.

Книжник, научившийся Царствию Небесному, может износить из себя и ветхое и новое, покорив ветхое новому и приспособив к нему; а не научившийся, очевидно, может износить только одно ветхое, которое есть смерть и вражда на Бога, которое производит и на ближних свойственное себе впечатление, хотя бы и говорили им о Боге, хотя бы и чесало слух души, возбуждая в ней тончайшее прелюбодейное движение страстей, признаваемое многими за действие благодати. Спаси нас, Господи! Гибнем от себя, возлюбив собственные свои учения и отвергнув или мало ценя учение, ниспосланное нам Богом.

В настоящее время совершаю путешествие по западной половине моей Епархии, — по Черноморью, не так растленному, как другие места. Но и сюда проникло Европейское просвещение с блудом своим, а о казенных крестьянах и говорить нечего. Чиновники у них голые и голодные, кончили курс в разных университетах, веруют, кажется, в одни деньги; на корне зла вырастают все ветви зла. Что из этого будет? по всей вероятности, такие кончившие курс в университетах вскорости сделаются правителями и руководителями всего простого народа. Вот вам результаты, весьма скромно высказанные, практических взглядов на русскую землю.