The Walking Dead. Eufaula
Шрифт:
– Тогда зачем…?
– Ради Ника. Он должен научиться пресекать слабость у других. Мы должны быть сильными, включая детей. Чем раньше они это поймут, тем лучше.
– Не слишком ли жестоко?
– Жестоко было бы, если бы мы его убили. Показательно, на глазах у всего лагеря. Вместо этого Ник преподаст ему урок, после которого тот, надеюсь, одумается.
Одри неуверенно протянула
– Не думаю, что это поможет.
– Увидим. Истинно правильных решений больше нет, Одри. Но мы должны попытаться.
Сегодняшним
Оливия, по моей просьбе, обрабатывала ушибы Ройса, который после избиения (дракой то назвать можно было лишь с большой натяжкой) присмирел и вел себя, как мышка. Конечно, особых надежд на его исправление я не питал и потому попросил её приглядеть за мальчишкой, пока мы не вернемся с разведки. Весьма разумная предосторожность, особенно после “урока”, который Ник ему преподал. Старшего сына Вольда я оправил к Кэсси – пусть потренируется, заодно придет в себя. Тени с солдатами патрулировали окрестности, а Строители с оставшимися членами лагеря подготавливали стройматериалы у стен Второго Круга, чтобы потом, не теряя времени, вернутся к стройке.
Но речь не о них, а о том, ради чего я, собственно говоря, и собрал совещание.
Мои люди почтительно притихли, перестав задавать улыбающейся Теа вопросы о самочувствии и предполагаемом имени ребенка (которая, надо признать, несмотря на огромный живот, выглядела такой счастливой, что все, кто сидел рядом с ней, расплывались в радостных улыбках). Даже погода была под стать ей – яркий солнечный полдень, проникающий теплыми лучиками в окна вестибюля и наполняющий зал Штаба свежим весенним настроением.
Потому мне очень не хотелось омрачать его лишними тревогами, но, скрипя сердце, пришлось. Первым делом я обратился к Теа, решив дать ей последний шанс слинять от предстоящих разборок (в коих не сомневался, довольно часто ловя на себе весьма ощутимые требовательные взгляды Клер)
– Теа, ты уверена, что не хочешь…?
Будущая мать умильно сморщила носик, уткнулась в плечо тщетно стремящегося сохранить серьезный вид Уолта и прощебетала
– Ал, я в порядке! Говори уже, что задумал, или я от любопытства… рожу! Прямо тут!
Собравшиеся дружно засмеялись и не заметили, как наши с Уолтом лица на миг помрачнели. Впрочем, только на миг – когда шум стих, мой друг успокоился, а я говорил прежним уже привычным невозмутимым тоном
– Собственно, собрал я вас только по одной причине: оповестить, что мы будем делать в ближайшие дни. Как вы знаете, наша последняя разведка очистила от Шипящих зону у семидесятого и тридцатого шоссе, а затем увела их на северо-запад, к Комеру. На данный момент мы прекратили стройку, чтобы дать мертвякам успокоиться и заново разбрестись по окрестностям,
– Давно пора,- подтвердил Уолт, прежде чем его благоверная успела открыть ротик.- Я и сам уже об этом подумывал, но эти мертвые твари поломали нам все планы...
– Ал, ты же видел, что там творится! Их там толпы внутри!- Теа всё же прорвалась сквозь его слова и взволнованно зачастила.- Не надо так из-за меня рисковать! Я и здесь… смогу! Вот увидите!
Прежде, чем она успела ещё что-то сказать, Уолт запечатал ей губы поцелуем, и после этого она уже не смогла спорить, покорно свернувшись калачиком в его сильных руках
– Мы должны, родная. Ради нашего ребенка.
– Он прав, Теа. Тем более,- я подхватил его слова и указал на заерзавшего от скрещенных на нём взглядов Фостера.- На крыше медцентра есть интересующие нас солнечные панели. После расчистки мы демонтируем их и установим на краше Штаба, в качестве замены топливному генератору. Вопросы?
– Только один,- Одри задумчиво прикусила губу.- Кто туда пойдет?
Я искоса глянул на вцепившуюся в меня Клер, отчаянно пытающуюся заглянуть мне в глаза, затем осмотрел остальных и вынес вердикт
– Кроме меня пойдут Коул, Клара и Фостер. Остальные останутся и будут охранять территорию до нашего возвращения.
Сбоку раздалось угрожающее шипение Клер, и я с трудом удержал вопль боли, когда её коготки впились в моё плечо.
«Ну уж нет, и не надейся!»
– А как же я?- Уолт от удивления даже раскрыл рот.- Это же ради нашего с Теа ребенка! Я должен….
– Ты должен быть с женой и охранять её,- я непреклонным жестом отмел его возражения, удостоившись благодарного взгляда Теа.- Иное тебе сейчас не должно волновать. Что до…. Клер, прекрати!
– Я с тобой пойду!
– И речи быть не может. Аа…
– Отпусти его, дура!- Одри увидела мою болезненную гримасу, вскочила со своего места и рывком отодрала пальчики девушки от моего плеча.- Не видишь – ему больно!
– Не лезь не в свое дело!- Клер тоже вскочила и зашипела, как кошка, чудом не заехав сжатым кулачком ловко увернувшейся Одри.
– Хватит,- я добавил в голос металла, заставив их обеих притихнуть и поспешно вернуться на свои места.- Никаких разборок на Совете. Одри – держи себя в руках. И Клер… Я всё сказал.
Девушки вынужденно примолкли. Обе они обиженно надулись и отвернулись (Клер даже отодвинулась от меня на расстояние вытянутой руки), что вызвало у собравшихся понимающие улыбки.
Быстро покосился на Теа и испытал невольное облегчение: из-за ребенка та не могла вскочить и тут же начать “наводить порядок”, поэтому довольствовалась укоризненными взглядами, которые поочередно кидала то на меня, то на Уолта, изо всех сил старающегося не расхохотаться.
– А я то вам зачем?- справившись с удивлением, нарушила неловкую тишину Клара.- Я же не боец, Алрой!