Только монстр
Шрифт:
Это все равно не объясняло, почему они явились именно к Букингемскому дворцу. На любой центральной станции метро толпа была бы не меньше. Кроме того, по пути они заехали на рынок, чтобы купить Джоанне футболку, джинсы и обувь. Плюс Аарон настоял на приобретении также уродливой широкополой шляпы и двух бутылок воды. Почему бы не забрать время у многочисленных прохожих там?
– Однако нельзя просто заявиться в первый же магазин и начать воровать жизни, – словно подслушав мысли спутницы, продолжил Аарон. – Если монстры станут так поступать, охотясь в одном и том же месте на одних
Джоанна посмотрела на столпившихся возле ограды Букингемского дворца людей. Все выглядели неместными: восторженные лица, нарядная одежда, удобная обувь.
– Существует множество разных способов, – тем временем поучал Аарон, – но, говоря начистоту, большинство из них придумали исключительно для шоу. Главное же – коснуться затылка выбранного туриста. Подойдет любая часть руки: пальцы – даже один – или ладонь. Затем нужно сконцентрироваться на том количестве времени, которое желаешь взять. Отбросить все посторонние мысли, очистить разум от любых помех. Затем дотронуться, быстро и незаметно, и тут же двинуться дальше. Соотношение составляет один к одному. Заберешь один день жизни – и сможешь переместиться на то же время.
– Значит, нам достаточно всего двух дней, – сглотнув, чтобы отогнать подкатывавшую дурноту, прокомментировала Джоанна. – Вернемся в прошлое и предупредим семьи – я свою, ты свою.
– Дней? – нахмурился Аарон. – Мы не можем прыгнуть всего на пару дней назад.
– Что?
– Нельзя быть в двух местах в одном времени. Просто не получится туда попасть. Если хочешь отправиться в прошлое, то только в период до своего рождения. А тебе сколько – семнадцать?
– Что?
– Сколько тебе лет? – медленно, точно разговаривал с умственно отсталой, повторил Аарон.
– Шестнадцать.
– Мне семнадцать. Значит, переместиться мы можем минимум на этот срок. Но ради безопасности всегда следует добавлять пару лет. Поэтому округлим до двадцати.
– Но нам лишь нужно предупредить семьи о вчерашнем нападении, – оторопело пробормотала Джоанна, с ужасом глядя на Аарона. – Для этого достаточно всего нескольких дней – вернуться тогда, когда родные еще живы.
– Мы не можем.
– Но… – пролепетала она, не желая примириться с мыслью. – Нельзя же переместиться на двадцать лет, для этого придется забрать слишком много времени! Мы же наверняка кого-то убьем!
– Говори тише, – прошипел Аарон, и Джоанна поняла, что начала привлекать внимание стоявших рядом людей, которые уже косились на странную парочку. Он торопливо увлек девушку в другое место и прошептал ей на ухо: – Мы никого не убьем, так как не будем воровать все двадцать лет у одного туриста. И именно поэтому явились сюда. Заберем понемногу у каждого из этой толпы.
Джоанна осмотрелась по сторонам. Огромное
– Так ты готова или нет? – нетерпеливо осведомился Аарон.
Если Джоанна не решится на это, то бабушка, Рут, Берти, дядя Гас и тетя Ада будут мертвы. Они уже мертвы, погибли вчера ночью. И так все и останется, если не собрать сейчас волю в кулак. Все будет по-настоящему.
Джоанна стиснула зубы и кивнула.
– Тогда смотри и учись, – усмехнулся Аарон и почти без усилий слился с толпой туристов, став одним из них, всего лишь выправив свою дорогую рубашку, чуть расстегнув ее поудобнее, и напялив купленную ранее широкополую шляпу.
Затем он начал протискиваться среди зевак, подняв телефон и делая фотографии дворца, одновременно мимоходом задевая затылки женщин и мужчин. Все выглядело совершенно естественно и случайно. Спустя пару минут Оливер резко затормозил, якобы сделать еще одну фотографию, тем самым заставив людей напирать сзади, покачнулся и раскинул руки для удержания равновесия, вскользь задевая затылки соседей и бормоча извинения. Потом принялся демонстративно искать наилучший ракурс для камеры, поднося телефон к стоявшим впереди туристам. Каждый раз касание казалось абсолютно непредумышленным и случайным.
Через несколько минут Аарон вернулся к Джоанне, прокладывая путь сквозь все увеличивавшуюся толпу, и выдохнул:
– Теперь твоя очередь. Десять дней от каждого человека. Это всего две рабочие недели. С понедельника по пятницу и еще раз с понедельника по пятницу.
– Две рабочие недели, – эхом повторила Джоанна, с трудом укладывая в сознании концепцию из прошлой жизни.
Желудок завязывался узлом от одной мысли, что сейчас придется забирать чужое время. Касаться рукой чьих-то затылков.
Аарон передал бутылку воды поверх плеча стоявшего рядом мужчины. Тот раздраженно оглянулся, когда Джоанна потянулась и трясущимися пальцами задела основание его шеи. На примерно тридцатилетнем туристе красовалась футболка с изображением динозавра: тираннозавр катился с деткой горки и весело размахивал короткими передними лапами.
Казалось странным вот так дотрагиваться до незнакомца, его слегка потной шеи. Он поднял руку и поднес к затылку, к месту прикосновения. Джоанна быстро отдернула пальцы.
– Все в порядке, – одними губами прошептал ей Аарон.
Вокруг них толпа заволновалась и пришла в движение. Звук барабанов и труб постепенно становился громче. Джоанна привстала на цыпочки, выглянула и различила из-за плеч, поднятых рук с телефонами и вытянутых голов красные мундиры на протяженной улице Мэлл. Новая смена караула приближалась.
Аарон резко остановился, и женщина, шедшая сзади, налетела на него. Джоанна, в свою очередь, столкнулась с ней и едва не упала, но поймала многозначительный взгляд Оливера и взмахнула руками, будто бы для сохранения равновесия, целенаправленно касаясь большим пальцем затылка туристки и мысленно приказывая себе забрать у той время.