Титаник-2

Тропинина Ольга

Муж перевернулся на другой бок — он встанет через полчаса, когда будет готов завтрак. Удивительно, но Игорь приходил на кухню минута в минуту — не раньше и не позже. По запаху, что ли?

Таня, потягиваясь, прошлепала на кухню и застала там маму.

— Ты что так рано поднялась? — недовольным голосом спросила Таня. — Спала бы, успеешь еще наработаться.

Екатерина Романовна развела руками, словно ее поймали за недостойным занятием.

— Не спится что-то.

— Да не волнуйся, мама, все будет нормально. —

Таня поцеловала мать в щеку.

— А Игорь? Он еще спит? — вдруг забеспокоилась Екатерина Романовна. — Завтрак почти готов.

— Разве я просплю завтрак? — появился на пороге хозяин.

— Завтрак ты не проспишь никогда, — рассмеялась Таня, — у тебя нюх как у собаки.

— А глаз как у орла.

Екатерина Романовна накрыла на стол и направилась к дверям.

— Ты куда, мама? — озабоченно спросила дочь.

— Пойду в сад, немного подышу свежим воздухом. А вы здесь пока дела свои обговорите. — Она вышла.

— С тобой все в порядке? — спросил Игорь.

— Все отлично, — отпила глоточек черного кофе Таня. — Только не надо смотреть на меня с укором. Можно подумать, тебе никогда не снились кошмары.

— Ты же знаешь, что сны для меня большая редкость. — Игорь взял кофейник и подлил себе кофе. — И вообще, мои сны и не сны вовсе, а руководство к действию.

— Да, однажды во сне ты увидел, как надо раскроить платье. Остается лишь тебе позавидовать, — вздохнула Таня.

— Кому-то приснилась целая коллекция!

— Но только один раз!

— А тебе хотелось всю жизнь превратить в сон?

— Да, — мечтательно улыбнулась Таня. — В сон. Прекрасный, райский сон.

— Но твоя жизнь и так похожа на сказку: уютный дом на берегу озера, благоухающий сад, бассейн. Работаешь в знаменитом доме моделей. Подрастает шустрая дочурка. А какой у тебя восхитительный муж!

— Мой муж — чистое золото, — согласилась Таня и тут же щелкнула его по носу. — Это чтобы не зазнавался, — рассмеялась она, вставая из-за стола.

— Какой у вас чудный сад. Всю жизнь мечтала о таком, — сказала Екатерина Романовна, входя в столовую.

— Если останешься у нас, сможешь любоваться садом каждый день, — заметила Таня.

— Я и так остаюсь.

— Навсегда?

— Об этом мы уже говорили, а вот самолет, если ты не поторопишься, улетит без тебя.

Таня посмотрела на часы и, в ужасе схватившись за голову, побежала в спальню собирать вещи в дорогу.

Через полчаса Игорь отнес багаж в машину. Таня поцеловала на прощание мать, проснувшуюся дочурку и села на переднее сиденье рядом с мужем в машину.

По дороге в аэропорт они весело болтали ни о чем, а потом, при мысли о предстоящей разлуке, Таня погрустнела. Игорь не стал ее беспокоить, сосредоточившись на дороге.

Она снова вспомнила дурной сон. Этот кошмар всегда снился не к добру. Таня пыталась совладать с нервами. В этот раз все должно быть

нормально. Она должна довести дело до логического конца. Идея, поначалу казавшаяся ей великолепной, радовала ее все меньше. Конечно, показ новой коллекции на «Титанике» — это событие, но будь ее воля, она ни за что бы не отправилась в это путешествие.

Она и без этого кошмара не находила себе места. Неужели ее ждет провал? Почему-то у нее не возникало в мыслях, что неприятности каким-то образом могут быть связаны с самим «Титаником». Это было тем более странно, что во сне она чуть не утонула. Правда, гадалка заверила ее, что раз не утонула, то теперь может плавать спокойно.

* * *

По пути в аэропорт Шереметьево-2 Соболев забылся в беспокойном сне. После приезда из Испании он улаживал срочные дела в Москве, поэтому крутился с утра до поздней ночи.

И снова ему приснился писатель Лутовинов…

— Книга интересная, но спорная, — сказал он Лутовинову, когда тот вернулся в кабинет. — Мне надо проконсультироваться с Ольгой Ивановной.

— Но я не могу долго ждать, — взмолился Виталий.

— Я вас понимаю. Вам и вправду не резон сидеть выходные в Москве. Давайте поступим так. Оставьте рукопись, а на следующей неделе мы вам сообщим о своем решении. У вас есть телефон?

— Да, — радостно закивал Лутовинов. — Конечно.

Соболев протянул ему листок бумаги, и Виталий дрожащей рукой написал номер своего телефона в Екатеринбурге.

— Если ваш роман понравится рецензентам и мы решим его печатать, то издательство оплатит вам проезд до Москвы и обратно, — с улыбкой обнадежил гостя Соболев. Всем своим видом он давал понять, что разговор окончен.

— Хорошо, — сказал Лутовинов. Последняя фраза, похоже, убедила его в серьезности намерений издательства.

— Только вы никому больше не передавайте рукопись, — предупредил Соболев.

— Ну что вы, это у меня единственный экземпляр, — простодушно ответил Лутовинов.

— Единственный? — Лицо Дмитрия оставалось непроницаемым, хотя внутри его все ликовало.

— Да…

— Ну что ж, прекрасно, тогда договорились. — Соболев вышел из-за стола и крепко пожал Лутовинову руку.

Через четверть часа после того, как за уральским писателем закрылась дверь, Дмитрий на своей белой «шестерке» уехал домой.

В тишине — жена была на работе, а дочь у подружки — он внимательно прочитал рукопись. Соболев убедился, что вещица стоящая. На этом романе можно было заработать тысячи. Не рублей, естественно, а долларов. У Дмитрия даже заныло в затылке. Да, это был супербестселлер. Тем более сейчас, когда, утонув в очередной раз в фильме Камерона, «Титаник» поднял крутую волну интереса к себе. Понравилось Дмитрию и название — «Белая звезда».