Территория
Шрифт:
Вой убрал руку с его плеча, снял рюкзак и положил его возле стены.
– Значит так, Анна, вы даже не высовывайтесь. Я сразу побегу к тварям, а ты, Эльдар, подбежишь поближе - но не слишком близко - и стреляй. Усек?
– Усек.
Эльдар очень надеялся, что ягуар в нужный момент все же придет на помощь.
"Эй, ты, - мысленно позвал он.
– Давай вылезай из норы!"
– Раз, два, три!
– мысленно отсчитал Вой удары своего сердца.
И, выхватив меч и стиснув зубы, побежал к чудовищам. Те десятки метров, что отделали его от тварей,
Взмах меча и...
Лезвие рассекло пустоту. Колли отпрыгнула с такой скоростью, будто у нее на лапах были мощные пружины. Но удивляться такой реакции у Воя не было времени - на него бросилась черная дворняга, с неестественно широко раскрытой пастью.
Эльдар выстрелил, благодаря всех богов, что руки не дрожат. Пуля попала в шею дворняги, отбросив тварь от Воя. Палец нажал на спусковой крючок еще раз и еще.
Вой вогнал меч в бок лохматому рыжему псу. Выдернул лезвие - резкий взмах - и ударил по хребту твари, почувствовав хруст костей. Рыжий пес словно бы сложился пополам, взметнув передние лапы, из пасти брызнула слизь.
А Анна смотрела за схваткой из-за угла дома, жалея, что она не родилась Зеной - королевой воинов. Ей очень хотелось помочь, но как?!
Пуля попала в живот колли. Тварь взвизгнула и помчалась на Эльдара.
"Ох, черт!"
Он стрелял и стрелял. И видит Бог - попадал, но чудовище не останавливалось.
Вой увернулся от летящего на него черного пса - челюсти щелкнули в сантиметре от лица. Рука сделала выпад, и пес упал на асфальт с уже отрубленной лапой.
В отчаянии Эльдар выставил перед собой ружье, держа его словно обычную палку. Он увидел, как колли оттолкнулась от земли, распрямилась мощной пружиной и сомкнула пасть на цевье "Сайги". Эльдар грохнулся на землю, придавленный лохматой тушей чудовища.
Тем временем из ужасающей раны рыжей дворняги вылетели десятки нитей. Они захлестнули держащую меч руку Воя, впились в кожу. Пальцы от жгучей боли разжались, но Вой, яростно закричав, подхватил меч левой рукой и рубанул по нитям.
– На, сука! На!..
К нему приближался морбест с отрубленной лапой.
Эльдар тоже кричал, пытаясь ружьем отстранить от лица пасть колли. Когти чудовища карябали его грудь, паника захлестнула сознание, от дикого напряжения на лбу выступила жила, а в одном глазу лопнули сосуды. Из ноздрей колли потекла пузырящаяся жижа, а за ней - выползли две нити.
Вой тряхнул рукой, сбрасывая с предплечья разрубленные нити. А затем подскочил к рыжей дворняге. Ее шкура сворачивалась вокруг раны как кожура, обнажая кости ребер и мясо, пронзенное сотней нитей. Вой на выдохе обрушил меч на голову твари, раскроив череп. Тут же повернулся к другому чудовищу. Он слышал вопли Эльдара и собирался через секунды прибежать на помощь.
Но помощь пришла от Анны. Она, конечно, далеко не Зена, но у нее была Анна - тень, и эта решительная дамочка не желала просто стоять и смотреть.
"Давай! Давай - давай - давай! Наваляем тварям!"
Анна подбежала и, что есть силы, ударила чудовище ногой по голове. Зубы морбеста
Не дожидаясь, когда черная дворняга нападет, Вой сам сделал выпад - лезвие скользнуло в раскрытую пасть морбеста, с хрустом вошло в глотку. Следующий удар расколол голову псу. Она словно взорвалась - в стороны разлетелись кусочки мозга, костей и шерсти.
"Удар века!" - с яростным ликованьем подумал Вой.
Он почувствовал себя берсеркером, о которых так много читал.
Колли тряхнула головой и вперила взгляд в Анну, будто говоря: как ты посмела, сука?! А в сознании Эльдара из убежища, наконец, выскользнул ягуар в ореоле гнева и страха. Палец нырнул в скобу, рванул на спусковой крючок - пуля снесла чудовищу нижнюю челюсть. Эльдар перехватил ружье, подскочил к твари и обрушил приклад ей на голову - ноги пса подломились, туша распростерлась по земле. А Эльдар с перекошенным безумием лицом все бил и бил...
– Сдох-ни! Сдох-ни!..
Приклад врезался в месиво - то, что осталось от головы морбеста.
– Сдох-ни!
Эльдар вдруг остановился, тяжело дыша, поднял лицо вверх и прошипел:
– Ненавижу, гадин! Не-на-ви-жу!
А потом снова принялся бить мертвую тварь, но уже ногами.
Вой подошел и встал рядом с Анной. Они молча смотрели на безумство Эльдара и не вмешивались. Пускай снимет нервное напряжение.
Наконец Эльдар успокоился, повесил "Сайгу" на плечо. Опустив голову, он зажмурился, сделал вдох и резкий выдох.
– Знаете, - его голос слегка дрожал, - а я сегодня утром одному человеку палец отрезал.
Вой хмыкнул, рассматривая свое предплечье. Кожу после нитей жгло, как от крапивы.
– Это ты вообще к чему?
– Что?
– Эльдар открыл глаза и повернулся.
– К чему ты про палец ляпнул?
– Палец? Ах, да... не обращайте внимание. Это все нервы. Сам не понимаю, что за хрень несу.
Вой вытер о траву лезвие меча и сунул его в ножны. Потом зашел за угол дома и поднял рюкзак. Боевое возбуждение шло на спад, сменяясь усталостью. Он вернулся к Анне и Эльдару.
– Ну что, а теперь пойдем кафешку проверим.
Глава 32
Элла медленно приходила в себя после мощной волны боли. Сейчас пытки прекратились, но в сознании остались вызывающие ужас слова: "Ты выйдешь, а не то я выколю твои милые глазки, дочка!"
А еще она слышала, что отец говорил о терпении, которое не безгранично. Когда он решит, что хватит? Через минуту? Через час? А может, прямо сейчас подносит иглу к глазу? Элла не хотела думать об этом, но понимала: от мыслей об игле и выколотых глазах не отделаться. И никакие воспоминания о счастливых днях не помогут. Она как-то читала книгу, в которой был эпизод про узника, ожидающего смертной казни. Так вот он ни о чем не мог думать, кроме как о плахе и топоре палача. Сейчас она понимала, что автор той книги не врал. Страх слишком сильная эмоция, что просто взять и усилием воли задвинуть его на второй план.