Только в моих объятиях
Шрифт:
— Сегодня? — переспросила Мойра. — Не хочешь ли ты сказать, что сейчас в форту идет суд?
Ренни кивнула, сверившись с часиками, приколотыми к платью:
— Наверное, он уже кончился.
— О Боже, — скривилась Мойра. — Наверное, его приговорят к виселице.
Ренни снова кивнула:
— Ну, надеюсь, никто из нас не захочет любоваться на казнь.
Лейтенант снизошел к нежным чувствам дам:
— Это вовсе не обязательно, мэм. Вы можете оставаться у себя в комнате.
— Какое облегчение, — съязвила Мэри, вскинув крылатые брови. — Зато вы, осмелюсь
Риверс, нисколько не смутившись, отчеканил:
— Я буду рад собственноручно накинуть ему петлю на шею и выбить из-под его ног скамью, мисс Деннехи. Ибо не сомневаюсь, что он заслужил грядущую кару.
Мэри смутила хладнокровная жестокость, звенящая в голосе юного лейтенанта. Ей пришлось напомнить себе, что не ее дело вмешиваться и решать, кто здесь прав, а кто — нет. Доведись ей попасть в такую передрягу, как лейтенанту Риверсу, неизвестно, так ли уж упорно она стала бы добиваться для предателя помилования или же приветствовала бы его казнь с тем же злорадством, которое только что продемонстрировал лейтенант.
— Суд без конца затягивал вынесение окончательного приговора, — сказала Ренни, — по крайней мере так считают многие офицерские жены. Похоже, разбирательство столкнулось с массой неясностей и неожиданных оборотов дела. — Тут она нахмурилась, удивленно переводя взгляд с сестры на мать и обратно. — Неужели вы так-таки ничего не читали в газетах?
— Совершенно верно, — покачала головой Мойра.
— Мы с мамой были рады отрешиться от мирских забот, — добавила Мэри. — Наверное, с самого отъезда из Нью-Йорка мы ни разу не развернули ни одной газеты — за исключением тех, где были напечатаны статьи Майкл.
— Ну разве что так, — смягчилась Ренни. — Скандал должен был докатиться и до северных газет, ведь изменник оказался родным племянником сенатора Уилсона Стилвелла.
— По-моему, что-то слышала о нем, — задумчиво промолвила Мойра, напряженно сдвинув рыжие брови и покачивая головой.
— Это же сенатор из Огайо, — вспомнила Мэри. — Джей Мак его знает. Он является председателем одного из самых влиятельных финансовых союзов — или по крайней мере был им.
— Они с Джеем Маком словно кошка с собакой, — заметила Ренни. — Мне и то удалось наладить с сенатором Стилвеллом хорошие отношения, не в пример нашему Джею Маку.
Джаррет громко и насмешливо присвистнул, стараясь привлечь внимание.
— Это оттого, что сенатор не пропускает мимо ни одной симпатичной женщины, — заявил он.
— Черта, безусловно унаследованная его племянничком, — сурово добавил лейтенант Риверс.
— Ничего не могу сказать по этому поводу, — встряхнула головой Ренни, — кроме того, что он всегда вел себя с должным почтением.
Мойра была заинтригована, тогда как Мэри уже наскучили эти сплетни. Ей не было никакого дела до сенатора и его племянника с их тягой к женщинам. Взяв у Катлин светло-кремовый зонтик, она развернула его так, чтобы отгородиться не только от солнца, но и от беседующих. Наклонившись к розовому ушку Катлин, Мэри легонько дунула в него, отчего
А Мэри принялась разглядывать гигантский кактус сагуаро: мощная тридцатифутовая колонна его ствола возвышалась возле дороги, словно некий волшебный часовой пустыни. Затем внимание девушки привлекла бурая бесплодная почва под колесами экипажа. Интересно, сможет ли она прожить здесь достаточно долго? Горячий сухой воздух обжигал легкие и нес гибель всему живому, не успевшему затаиться в укрытии. Казалось, местные растения никогда не плодоносят — накатывавшие волна за волной потоки раскаленного пустынного воздуха уничтожали саму память о животворной влаге.
И все же Мэри было любопытно: что за люди считают эти места своим домом и как они поддерживают здесь свое существование? Откровенно суровый пейзаж нес на себе отпечаток некой странной красоты, отчего было страшно как слишком пристально вглядываться в него, так и отводить прочь глаза. Небосвод был почти полностью безоблачным. Он сливался с кромкой скал на горизонте, переливаясь всеми оттенками голубого. Мэри понимала, что недостаточно опытна, чтобы различать следы присутствия животных — даже если бы они здесь имелись. Хотя, с другой стороны, вряд ли они настолько глупы, чтобы вылезать из своих укрытий в самые жаркие часы.
По мере приближения к горам растительность становилась более разнообразной. То и дело попадались карликовые дубки или можжевельник, казавшиеся то серебристыми, то зелеными пятнами на выжженных скалах.
Вскоре путники сделали остановку, чтобы дать отдохнуть лошадям и подкрепиться. У солдат в седельных сумках имелся сухой паек, тогда как Мэри с Мойрой были предложены более аппетитные угощения, прихваченные предусмотрительной Ренни. Мэри глядела на солдат, вольно расположившихся неподалеку. «Пожалуй, про них не скажешь, что они слишком бдительны», — подумала Мэри. Ее наблюдения прервал Джаррет.
— Тебя что-то беспокоит? — тихонько спросил ее он. — Не хочешь со мною поделиться?
Мэри убедилась, что Кэт и Лили ее не слушают, увлеченные едой и живописным рассказом Мойры о их приключениях во время поездки. Ренни, кстати, веселилась наравне с девочками. Мэри неуверенно пожала плечами и ответила:
— Мне показалось, что солдаты могли бы быть более осторожны. То есть я хочу сказать, если угроза со стороны индейцев реальна, то почему они так беспечно себя ведут?
— Потому что у нас имеется разведчик, — последовал ответ.
— Разведчик? — заинтересовалась Мэри и махнула рукой в сторону солдат. — Это один из них? — Она заметила, как потешается над ее невежеством Джаррет, и тут же нахмурилась:
— Ну, в чем дело? Я же не могу знать все на свете! Я здесь впервые.
— И отлично вписалась в пейзаж, — парировал он. — Такая же колючая, как кактус.
Девушка сердито взглянула на него.
— Если я сняла монашеское платье, это еще не значит, что я лишилась Его покровительства! — Она невольно улыбнулась, так как брови Джаррета удивленно поползли вверх. — Над этим стоит подумать, не так ли?