Только поверь
Шрифт:
Мэри уже смирилась с мыслью, что ей придется работать судомойкой или официанткой в каком-нибудь пабе, но ей неожиданно повезло. Одна из сотрудниц университетской библиотеки, узнав, что Мэри ищет работу, порекомендовала ее своей знакомой, мисс Сэндлер, и через некоторое время Мэри взяли с испытательным сроком на должность помощника библиотекаря в Библиотеку Британского музея.
Работа оказалась несложной, но оплачивалась не слишком высоко, так что в свободное время Мэри подрабатывала еще переводами с немецкого. Правда, эти заработки были не постоянными, а от случая к случаю.
Вот так прошли почти два года, которые она провела далеко от дома.
Мэри грустно вздохнула, подведя не очень утешительный итог европейскому периоду своей жизни.
А сейчас она летит на родину. Что-то ее там ждет?
2
В сиднейском аэропорту Мэри встречала подруга Энн. После первых поцелуев, объятий и восклицаний по поводу внешнего вида девушки сели в машину и отправились в город. Энн уверенно и даже лихо вела свою красную «мазду», порой рискованно обгоняя идущие впереди автомобили.
— Ты очень эффектно смотришься за рулем, — сделала ей комплимент Мэри.
Энн довольно усмехнулась.
По дороге подруги засыпали друг друга вопросами, перескакивая с одной темы на другую. Подъезжая к небольшому дому, который Энн арендовала, она сказала:
— Мэри, до свадьбы ты поживешь у меня. И не возражай, пожалуйста!
— А где будет свадьба?
— Стивен купил дом с садом и гаражом в районе Марсфилд, недалеко от парка. Мы решили, что будем праздновать свадьбу там, заодно и новоселье отметим.
— Много будет гостей?
— Не очень. Кроме родственников, несколько моих подруг, его друзей, наши общие знакомые и коллеги с работы. Все — местные, кроме тебя и друга Стива, который прилетит накануне свадьбы.
Мэри про себя отметила, что Энн уже считает ее чужестранкой.
Дом, в котором жила Энн, находился в районе Грэнвиль, далеко от центра города, и жилье там было относительно недорогое. Большая магистраль соединяла район с центром и проходила вблизи от университета.
Мэри сравнила этот дом с комнатой, в которой они с Энн жили в общежитии. Это всколыхнуло в ней различные воспоминания: и хорошие — о веселых студенческих годах, и неприятные — связанные с Дэвидом.
Пока Энн парковала машину около дома, Мэри спросила:
— Энни, ты не встречала в последнее время Дэвида?
— Нет. Знаешь, Мэри, честно говоря, он мне никогда не нравился. Ты извини, но, может быть, и лучше, что вы расстались. Ты обязательно встретишь и полюбишь достойного человека.
Мэри протяжно вздохнула и ничего не ответила.
Дом, который арендовала Энн, не отличался ничем примечательным. Маленький, с одной большой комнатой, которая служила и столовой, и гостиной, и еще с тремя крошечными комнатами, одна из которых была спальней Энн. По соседству она разместила Мэри.
У девушек накопилось так много разговоров за два года разлуки, что они проговорили, не умолкая, весь оставшийся день и всю ночь. Вечером
— Нет, Стив, пожалуйста, не сегодня — нам с Мэри хочется поболтать вдвоем. Приезжай завтра! Договорились? Ну, пока! Целую!
Когда подруга закончила говорить по телефону, Мэри попросила ее:
— Расскажи про Стивена. Какой он? За что ты его полюбила?
Энн на секунду задумалась, потом, улыбнувшись, с нежностью в голосе ответила:
— О нем невозможно рассказать. Любые слова будут бледными. Он такой... такой замечательный!
Какая Энн счастливая! — подумала Мэри. Как бы я хотела вот так же о ком-нибудь сказать! А вслух она не без иронии заметила:
— Понятно, исчерпывающая характеристика.
И, посмотрев друг на друга, обе рассмеялись. Отсмеявшись, Энн попыталась объяснить свои слова.
— Знаешь, Мэри, я не могу говорить о Стиве объективно. Вот ты с ним познакомишься и сама поймешь, какой он интересный человек. Он объехал почти весь мир, в каждой стране у него случались какие-нибудь приключения, о которых он увлекательно рассказывает. Может быть, что-нибудь и присочиняет, но делает это мастерски. Он легко сходится с людьми, у него везде много знакомых, а вот настоящих друзей — один или два. Стив внимателен ко всем, кто его окружает. Это у него, наверное, от профессии.
— А он какой врач? — поинтересовалась Мэри.
— По-моему, он может быть любым врачом. Он рассказывал, что ему приходилось бывать и психотерапевтом, и окулистом, и роды принимать. Но основная его специальность — хирург-травматолог. — Энн помолчала немного, а потом задумчиво произнесла: — Ты спрашиваешь, за что я его люблю. Если честно — не знаю. Люблю — и все! — В ее глазах метнулись веселые искорки, и она добавила, смеясь: — Наверное, за то, что он любит меня. — И тут Энн спохватилась: — Да что же мы все про меня и про Стива говорим. А как твои сердечные дела? Тебе кто-нибудь нравится?
— Мне по-прежнему нравится Джордж Гордон Байрон, — отшутилась Мэри.
Энн не стала настаивать, поняв, что сердце подруги пока свободно. И она сменила тему.
— Что-то ты в своем туманном Лондоне побледнела. Надеюсь, на нашем зимнем солнышке ты немного отогреешься и загоришь.
— Не иронизируй! Лето в Англии бывает даже очень жарким. Правда, в этом году в июне было прохладно и дождливо. Но лето еще не кончилось, думаю, погода наладится.
— Мэри, я надеюсь, ты погостишь здесь подольше.
— Энни, дорогая, я приехала всего на неделю и после твоей свадьбы улетаю обратно.
— Жаль! А я хотела предложить тебе пожить в этом доме. Срок аренды истекает в конце августа, так что пока он мой. Во всяком случае, сейчас располагайся как дома. — Энн усмехнулась, вспомнив прошлое. — Мы опять с тобой живем вместе, как раньше, в студенческом общежитии.
— Да, какие были хорошие, беззаботные времена, — с легкой грустью проговорила Мэри и тихонько вздохнула.
— У нас в запасе еще несколько дней. Мы с тобой погуляем по любимым местам, можем встретиться с нашими однокурсницами. Как тебе такая программа?