Тесселис

Cyberdawn

Но проснулся, на удивление, отдохнувшим и бодрым, причём утром следующего дня, проспав почти сутки. Подскочил, быстро умылся, выбежал в Котельную… где было спокойно и неторопливо, видно — всё в порядке.

— В порядке всё, парень, — усмехнулся сидящий на табуретке мастер Креп.

— Доброе утро, мастер.

— Доброе, доброе. Пока тебе дел нет, хотя… — вдруг замолчал мастер. — Для начала — сходи позавтракай. А потом… хотя сам смотри. Работа-то есть, но нужна она тебе?

— А какая, мастер? — немного удивился я.

— Да с воздушными турбинами. Я бы

сам занялся, но в полёте — не могу, — окунул он рукой Котельную. — Кузьмичёвские матросы не справляются — они могут поменять турбину, а в механике ни в зуб ногой. Ну что-то понимают, но починить не могут, — уточнил мастер. — А у нас запасная турбина только одна, а вышло из строя — пять. На двух мы неделю до Пурпурных островов добираться будем.

— И опасно тут, — поёжился я.

— Ну не сказать, что так уж опасно. Просто нам “повезло”, — хмыкнул мастер. — В разных смыслах, — уточнил он уже совершенно серьёзно. — Так вот, если займёшься — пойдёт тебе как переработка по договору. И премия, если справишься.

— Займусь, конечно, мастер! — немного возмутился я, но задумался.

Ну а что: деньги мне будут не лишние. Раз уж я сам решил, что собираю на учёбу и жизнь, если жизнь повернулась так — то чего возмущаться? Даже если у всех на Вагус Сумбонте есть свои причины, в которых деньги — не главное, то они всё равно всем нужны. И “торговец”, как-никак. Так что предложение мастера о дополнительной оплате — вполне уместно и порядочно.

— По суточной или недельной ставке? — солидно уточнил я.

— Хе-хе, по недельной, если справишься. Ну а если нет — то диагностика по суточной, — одобрительно кивнул мастер, широко улыбаясь.

Так что направился я в камбуз, где уже справились с последствиями боестолкновения. Быстро перекусил за офицерским столиком и направился на корму судна. А там матросы возились с тремя разобранными турбинами. Ещё одна была полностью уничтожена артиллерийским попаданием вместе с держателями, и на её месте обшивка Вагус Сумбонта просто “наросла”, хотя и без бронеплит.

— А, Фитя! — помахал мне рукой Кузьмич. — Разломали, вороги поганые, — указал он на разобранные турбины.

— Я попробую разобраться, возможно — починить, — сообщил я, приступив к диагностике и разбору.

Матросы расступились, присматривая, но Кузьмич быстро нашёл им дело. А я не совсем понял причин поломки. Точнее — в одной турбине погнуло и частично сломало лопатки. Во второй осколками во многих местах перебило медную обмотку двигателя. Но из этих двух — вполне можно собрать целую и рабочую, либо переставив блок с лопастями, либо сменив обмотку. А вот третья турбина была вполне рабочей, чего я не понимал. И направился к месту её крепления — и да, поломка крылась там. Кабель, подающий электричество, был не перебит, а повреждён древесной обшивкой. Выдавал скачущее напряжение, и турбина вела себя как повреждённая, будучи при этом совершенно нормальной и рабочей.

Возился я с этими турбинами, не без помощи Кузьмича и приданных мне в помощники матросов, почти полутора суток — суточный сон и дело не давали

чувствовать усталость, а Кузьмич не нуждался во сне вовсе, меняя лишь помощников. В итоге моих трудов из шести кормовых турбин Воздушного Корабля работало четыре, что было более чем достойным результатом. И только я порадовался сообщению о премиальных, начисленных на мой счёт, ну и думал поинтересоваться своим текущим благосостоянием, как в технический коридор, где я наблюдал за работой механизмов, вбежал Пропотон. Зелёный, размахивая ушами и подпрыгивая, заверещал:

— Маленькая шамана Фиктор, большая шамана Разслшших тебя зовёт! Грань, у-у-ух! — пучил он глаза, размахивая ушами.

— Беги, Фитя, — правильно понял мой взгляд Кузьмич, так или иначе бывший неподалёку от места моих трудов. — Всё работает, кожухи мы поставим, а место твоё — в Котельной.

Ну и направился я в Котельную, где мастер уже чаровал над Очагом, готовясь к переходу через Грань.

— Починил турбины, в курсе, — пробасил он через плечо.

— Странно, что матросы не справились, там скорее муторно было, мастер Креп, — честно ответил я, разминая руки и распуская трактаторы, готовясь к “бегу перехода” по кругу.

— Так там даже завалящего механика нет, парень. Прикрутить болт, прибить гвоздь — могут. Турбины вообще редко чинят — меняют целиком, по мере износа, — сообщил он.

И начал я носится по Котельной, правя мелкие поломки и сбои. Отстранённо думая, что Приют, оказывается, дал мне образование и умения в гораздо большей мере, чем у многих из “семейных детей”. То ли родители совсем небогаты, то ли считали “на кой тратить деньги на образование?” Но, в итоге, выходит что мне с Приютом как бы не повезло, о чём я даже и не думал. Мечтая, и прямо скажем, завидуя семьям детей на улицах Камулодуна.

Впрочем, это дело прошлое. Мечты и зависть эта — тоже. А сейчас у меня вполне перспективное будущее, заключил я.

И, к моменту слов мастера “всё!” — был хоть и усталым (ну, полутора суток работы с турбинами, да и час перехода Грани!), но всё же был на удивление не вымотанным. Ну и машины работали, как надо.

— Мастер, — обратился я.

— Да, парень, хорошо, — покивал Креп. — Иди, отдохни…

— Я бы на Деревянный Остров хотел посмотреть с высоты, мастер, — сообщил я.

— А-а-а, да, первый раз зрелище очень впечатляющее, — согласно кивнул Мастер, махнув рукой. — Ну, иди, любуйся.

И я пошёл на обзорную палубу, где уже было немало матросов. Дело в том, что по описаниям и дагерротипам, самый большой остров Пурпурного архипелага, их столичный остров, если можно так выразится, был деревом. В самом прямом смысле слова, здоровенным, мистически созданным деревом, выращенным чуть ли не на рифе, занимающем огромную площадь, выполняющим роль и жилья, и пастбищ с полями, и опреснителя морской воды… Ну, много всяких функций выполняло это дерево, давшее название острову. Некоторые дневники давали ему название Мирового, из мифов Терры, хотя понятно, что это было просто результатом долгой и кропотливой работы мистиков.