Теща ищет себе зятя
Шрифт:
– Да, мордатый. Олежка, я вообще мордатых и упитанных люблю. Если к старости тебе надоест искать идеальную тетку и ты решишь заняться окучиванием меня, то откормись.
– Учту. А у тебя с этим… Егором… серьезно?
– Хотелось бы думать, что да. Но боюсь загадывать. Потому что с мужчинами у меня обычно серьезно, а у них со мной – нет. Надоело обжигаться. Пока я не обольщаюсь.
– Ладно, я пошел, – поднялся Олег и неуверенно двинулся к выходу. У него возникло странное ощущение, что между ними осталась какая-то недосказанность.
– Ты же не надеешься, что я стану уговаривать тебя
– Да, – ожил Мямликов и заторопился. – Не хотелось бы.
– Хам. Иди осторожно. И пошли мне эсэмэску, что добрался. Я буду волноваться.
– Ага. Пока…
Он шел по ночному проспекту, вдыхая влажные и сладкие летние запахи. Шел и думал. Странно, но единственной женщиной, которой он был небезразличен, кроме мамы, конечно, долгие годы оставалась Донецкая. Правда, несколько лет назад Олег вдруг размечтался, что нашел свою единственную. Теперь о своей наивности и доверчивости вспоминал с содроганием. Возможно, именно из-за Алины он до сих пор подсознательно боялся женщин. А чего от них ждать хорошего, если лучшие из лучших с завидным постоянством и мастерством умудрялись портить мужчинам судьбы, карьеры и нервы?
С Алиной он познакомился на вечеринке у приятеля. Вернее, это она с ним познакомилась. Сам Олег ни за что на свете не рискнул бы подкатиться к такой потрясающей девице. Высокая, крепкая, загорелая блондинка с идеальными чертами лица и сногсшибательными формами.
Мямликов давно решил, что у него будет либо идеальная девушка, либо никакая. Женщина – тайна, сказка. В ней не должно быть изъянов и недостатков. Вот друг, такой, как Вероника, может быть любым. Он имеет право встречать гостей с огурцами на физиономии, грызть ногти и ходить в растянутой футболке. Потому что друг – это друг, даже если он женщина. А жена – совсем другое. Божество, которому следует поклоняться, носить на руках и пользоваться его благосклонностью. Оно выше земных мелочей и бытовой суеты.
Вероника пыталась осадить размечтавшегося приятеля, намекая, что невозможно быть феей, если надо готовить, убирать и воспитывать какое-нибудь сопливое мямликовское подобие. Тут уж не до шелковистых кудрей, укладки и маникюра. Но Олег, насмотревшийся глянцевого фотошопа, лишь снисходительно усмехался. А что еще может говорить женщина, далекая от совершенства?
Алина была бесподобна. Королева, требовавшая внимания и заботы. Олег не верил свалившемуся на него счастью. Причем счастье свалилось на него в буквальном смысле слова, прямо с вечеринки переехав к нему вместе с парой чемоданов.
Он исступленно угождал ей во всем: взял на себя хозяйственные обязанности, заваливал подарками, читал стихи – в общем, изо всех сил старался соответствовать. Алина, в свою очередь, оберегала трепетного кавалера от закулисья женской красоты. Она снимала косметику поздно ночью, когда Олег засыпал, и красилась рано утром, когда он досматривал последние сны. Всякие пилинги, маски, выщипывания и прочие экзекуции Аля проводила за плотно закрытыми дверями ванной комнаты, в связи с чем хозяин туда попадал чуть ли не по расписанию.
Вероника злилась и считала их отношения искусственными.
– Слушай, Олег, это ненормально! Ладно, ты моешь, стираешь, убираешь за нее! Но ты же не будешь ребенка за нее рожать! Так нельзя всю жизнь протянуть. Надо отдыхать, а вы оба как на параде! – бушевала Ника. – Дома люди расслабляются, а вы? Будто на сцену выходите и пыжитесь, пыжитесь. Ладно, ей-то понятно, зачем это надо…
– Не нужно голословных обвинений! – вспыхивал Олег, страшно оскорбляясь за любимую женщину. – С такой внешностью Аля могла бы рассчитывать на олигарха, а выбрала меня! Если тебе завидно, то завидуй молча!
– Бестолочь. Да ты у нее перевалочный пункт в ожидании олигарха. Перекантоваться, чемоданчики с барахлом придержать. Еда есть, за квартиру платить не надо, подарки преподносят. Ты, между прочим, уже два раза у меня в долг брал! Это ненормально! Мне не жаль денег. Мне жаль тебя. Мямликов, тебя засасывает в какой-то ужасный водоворот, а ты еще и гребешь, чтобы быстрее добраться до центра и благополучно утонуть.
Самое обидное, что Вероника оказалась права. Причем правота ее вскрывалась по нарастающей.
Сначала Алина забыла закрыть двери в ванную комнату, и Олег застал ее за бритьем ног. Когда он поделился этим шокирующим открытием с Вероникой, та смеялась как ненормальная:
– Она не брила, а эпилировала! Дурень! Ты ненормальный перфекционист! Да, у женщин растут волосы во всех местах! И только у покойниц нет надобности выщипывать брови и прочие места. У некоторых даже усы растут!
Вскоре он обнаружил накладные ресницы. Они лежали в миленькой коробочке, которую Алина забыла убрать в комод. Даже найдя отстегнутую грудь, Мямликов, наверное, не ужаснулся бы сильнее. Он долго вглядывался в любимое лицо в поисках подвоха. Но там все было в порядке. Однако факт оставался фактом: накладные ресницы у его наяды тоже имелись.
Далее стали выясняться мелочи, которые для Олега всякий раз становились откровением. И в конце концов не выдержали оба.
Ему надоело изображать домохозяйку и захотелось, чтобы приехала мама, все убрала и сварила нормальный суп. А Алине расхотелось вставать чуть свет и наводить красоту. Допущенная до хозяйства Полина Михайловна громогласно высказывалась по любому поводу, что и поспособствовало расставанию Олега с Алиной. Удивительно, но он даже был рад. Загрузив ее чемоданы, которых теперь стало три, в громадный внедорожник, Олег вздохнул с облегчением. Ему было почти все равно, кто этот лысоватый мужичок с шофером, который галантно суетился вокруг томно вздыхающей Али.
Теплого прощания не получилось. А вспоминать об этом было отчего-то больно и противно. Как о большой глупости. Люди не любят признавать свои ошибки и стараются их побыстрее забыть. Он бы и забыл, если бы Алинино место заняла другая. Но другая не торопилась появляться на жизненном пути. Претендентки, конечно, имелись, но это было все не то. Олег снова мечтал об идеальной. И был готов на жертвы, лишь бы женщина оставалась таинственной и загадочной, не вовлекая его в процесс создания этой иллюзии.