Только монстр
Шрифт:
– Не найдется, – резко заявила Джоанна.
Аарон недоуменно заморгал и даже остановился ненадолго, но, к ее удивлению, бывший гвардеец поддержал:
– Нас могут заметить, если пересекать Темзу на лодке.
Между ними с Джоанной ощущалось напряжение. Она не сообщила остальным, что случилось на ступенях, хотя и сама не вполне понимала, почему так поступила, ведь Том лишился ее доверия. Самое разумное было бы избавиться от его присутствия и разойтись разными путями.
В памяти снова всплыли слова: «Это послание предназначалось для меня». Джоанна
Джоанна никак не могла соединить все обрывки информации. Переданный бабушкой ключ ко дворцу монстров. Сокрытие аристократами нападения Ника и его охотников. Слухи об устройстве, которое изменяло хронологическую линию. Пустая тюремная камера на месте, где оно должно было находиться. И загадочное послание, оставленное Тому.
Кусочки головоломки никак не хотели складываться в целую картину. Видимо, не хватало еще какой-то детали. Чего-то, что они пропустили. Но чего?
– Солнце скоро взойдет, – прервал мысли Джоанны Аарон. – Мы должны перебраться на другой берег до рассвета. – Он задумчиво пожевал нижнюю губу. – Тауэрский мост совсем близко.
– Там наверняка полно гвардейцев, – возразила Рут.
– А вдруг повезет? – пожал плечами Аарон.
Он тихо выругался, когда они добрались до моста: путь перекрывал полицейский кордон. От голубых вспышек припаркованных патрульных машин было светло. Всех пешеходов и водителей останавливали и опрашивали. Некоторых обыскивали.
– Полицейские – монстры, – прошептал Аарон. – Большинство из них, во всяком случае.
– Как такое возможно? – удивилась Джоанна.
– Члены королевского совета позаботились, чтобы во всех сферах человеческого общества важные должности занимали монстры.
– Разве жителям Лондона не покажется странным такое поведение полицейских? – усомнилась Джоанна.
– По нынешним временам – нет, – подключился к обсуждению Том. – Сейчас постоянно кто-то пытается что-то взорвать. Сообщения о заложенных бомбах – уже норма жизни. – Он устало провел ладонью по лицу. – Если мост уже перекрыли кордонами, то и вокруг Лондона, несомненно, есть оцепление. Скоро королевские гвардейцы начнут обыскивать и метро.
И правда, остановленные подставными полицейскими водители не задавали вопросов, беспрепятственно позволяя проверять машины. На глазах Джоанны одному из автомобилей разрешили проехать. Офицер махнул рукой, жестом подзывая следующее транспортное средство.
– Они пропускают людей через мост после досмотра. Может, тоже попытаемся пройти? – предложила Джоанна. – Никто же не знает точно, что во дворец пробрались именно мы?
– Нас не должны видеть, – возразил Аарон. – Среди проверяющих, скорее всего, есть Оливеры и Гриффиты.
Рут негромко выругалась и устало прошептала на ухо Джоанне:
– Дар семьи Гриффит – заставлять говорить правду. А Оливеры определят для допроса всех монстров, которые пытаются пересечь мост.
– Мы теряем время, – поторопил спутников Том. – Скоро рассветет, и нам больше не
– Можно попробовать пройти по тоннелю к району Ротерхит под рекой, – сказала Рут. – Тут недалеко.
– Там сейчас ездят только поезда, – прокомментировал Аарон. – Для пешеходов его закрыли больше столетия назад.
– Но внутрь пробраться все равно можно, – парировала Рут. – Если поторопиться, мы успеем пересечь тоннель до первых поездов.
Джоанна переглянулась с Аароном. Побледневшая, едва переставлявшая ноги кузина выглядела неспособной на тот марш-бросок, который предлагала.
Рут привела спутников к круглому кирпичному строению, сплошь покрытому спекшейся и неприятной на вид грязью. Сквозь потрескавшийся бетон пробивались пучки травы.
– Это что, общественный туалет? – с отвращением поинтересовался Аарон.
– Вентиляционная шахта, – утомленно отозвалась Рут и пошевелила двумя пальцами в воздухе, изображая, как карабкается на крышу здания и спускается вниз в тоннель.
Подсаживая вместе с Томом кузину, Джоанна чувствовала ее слабость на грани истощения. Бывший гвардеец забрался следом, подтянувшись на одной руке, а другой прижав к себе Фрэнки. Пес с любопытством принюхивался над плечом хозяина, который напрягал вздувшиеся мышцы, забрасывая наверх свое огромное тело.
– Я в порядке, – обессиленно заверила Рут, хотя, похоже, пыталась убедить в этом скорее саму себя.
Потом настало время спускаться. Шахта шла минимум на три этажа вниз. Под конец пути дыхание кузины казалось совсем затрудненным, а к тому времени, как они достигли тоннеля, ее руки на перекладинах лестницы так тряслись, что Тому пришлось помогать преодолеть последний отрезок спуска.
– Ты как? – встревоженно спросила Джоанна.
– Нормально, – слабо ответила Рут и выдавила: – Слушайте, не идут ли поезда.
Потолки тоннеля под рекой были высокими и закругленными. Изогнутые металлические скобы шли над головами через равные интервалы, создавая по мере удаления эффект концентрических сводов. Темноту разгонял свет старомодных настенных фонарей на дугообразных кронштейнах. Вперед и назад насколько хватало взгляда тянулись железнодорожные рельсы.
– Не прикасайтесь к ним, – предупредила Рут. – Они под напряжением.
– Что будет, если внезапно пойдет поезд? – спросила Джоанна.
Кузина молча махнула рукой: между каждой парой светильников виднелись арочные ниши, соединявшие тоннели. Оказалось, что их не один, а два.
Джоанна заметила рядом с ногой что-то яркое и ковырнула землю носком обуви. Под грязью между путями обнаружилась синяя и белая плитка с цветочным узором.
– А раньше здесь находился рынок, – сообщил Аарон. – В девятнадцатом веке люди продавали сувениры с лотков под арками. А еще предлагали погадать или покормить обезьян.
– Только не говори, что ты сюда спускался, – фыркнула Рут.
– Время забирать лучше всего у туристов и вот таких обитателей трущоб, – прокомментировал Аарон, а заметив мрачный взгляд Джоанны, пожал плечами. – Что?