Теряя Логана
Шрифт:
— Я знаю, но это касается Кайли. Она плачет в туалете. Я ждал, когда она выйдет, но она все сидит там и сидит. И кажется…. ее рвало.
Я вскидываю руку.
— Да? — спрашивает миссис Грин, моя учительница по истории Европы, глядя на меня из-под своих очков в форме кошачьих глаз стиля 50-х годов.
— Можно мне в туалет?
Глава 11
Я останавливаюсь у двери, рядом со мной нервничает Логан. Слышно, что в туалете кого-то рвет.
— Тебе плохо? — мягко спрашиваю я.
Она смотрит на меня так, словно я только что попросила ее отдать мне свою почку.
— Нормально, — наконец отвечает она. Включает кран, набирает пригоршню воды и прополаскивает рот.
— Может быть, мне позвать медсестру?
Кайли переводит на меня взгляд.
— Я знаю тебя. Видела на похоронах.
— Я Зои.
Она кивает, наклоняется над раковиной и еще раз прополаскивает рот. Потом тяжело дышит, вцепившись в край раковины руками.
— Если тебе нехорошо, я могу отвезти тебя домой, — предлагаю я, получая в ответ еще один неприязненный взгляд. — Или попросить отвезти тебя кого-нибудь другого.
Кайли отрицательно качает головой.
— Почему ты так беспокоишься обо мне?
Я наклоняю голову.
— Потому что тебе плохо. И потому что мы с Логаном когда-то были друзьями.
Ее лицо смягчается. Она горько смеется.
— Логан со всеми дружил.
— Да, — киваю я.
Она выпрямляется и, глядя в зеркало, начинает приводить себя в порядок.
— Эм… — Я указываю на ее голову. — У тебя волосы немного испачкались.
Скривив лицо, Кайли поворачивает голову и замечает грязные липкие пряди. Их вид вызывает у нее новые позывы рвоты, она бежит обратно в кабинку и склоняется над унитазом.
Звуков и запахов достаточно, чтобы меня тоже затошнило, но я подавляю рвотный рефлекс, хватаю бумажные полотенца и мочу в раковине. Свернув их прямоугольником, я подхожу к Кайли сзади, осторожно приподнимаю ее волосы и прикладываю влажные полотенца к шее.
— Спасибо, — глухо благодарит она, прижавшись щекой к боку унитаза.
Я прислоняюсь спиной к стенке кабинки и соскальзываю по ней вниз, садясь рядом с Кайли на пол.
После нескольких минут молчания она заговаривает сама:
— Мы ведь расстались, знаешь? Я бросила его прямо перед… — ее голос прерывается.
— Я знаю. Логан… звонил мне после этого. Он был расстроен. И беспокоился за тебя. Он волновался за тебя даже после вашего разрыва.
Она садится прямо, смотря на меня остекленевшим взглядом.
— Он рассказал тебе о том, что мы расстались?
— Да, рассказал.
—
Я склоняю голову на бок.
— Не много. Просто что он… переживает.
Кайли кивает.
— Можешь подать мне мою сумочку? — указывает она на пол рядом с раковиной.
Потянувшись, я хватаю сумочку за ручку, но она не застегнута и все ее содержимое вываливается на пол.
— Черт. Прости, — бормочу я, подползаю к сумочке на коленях и принимаюсь собирать все добро.
— Не надо! — кричит Кайли.
Но уже слишком поздно. Я уже увидела ее — тонкую белую полоску с розовым плюсиком.
Я поворачиваюсь к Кайли.
— Кайли, ты?..
Выхватив у меня сумочку, она запихивает в нее свои вещи. По ее лицу бегут слезы с примесью туши.
— Не вздумай никому об этом сказать. Я серьезно. Если я узнаю, что ты кому-нибудь об этом проболталась…
— То что? — тут же раздражаюсь я. — Побьешь меня детским подгузником? — И жалею о сказанном, как только слова срываются с губ. — Хей, прости. Я никому ничего не скажу. Обещаю. — Я мягко касаюсь ее руки. — Логан знал?
Кайли мотает головой.
— Я сама узнала об этом только на прошлой неделе.
— И что собираешься делать? То есть, это не мое дело. Я могу тебе чем-нибудь помочь?
Поднявшись, она вытирает глаза.
— Да. Можешь держать свой гребаный рот на замке и не лезть ко мне.
Кайли пулей вылетает из туалета, и, когда я выхожу за дверь, уже находится в дальнем конце коридора, почти у выхода из школы.
Логан сидит на полу, прислонившись спиной к шкафчикам.
Я смотрю по сторонам, чтобы убедиться, что мы одни.
— Полагаю, ты все слышал.
Он кивает.
— Ты в порядке?
«Нет», — качает он головой.
Я глубоко вздыхаю. Через несколько секунд Логан поднимает на меня глаза.
— Это не мой ребенок, Зои.
Я чешу в затылке.
— Не знаю, что ты там на этот счет слышал, но такое случается. Даже когда ты, ну… осторожен. Презервативы — не панацея.
Логан встает, напряженно глядя на меня.
— Нет, ты не понимаешь. Ребенок не может быть моим. Мы полгода вместе не спали.
Это меня удивляет.
— Правда? — Я умолкаю, вникая в сказанное. — Полгода?
— Зои, я клянусь. Что бы тут не происходило, этот ребенок — не мой.
— Я тебе верю, — хмурюсь я. — Просто…
— Шокирована? — предлагает он.
Я думаю о Кайли. «Шокирована» — не подходящее слово.
— Опечалена.
Я возвращаюсь в класс прямо перед самым звонком, полная решимости оставить все в секрете. Нет причин рассказывать об этом кому-то, в городишке такого размера, как наш, об этом и так скоро все узнают. Если и есть что-то хуже того, чтобы быть для всех невидимкой, так это — быть для всех городской шлюхой, а именно это и случится с Кайли. Пусть она и сучка каких поискать, но такого никто не заслуживает.