Титаникус

Абнетт Дэн

Они освободились на краткий миг. Таща за собой свисающие тросы и нескольких сервиторов, которые по-прежнему цеплялись линями к броне голеней, махина зашагала вперед. Взрывы и удары продолжали осыпать корпус. «Игникс» пробивался к другой бункерной площадке, но путь впереди был блокирован. По одну сторону от них находилась массивная доводочная платформа — продолговатое строение с плоским верхом размером с крупную фабрику, на два этажа выше них; по другую располагалась циклопическая плавильня и пристроенная к ней дымовая труба. Лустиг слегка разогнался по

площадке и попытался протаранить плавильню, чтобы пробиться насквозь, но сумел нанести лишь поверхностные повреждения, несмотря на силовой кулак и громадную массу «Игникса». Он отступил на три шага, давя скученные ряды наземных сил скитариев, которые устремились следом.

<Направить оставшиеся орудийные резервы в деструктор>

— Слушаюсь! — отозвался Гентриан. — Принцепс, у вас есть два выстрела на шестидесяти процентах мощности.

<Больше ничего?>

— Иначе придется подвергнуть опасности основные двигательные и системные нужды. Реактор не справится.

<Приготовиться к открытию огня!>

Деструктор взревел дважды, его испепеляющие разряды ударили в плавильню, разрывая мощную кладку. «Игникс» врубил двигатель и шагнул в пробоину. Еще полдесятка тросов прицепились к его спине и ногам, и он потащил присоединенных к ним сервиторов за собой, словно поезд.

В манифольде вспыхнул предупреждающий значок. Гентриан идентифицировал сейсмический профиль — серии тяжелых, потрясающих землю ударов.

— След. Шаги махины. Приближается махина, на полном ходу!

<Произвести триангуляцию!>

Вражеский «Пес войны», кроваво-красный, с гримасничающей золотой мордой, бросился к ним по краю доводочной платформы. Он скачками несся по ее поверхности, ломая стрелы подъемных кранов и металлические ограждения, затем побежал вдоль края, чтобы увидеть их сверху.

<Разворот!> — скомандовал Лустиг.

«Игникс» резко развернулся. «Пес войны», издавая скрежет вызова на мусорном коде, спрыгнул с края платформы и приземлился на площадке. От удара по земле побежали трещины. Он выправился, снова заскрежетал и двинулся к зажатому в углу «Владыке войны», быстро и агрессивно — каждый шаг гулко топал по роккриту. Ряды скитариев бросались перед ним врассыпную, приветствуя его появление многоголосым ревом. «Пес войны» передавил многих из них, равнодушный к их участи, и активировал оружие ближнего боя — зловещий двузубец из грязной стали, вышедший из правой конечности и зафиксировавшийся.

<Разрешаю открыть огонь из болтера>, — выдал инфоговоркой Лустиг.

— Принцепс, у нас осталось боеприпасов на восемь секунд. Сколько я должен…

<Сколько потребуется>.

Гентриан открыл огонь. Мегаболтер заревел, бомбардируя потоком сверхскоростных снарядов приближающуюся махину. Тысячи небольших отдельных разрывов осыпали морду и корпус «Пса войны». Тот споткнулся, шатаясь под непрерывным обстрелом. Щиты его, похоже, разорвало в клочья, осколки ободрали окрашенную в красное броню, оставляя блестящие серебряные царапины

обнажившегося металла.

Пять секунд осталось, четыре, три, две, одна…

Заряжающие автоматы закончили отсчет. Болтер смолк.

— Счетчик на нуле. Боеприпасы закончились, — объявил Гентриан.

Площадку затянуло сизым фуцелиновым дымом от выстрелов мегаболтера. Восстанавливая равновесие, с дымящейся ободранной окраской, с текущим, словно кровь, из сотен пробоин на корпусе маслом, «Пес войны» издал горловое шипение и возобновил атаку.

— Приготовиться! — крикнул Гентриан.

Сдвоенные острия уродливого двузубца с хрустом пробили брюшную стенку «Владыки войны». «Никомах Игникс» содрогнулся, завизжали предупреждающие сирены. Лустиг внутри раки вскрикнул и схватился за живот.

«Пес войны» выдернул двузубец и тут же ударил снова, целясь выше — в грудь большей махины. Второй удар скрежетнул по броне, оставляя длинные рифленые отметины когтей на керамитовой поверхности.

«Игникс» отступил на шаг и блокировал третий удар силовым кулаком, отбив двузубец в сторону с громким металлическим лязгом. Всюду вокруг, на площадке и на крышах, завопили и залаяли скитарии, подбадривая дуэлянтов.

«Поединок, — подумал Гентриан. — Словно бойцы на ринге или гладиаторы на арене цирка».

«Пес войны» скакал из стороны в сторону перед израненным «Владыкой войны», скрежеща и тыкая в него своим оружием, словно острой палкой в быка. Кровь из глубоких психостигматов на животе Лустига окрасила воду, из полуоткрытого рта тянулась расплывающаяся розовая струйка. Он внезапно выбросил правую руку, едва не ударив по стенке раки, и «Игникс» нанес неожиданный удар «Псу войны». Тот взвизгнул и попытался отскочить назад, но движение было слишком быстрым. Когти «Игникса» вонзились в панцирь «Пса войны».

Лустиг вырвал их обратно, приблизился на шаг и ударил снова, отражая тычок двузубца левой орудийной рукой. Тяжело и устало передвигая ноги, «Владыка войны» протащил гарцующую меньшую махину перед собой по площадке. Его когти сорвали кусок брони золотого с медным цвета с челюсти «Пса войны», разрубив глумливую ухмылку пополам. «Пес войны» нырнул вперед и вонзил одно острие двузубца в левое бедро «Владыки войны».

Внутренние системы извергли пламя, моторные цепи порвало. Гентриан ощутил эту боль, так же как от раны в груди. Он не чувствовал так остро, как принцепс, но бедро все равно словно обожгло огнем.

«Пес войны» выдернул двузубец и взмахнул им снова. Подволакивая поврежденную ногу, «Игникс» отбросил оружие в сторону когтями, а затем достал «Пса войны» мощным обратным ударом по морде с таким грохотом, будто два «Гибельных клинка» на полном ходу столкнулись лоб в лоб.

«Пес войны» отшатнулся и едва не упал. Он изо всех сил, словно пьяный, пытался снова утвердиться на ногах, пар и дым хлестали из уплотнителей суставов и разорванной гидравлики. Пока он пытался отойти назад, Лустиг опустил когтистый силовой кулак ему на спину.