Тихоня
Шрифт:
– Я продиктую. Только… шёпотом. Пиши. Я такой-то, имя отчество фамилия, такого то года рождения, обязуюсь провести сексуальный акт с гражданкой Щегловой по окончании розыскных мероприятий, но не позднее, чем через десять дней, отсчитывая с сегодняшнего…
Я вытащил кончик языка – может все же сочтёт меня олигофреном и сбежит? И усердно вычерчивая каждую буковку принялся писать.
– Нужно уточнить, - сказал я громко. Возможно, слишком громко… - Какого рода секс тебя интересует? Анальный? Оральный? Я могу и плеткой, ты только меня не лупи, у меня
Семейная пара за соседним столиком поглядела на нас осуждающе, Васька покраснела и взмолилась:
– Тише, пожалуйста!
– На роль сабмиссива не согласен, - продолжил я размышлять. – Я того, доминировать люблю всячески, особенно, предаваясь сексуальным утехам…
Женщина подхватила ребёнка и пересела подальше. Её муж хотел было затеять конфликт, но посмотрел на мои бицепсы и передумал. Зато все остальные смотрели на нас с любопытством и даже удовольствием. А Васька стала даже нашей скатерти пунцовей. Так вот, любишь кататься люби и саночки возить. Вздумала тут условия диктовать. А она…
– Классический, - громко произнесла вслух. – Обычный. Пока… а там посмотрим. Плетка не нужна, кусаться можно, если не больно, и все остальное, что не больно, тоже можно..
Ваську мне даже жалко стало. Но… сама же нарвалась. Расписку я написал, размашисто махнул подпись и дату поставил. Протянул ей листочек, она вдумчиво его прочитала. Так как краснеть ей было больше не куда, то она медленно начала бледнеть обратно. Перестаралась, ушла чуть не в синеву, даже губы побледнели. Я даже немножко испугался, не упала бы она в обморок, хотя по сути, со стула ей падать невысоко, и удар по голове там уже ничего не сотрясет – похоже, все, что можно уже перетряхнуто.
– Испугалась? – поинтересовался я с улыбочкой.
Моей улыбочки даже матерые зеки боятся, хотя я как то исполнил перед зеркалом – очень даже миленько. Васька сглотнула, листочек в руке мелко затрясся.
– Ни капельки, - храбро солгала она.
Сумочки у неё при себе не имелось, я даже и не вспомню, где мы её посеяли, носит нас по всему городу туда-сюда. От папаши своего она успела принести только авоську с вещами, которые утром и надела. Поэтому листочек она сложила вчетверо и спрятала туда, куда все бабы прячут испокон веков – за декольте. Я поневоле проследил взглядом за её рукой, увидел краешек белого лифчика, и тоже, блядь, сглотнул.
Нет, я точно не буду трахаться по распискам. Просто, чем бы дитя не тешилось, лишь бы ногами не топало. И не утопало никуда. А то сейчас уйдёт, Влад её мигом отловит, не он, так вчерашние отморозки. Свернут шею, а шея у Васьки красивая, жалко. Пусть будет под присмотром, мне так спокойнее. Да и уткой подсадной поработает, все польза.
– Пойдём, продажная ты моя женщина, - позвал я, расплатившись за так и не доеденную пиццу.
– Пойдём, продажный мужчина, - кивнула она.
И спряталась за меня – видимо, заряд храбрости кончился и заинтересованные взгляды окружающих уже невмоготу. Ничего, за мной ещё пару таких тощих, как Васька, укроются, не страшно. Я даже за ручку её взял, чтобы не боялась, вот я какой милый.
– Надо было свидетелей попросить расписаться, -
Неугомонная.
В этом городе я бывал слишком редко, чтобы как следует ориентироваться. Выручала память детства, но и она подводила – слишком вокруг все изменилось. На месте браков торчали высотки, церквей понастроили и прочих прекрасностей, что порядком обескураживало. Так что Вася у меня ещё и навигатором будет.
– Будем охотиться на маньяка, - проинформировал я в очередном новом парке. – Основные правила помнишь?
– Слушаться папочку, - старательно нахмурила лоб Васька. – Стоять там, где поставили и ждать. Не бросаться на врагов с голой грудью.
И покраснела. Очаровательно. И как она по своей расписке отрабатывать собирается? Хотя, если вспомнить её ночную выходку, все было пусть и неумело, но зато с энтузиазмом… В общем свалилась Вася на мою голову. Или я на её?
– Умница. Я правда ума не приложу, как мы этого гада выкуривать будем.
– Принца, - поправила Васька.
Ну вот так всегда по жизни, Владик принц, а я мутант. Даже при том, что это он у нас маньяк. Неожиданно, но это царапнуло, стало по настоящему обидно. С каких пор, а, мутант?
– Пошли, - сухо бросил я.
Васька пошла, выхода у неё нет, как и у меня. Засеменила следом, протяжно вздохнула. А я даже и не знаю, куда направляемся, куда идти, где этого гада, то есть принца искать вообще?
– Нужно дать объявление, - раздался Васькин голос сзади.
– Какое? – не сразу понял я.
– Ну… как раньше делали. Например – человека, потерявшего нечто важное в дачном кооперативе имени великих реформаторов в такой-то вечер, просим обратиться по такому то телефону.
Я фыркнул скептически и устремился туда, куда шёл – вперёд, в никуда. Искать светлых мыслей, озарения, прочих нужностей. Женщина, особенно такая, как Вася, она для неприятностей, которые притягивает, как магнит, а вовсе не для дельных идей. Тем более идея то, такая же, как сама Васька – сумасшедшая, пусть и приличная на вид.
– Сноб, - буркнула сзади Васька, видимо все по моей спине прочитав.
Я остановился так резко, что Васька ойкнув впечаталась в мою спину. Признаюсь, провокация, мелкая пакость, но… удерживать равновесие лягушонка решила ухватившись за мои бедра. А так, как по инерции она завалилась вперёд, то и руками туда же и скользнула. Так мы и замерли. Я – два метру роста, куча кило мышц, стою, выражение лица самое, что ни на есть дебильное, и она. Одна рука на моем пузе, вторая на причинном месте. Стоим. Картина маслом.
– Ты решила совратить меня и обмануть в самых лучших чувствах?
– Ой, - снова сказала Васька.
Информативно. Вот только ойкнула она мне куда-то между лопаток, я буквально через ткань футболки почувствовал её тёплое дыхание и того… организм среагировал.
– Ещё пару минут подержишься, - подал я голос. – И десять дней можно будет не ждать.
Васька руку наконец отдернула, да с такой прытью, словно она не на моем паху полежала, а в пасти крокодила. Да уж, с такими реакциями это с неё расписки брать, а потом выбивать долги с приставами.