Тигр в колодце
Шрифт:
— Доброй ночи, сэр, — попрощался он, стараясь, чтобы его голос звучал бодро и производил впечатление деловитости и оперативности. — Завтра утром я принесу вам всю финансовую информацию, сэр. Спокойной ночи.
Бушелл был мужчиной средних лет. Он сухо кашлял и вел себя почтительно — по отношению к мистеру Ли, к мистеру Пэрришу он был равно-душён.
Он сел и внимательно выслушал, чего хочет его наниматель.
— Женщина по имени Локхарт, Салли Локхарт, скрывается от нас, возможно, хотя я и не уверен, в Ист-Энде, с ребенком на руках. Это девочка двух лет, зовут Харриет. Мне нужно, чтобы вы нашли ее. Салли блондинка, симпатичная, ей немногим за
Обезьяна тут же подскочила к вазе, схватила грецкий орех и поднесла его ко рту мистера Ли, пока полицейский читал заметку в «Тайме», которая совсем недавно попалась на глаза Салли.
Мистер Бушелл закончил читать и свернул газету.
— Я лично не был знаком с этим делом, — признался он. — Человек с моим званием не занимается каждодневной оперативной работой. Это будет сложно сделать, не привлекая лишнего внимания, которое, как мне кажется, в данном случае нежелательно…
— Действуйте! — отрезал мистер Ли. — На ваше усмотрение. Или же мне придется уведомить ваше начальство о том, что вы посещаете различные заведения. Я знаю все подробности каждого вашего визита: сколько времени вы там пробыли, сколько заплатили, сколько денег выиграли или проиграли, с какими девушками встречались. Так что не ленитесь, Бушелл. Бросьте на дело всех своих людей и разыщите эту женщину.
Мистер Бушелл, незнакомый с техникой восточного самоконтроля, ощутил заметную слабость. Он кивнул, вздохнул и поднялся, чтобы идти.
— Еще кое-что, — остановил его мистер Ли, прежде чем тот дошел до двери. — Где-то в Сохо есть человек, называющий себя Голдбергом, журналист. Мне стало известно, что он злоупотребляет гостеприимством нашей страны и следит за различными законными финансовыми операциями. Думаю, это будет поистине патриотичный и достойный поступок, если вы найдете место, где обитает этот мошенник, и расскажете министру внутренних дел о его злодеяниях, чтобы его могли депортировать. Кстати, в Венгрии он приговорен к смертной казни, и венгерские власти с удовольствием заполучат его назад. Займитесь этим, хорошо?
Глава восемнадцатая
Орден святейшей Софии
У мистера Пэрриша были знакомые на самом «дне», и ему не понадобилось много времени, чтобы организовать поиски Салли в тех районах. Он все делал по науке, используя принципы Абнера Т. Хэндли из его основного труда «Настольная книга молодого человека: как добиться успеха в делах», которому он посвятил не один час вдумчивого чтения. Абнер Т. Хэндли был весьма прозорлив в том, что касалось расчетливости и находчивости, мистер Пэрриш тоже не отставал: он предложил награду в пятьдесят фунтов тому, кто укажет ему местонахождение Салли, — деньги, конечно же, принадлежали ей самой. Что может быть элегантней и экономичней, чем заставить добычу саму платить за охоту на себя?
В это же время помощник комиссара Бушелл давал указания старшим полицейским офицерам отделов Уайтчапела, Степни и Теймз бросить на поиски как можно больше людей. Под командованием у этих людей было 1235 человек, и, хотя они считали, что со стороны помощника комиссара все это очень несвоевременно и лучше бы он сидел в Скотланд-Ярде и перекладывал бумажки с места на место, все сразу же взялись за дело с твердым намерением найти беглянку; поэтому они вернулись в свои отделения и загрузили работой все 1235 человек.
Про Голдберга Бушелл тоже не забыл. У него были свои взгляды
В то утро Салли опять пошла с мисс Роббинс. На этот раз они навещали семью, зарабатывающую продажей спичечных коробков. Мисс Роббинс собирала материал для отчета об условиях жизни в Ист-Энде, а Салли пошла с ней, потому что хотела взглянуть на потогонное предприятие.
Семья состояла из пяти человек — отец, мать, две дочери-подростка и маленький больной мальчик семи лет, и ютилась в каморке три на два метра. Мальчик лежал на матрасе в углу и еле дышал. Остальные работали за столом при тусклом свете, сочившемся из окна. В воздухе пахло болезнью, потом, рыбой и клеем. Семья трудилась не покладая рук. Они приклеивали полоски красной анилиновой бумаги к кусочкам дерева, оставляя их с одной стороны сухими, а затем сворачивали их в спичечные коробки. Одна из дочерей, яркая, горделивая девушка, складывала коробки в большие пачки и связывала их. Отец рассказал, что за каждые сто сорок четыре коробка они получают на фабрике два пенса. Салли не поверила своим ушам, но мисс Роббинс подтвердила его слова. К тому же им приходилось на свои деньги покупать веревки и клей. Работая с раннего утра до ночи, они зарабатывали деньги, которых едва хватало на то, чтобы не умереть голодной смертью.
— Это не совсем потогонное предприятие, — отметила мисс Роббинс, когда они вышли. — Потому, что они работают на себя, а не на нанимателя, которому принадлежит помещение и который организовывает работу. Но все сводится к одному — к эксплуатации. В данном случае их эксплуатирует спичечная фабрика. Девушка скоро уйдет из дома. Та, что связывала пачки. Ее переманила хозяйка борделя с Девоншир-стрит. Там она будет прилично зарабатывать, а потом умрет от какой-нибудь болезни.
— Почему вы так уверены? — вмешалась Салли, чувствуя, что должна сказать что-то обнадеживающее.
— Может, и нет. Возможно, добрый господин, зарабатывающий пятьсот фунтов в год, влюбится и женится на ней. А может быть, ангел спустится с небес и заберет ее прямиком в рай. Может быть, ее переедет омнибус. Не мне предсказывать судьбу человека. Но неоспоримо одно: на тысяче других потогонных предприятий работают такие же симпатичные девушки, такие же живые, энергичные и разочаровавшиеся, и большинство из них кончит именно так, как я описала. Это уж точно.
Салли не могла спорить. Она будто онемела, поэтому начала думать о том, что ей было близко — деньгах, доходах и ценах; она задумалась, скольким людям она посоветовала купить акции спичечной фабрики «Брайант и Мэй». Да что там говорить — у нее самой их было несколько.
В миссии Салли ждали три письма, но у нее не было времени прочитать их, сначала надо было помочь на кухне раздавать суп с хлебом женщинам и детям, нашедшим приют в этом доме. Письма принес темноволосый господин; это все, что сказала ей служанка. Салли положила послания в карман, чтобы прочитать позже, но сердце ее забилось быстрее, когда она увидела четкий, мелкий почерк на одном из них.
После того как Харриет поела и посуда была вымыта, Салли отвела дочку отдохнуть. Та брыкалась и вела себя крайне капризно, поэтому Салли пришлось повозиться — укачать ее, прежде чем нежно уложить в постель и накрыть одеялом.