Тиран
Шрифт:
— Можешь взять мои вещи, Леон. Я беру одежду, наушники и МР3-плеер. Еда, книги — все это твое.
— Серьезно? — Леон растянул губы в беззубой улыбке.
— Да. Забирай. Суп, лапша, крекеры, печенье, чистая тетрадь, чипсы, зубная паста и пакет с ручками — все это твое. Со мной все будет нормально. Тебе это нужно больше, чем мне.
— Спасибо, чувак, всего хорошего. Я действительно ценю это.
Он знал, что у Леона было не так много запасов, но они всегда делились друг с другом. Леон был одним из немногих наркоманов в тюрьме, которые держались без покупки дозы. Он содержал свою часть их камеры в чистоте, не употреблял презренного дерьма, и у него было отличное чувство юмора, несмотря на его обстоятельства. Леон был довольно замкнутым после того,
Дверь камеры открылась, и Хантер вышел. Он еще раз помахал Леону, и уже через несколько минут забирал вещи, отобранные у него много лет назад, когда его впервые арестовали по обвинению в хранении оружия. Он посмотрел в сумку, наполненную вещами, которые почти забыл.
Пара джинсов, черное пальто и рубашка с длинными рукавами, белые носки, бордовые трусы-боксеры, рабочие ботинки, ремень-цепь, серебряное кольцо с черепом, 372 доллара и 16 центов наличными, полпачки сигарет, дешевая желтая зажигалка, которая больше не работала, идентификационная карта с истекшим сроком и водительские права. Пока Хантер ждал свою машину охранник стоял рядом с ним. На этот раз за ним не приедут его бабушка и дедушка как они это обычно делали. И каждый раз их энтузиазм по поводу его возвращения уменьшался. Он не мог сказать, что винил их, поэтому он не позвонил им вообще. Его сводный брат Джастин, который был на три года младше, должен был подъехать с минуты на минуту. Эти двое никогда не были близки до прошлого года, но какой смысл ненавидеть друг друга? Никто из них не просил быть там, где они были. Их матери сделали выбор, они были побочным продуктом. Конец истории.
— Итак, что ты собираешься делать, пока мы не увидим тебя снова, Хантер? — охранник ухмыльнулся, покачиваясь на пятках.
— Просто займусь кое какими делами, — он поднял глаза на небо и был почти ослеплен. Видеть солнце снаружи, без стен или преград, блокирующих его, казалось нереальным. Это освобождение ощущалось по-другому. Он не мог указать на это пальцем, но он просто чувствовал. Прищурившись от яркого красивого вида, он боролся с улыбкой.
— Ты вернешься. Такие парни как ты всегда возвращаются. Либо так, либо они оказываются в мешке для трупов.
Он просто смотрел на небо. Интересно, действительно ли там Рай? Вероятно, нет.
Вскоре подъехал Джастин на старом голубом «кадиллаке», из динамиков которого вырывалась песня «I’m a Gee» Дейтон Фэмили. Автомобиль принадлежал его другу, и он одолжил его, чтобы стильно подобрать Хантера. Молодой человек был одет в белоснежную футболку, его темно-каштановые волосы были пострижены в технике фэйд, как у чёрного парня, с уголка его рта свисала сигарета. Расплывшись в улыбке, он потянулся вперед и охранник, закатив глаза, пожал ему руку.
— Береги себя, чувак. Удачи. — Хантер поблагодарил его, и он ушел.
Открыв пассажирскую дверь, Хантер забросил в машину свою маленькую сумку, сел и пристегнул ремень безопасности.
— Здорово, чувак? Братан вернулся!!! — Джастин рассмеялся, словно это было что-то охренительно смешное. Словно он невероятно наслаждался этим. — Что нового? Чем будешь сегодня заниматься?
Гребаный мудак… Но он моя кровь, и, по крайней мере, он приехал сюда, чтобы забрать мою задницу…
— Я только что вышел из тюрьмы, тупой придурок, — пробормотал Хантер. — Что ты имеешь в виду, спрашивая, что нового и чем я буду сегодня заниматься? Надеюсь, что эти люди не изменили свое решение и не вернут меня обратно, вот что. Поехали, — Хантер почесал подбородок, оглядываясь по сторонам, и его сердце ускорило
— Хантер, у меня есть все необходимое дерьмо в квартире. Чувак, на ближайшие несколько месяцев, пока не встанешь на ноги, ты живешь у меня, — он выбросил сигарету в окно.
— Круто. Спасибо, — Хантер смотрел в окно, откинувшись на пассажирском сиденье, и задавался вопросом, о чем думают все эти незнакомцы.
— Моя девушка пошла и купила немного пива, слабоалкоголки, набрала всего, чувак. Она сделала тако, энчиладас, спагетти, все дерьмо. Ты знаешь, Миранда — пуэрториканка и итальянка, она замутила гребаный шведский стол! — Джастин снова хихикнул, взволнованно покачиваясь взад-вперед, и ведя себя как чертов идиот. Хантер бросил на него взгляд. Они с парнем были не очень похожи друг на друга. Джастин напоминал ему Джона Б., R&B-певца (Прим.: Jon B, Джонатан Дэвид Бак — американский певец, автор песен и продюсер). Он всегда косил под «черного», хотя Хантер не был уверен, что быть «черным» могут только афроамериканцы.
Сам он слушал в основном рэп, но эти люди имели свои культурные особенности. Однако его брат был известен тем, что использовал их жаргон, носил широкие провисшие штаны и ботинки-тимберленды. Всегда. Они не росли среди чернокожих. Фактически, там, где они выросли, к западу от залива Сагино, было несколько хорошо известных сторонников расизма. Хантера никогда не беспокоило, что Джастин вел себя так. Люди могли действовать так, как им хочется. Тем не менее, это было забавно.
— Я сказал ей пригласить своих подруг. Я курьер по доставке кисок, — его брат бросил на него взгляд и подмигнул. — Они прибудут быстро или это будет бесплатно. Многие из ее одиноких подруг — шлюхи, чувак. Выбирай. Горячие, чувак.
Обычно шлюхи держатся друг за друга…
— Спасибо, Джастин. Мне просто нужно место, где можно ненадолго пересидеть, пока я улажу кое-какие дела. Я не задержусь у тебя надолго.
— Мы семья! А это то, что делает семья. О! Я подзатупил, чувак, придет несколько друзей. Мы оторвемся на всю катушку, чувак!
Заиграла «Real With This» Дейтона Фэмили. Хантер сделал громкость на максимум. Раньше это была его любимая группа. Банда была из Флинта, штат Мичиган.
Кивая головой в такт и расплываясь в улыбке, Джастин предложил ему косяк.
— Нет, я в порядке, чувак. — Джастин закурил сам, когда они ехали по улице под громкую музыку, заставившую его на мгновение снова почувствовать себя ребенком.
Они начали читать рэп вместе.
— … Я по яйца в его мамаше! Реально с этим! Реально с этим! Всегда реально с этим!
Они смеялись, хлопали, пили и мчались по улице.
— Я не слышал этого годами, чувак! — Хантер рассмеялся, чувствуя себя отлично. — Ты знаешь, что мне нравится. Эй, у тебя есть сигарета? — его брат кивнул и указал на бардачок. Открыв его, Хантер увидел внутри пачку Данхилс и зеленую зажигалку. За несколько секунд он зажег эту штуку. Он не курил больше четырех лет.
Чувство спокойствия не будет длиться долго, но он будет наслаждаться им, пока оно у него есть. Хорошая музыка, место, где можно хотя бы ненадолго преклонить голову, его брат готов был немного помочь ему. Новое начало.
Я не собирался доставлять Рейнольдсу удовольствие, но он был прав. Какого черта я собираюсь делать? Я не могу вернуться в тюрьму! Я могу никогда оттуда не вернуться — слишком много обвинений. Я уже испытал удачу. Где мне взять немного денег? Кто, черт возьми, возьмет меня на работу? Я, конечно, хорош в некоторых вещах. Я могу играть на гитаре… У меня есть опыт каменщика… Я хороший боец, и у меня есть немного опыта в боксе… Я хороший игрок в пул… Стрельба из лука. Я действительно только что думал о стрельбе из лука?