Территория
Шрифт:
– Пойдем, - сказал Эльдар.
– Сейчас время обеда, хозяин в саду.
***
Стол был накрыт в беседке. Элла, Мария и Черномор уже пообедали и теперь пили чай. На застеленном белой скатертью столе стояли большой медный самовар, пиалы с вареньем и печенье в фарфоровом блюде. Здесь же в беседке на табуретках сидело двое крепких белобрысых парней с угрюмыми лицами и фингалами под глазами. Между парнями на тумбе стоял патефон с огромным раструбом.
– Гости к нам пожаловали?
– добродушно сказал Черномор, когда Эльдар и Вой зашли в беседку.
– Мария, будь добра, налей гостям чаю, - он привстал
– Присаживайтесь. Жаль вы к обеду не успели. У нас был отличный мясной рулет с чесночным соусом.
– Ничего, я уже пообедал, - проговорил Вой и уселся за стол. От него не осталось незамеченным, с каким презрением на него смотрят парни с фингалами.
А Эльдар обратил внимание на Эллу. Девушка с отрешенным видом глядела на свою чашку и будто не замечала, что за столом стало на два человека больше. Ему нравилась эта девчонка, и он, как и ее отец, почувствовал себя обязанным отомстить тому типу, что приковал ее к инвалидному креслу. Эльдар часто возил девушку на стрельбище, учил стрелять из пистолета, чуть реже - в кино. Он испытывал к ней братские чувства, и порой ему казалось, что в ней скрывается такой же зверь, как и у него, только не столь свирепый.
– Жаркий сегодня денек, - заметил Черномор, а затем обратился к Вою: - Ты угощайся, Семен. Попробуй варенье из алычи, я сам готовил, - он подхватил пальцами блюдце с чаем, поднес к губам и с хлюпаньем сделал глоток.
– Спасибо, - сказал Вой, принимая у Марии чашку с горячим чаем. Он подумал, что начало этой посиделки обнадеживающее. Может, Черномор и, правда, желает примирения? Вой искоса посмотрел на хозяина, пытаясь понять, что у того на уме, но увидел лишь благодушие. Маска? Возможно. Нужно быть начеку, не стоит расслабляться.
Черномор относился к тому типу людей, глядя на которых веришь: это неплохой человек. Добродушное чуть полноватое лицо, открытый взгляд, в уголках карих глаз - лучистые морщинки, густые темные с проседью волосы зачесаны назад. Казалось, Черномору чужда жестокость, и если бы он был актером, с такой внешностью, ему доверяли бы только роли добрячков. Но те, кто хорошо его знал, понимали, насколько обманчива бывает внешность. Большинство людей в Тихой пади относились к Черномору хорошо. Еще бы, на его деньги построена местная церковь, отремонтирован Дом культуры, содержится собачий питомник в пригороде. Не человек - золото, меценат, благодетель. Да еще и книги пишет - недавно издали его двухтомник про развитие бизнеса в России. Правда, по странному стечению обстоятельств, за год до выхода книги в соседнем городе безвести пропал известный писатель публицист, и злые языки поговаривали, что сидит, мол, теперь этот бедолага в подвале Черномора и кропает нетленки для удовлетворения писательских амбиций хозяина. Слухи - постоянные спутники значимых людей. Если Черномор и обращал на них внимание, то вида не подавал, главное, большинство его уважало. То большинство, что с радостью закрывало глаза на оборотную сторону благотворительности: криминал. То большинство, что не желало ставить на одну чашу весов церквушку, а на другую грязные деньги, на которые она была построена. Большинство - вассалы маленького королевства.
Вой глотнул чая и решил сделать шаг к примирению:
– Хочу извиниться за вчерашнее. Не хотел я их так сильно, - он кивнул
– Забудь, - махнул рукой Черномор.
– Сами виноваты. Зажрались они тут у меня, хорошая встряска им только на пользу. Я ведь их не драться с тобой посылал, а поговорить. Велел быть вежливыми, но настойчивыми. Видимо, на первое они решили наплевать. Ну, ничего, - он подлил из чашки в блюдце чаю, - я их сам наказал. Теперь они у меня понижены в должности до охранников патефона.
Эльдар рассмеялся, а Вой снова взглянул на парней и изобразил на лице сочувствие.
Элла встрепенулась, будто очнулась от сна, с легкой растерянностью посмотрела на гостей, потом залпом допила чай и обратилась к Марии:
– Отвези меня домой. Что-то я устала.
– С тобой все в порядке?
– нахмурился Черномор.
– Ты не заболела?
Элла выдавила улыбку.
– Все хорошо. Просто не выспалась.
"Ее что-то тревожит, - с уверенностью подумал Эльдар.
– Нужно потом с ней поговорить".
Мария вывезла девушку из-за стола и спустила коляску по специальному скату на мощеную плиткой дорожку. Дальше Элла поехала сама, толкая обруч на колесе, а Мария пошла рядом.
– Ну что ж, теперь можно и о делах поговорить, - произнес Черномор. Он сунул в рот ложку варенья, прожевал и продолжил: - Я рад, Семен, что ты приехал. Правда - рад. Теперь сложности быть не должно.
– Так что мы решим?
– спросил Вой, отодвинув чашку.
– Что мы решим, - медленно повторил Черномор. Он уже собирался взять блюдце, но увидел, что в чай попала муха. Она барахталась в блюдце и пыталась взлететь.
Черномор застыл. Он смотрел на муху с таким напряжением, будто в его блюдце плавала миниатюрная вражеская подводная лодка. Лицо покраснело, на лбу вздулись вены, дыхание участилось.
– Ах, ты, падла!
– с хрипом выдавил он.
– Ах ты, тварь поганая!
Все с тревогой смотрели на хозяина.
Черномор медленно перевел взгляд с мухи на Воя.
– Ты спрашиваешь, что мы решим? Да кем ты себя возомнил, хорек паскудный?!
– с его губ сорвались капельки слюны, в глазах горел гнев.
Вой оценил ситуацию. Никакого примирения не было и в помине.
– Успокойтесь!
– резко сказал он.
– Что? Успокоиться?
– Черномор пожирал его глазами.
– Ты что же думал, я все оставлю как есть? Попьем чайку и пожмем друг другу руки?
Эльдар сидел хмурый. Ему очень не нравилось происходящее. Хозяин оказался полон сюрпризов.
А вот белобрысые парни были довольны. На их губах играли зловещие улыбки.
– Да что ж вы за человек-то такой?!
– Вой хлопнул по столу ладонью и поднялся.
– А я уж поверил... Будет мне урок!
– Урок? Да, тебе будет урок! Ты даже не представляешь, какой!
– Черномор вскочил с места, опрокинув стул.
– Плевать я на тебя хотел! Думаешь, я тебя боюсь?
– Вой с вызовом смотрел на хозяина.
– Если желаешь войны, будет тебе война!
Черномор усмехнулся.
– Вот дебил. Герой выискался. Воевать со мной собрался? Ну-ну. Но только я вот что тебе скажу: никакой войны не будет! А знаешь почему? Потому что ты тихо, мирно отдашь мне свое вонючее предприятие, а потом свалишь из города навсегда.