Термит
Шрифт:
– Спокойно.
Термит схватил банкира за запястье. Белоснежные манжеты окропило кровью, но человек перестал дергаться.
– Тихо.
Бедняга расслабленно опустился на эргономическое кресло.
– Ты уже вызвал полицию, да?
Чуть заторможенный слабый кивок.
– Позвони им и скажи, что произошла ошибка. И открой хранилище.
– Через компьютер я могу отпереть только внешнюю оболочку. Для внутренней нужно мое ДНК.
– Хорошо, значит, пойдешь с нами.
Банкир безвольно кивнул. Термит сунул в рот сигарету, но
Убедившись, что сигнализация отключена, а двери к хранилищу открыты, он снова загнал своих подопечных в лифт.
Мария стояла перед зеркальной стеной и красила губы помадой цвета спелого персика. Ее ждало важное дело, но не поправить макияж было невозможно. Последний поцелуй оказался слишком крепким и сильным, с резким мятным вкусом. Она глубоко вздохнула, вспоминая. Не просто поцелуй, а нечто большее. Магический ритуал, наполнивший ее знанием, открывший ей сокровенную тайну. Теперь она понимала, что не одна, что она, Мария, лишь часть чего-то огромного. И когда тихий голос из центра их сплавившихся воедино душ приказал ей сделать кое-что, она с радостью поспешила взяться за работу.
Подарив своему отражению воздушный поцелуй, женщина, звонко цокая каблуками, поспешила выйти из зала. Ледяной ветер тут же вцепился ей в волосы, а тонкая блузка плотно облепила кожу. Но все это было неважно.
Обежав вокруг здания банка, женщина набрала код на гаражных дверях. Обогнула ряды легковушек и остановилась перед инкассаторским фургоном. Эта машина принадлежала банку и маскировки ради была выкрашена в легкомысленный розовый цвет, с зеркала внутри салона свисали разноцветные бусы. С первого взгляда никто бы и не догадался, что кузов бронированный, а двери запираются не хуже сейфовых.
Вместо замка у фургона имелась панель для распознавания папиллярных узоров и компьютерный разъем. Женщина быстро вставила флешку. Щелчок - и водительская дверь приоткрылась, а на приборной панели зажглись датчики.
– Я еду!
Забравшись в салон, женщина вывела машину из гаража и остановила ее у одного из неприметных пожарных выходов, как правило, всегда запертых. Долго ждать не пришлось.
46. Кровь
Марионетки проворно складывали груз в инкассаторский фургон. Термит стоял, опершись на стену: он чувствовал себя очень уставшим и очень счастливым.
"Я выиграл, черт возьми! Я выиграл!"
Банкир все чаще оглядывался, его взгляд становился более осмысленным: действие импульса слабело. Термит на всякий случай направил на него пистолет.
"Импульс подавления воли - дерьмо, действует слишком мало времени. Впрочем, плевать. Дело сделано!"
Убедившись, что все погружено, он сам закрыл хитрый замок. Банкир и охранники отступили в сторону, только служащая по-прежнему преданно заглядывала в глаза. Термит рывком открыл дверцу
– Я с вами?..
– женщина в перламутровой блузке тронула его за плечо.
– Иди ближе, помоги мне.
Он достал из кармана куртки заполненный автошприц и тонкий резиновый жгут. Закатал рукав левой руки и приказал марионетке перетянуть вену. Игла хищно вонзилась в плоть, нано-структуры матрицы смешались с кровью. Термита затошнило. Он согнулся, упершись лбом в руль.
"Черт! Кажется, две моих матрицы подряд - это слишком".
– Вы в порядке?
Он с трудом выпрямился и кивнул:
– Да. Прощай. Прости меня.
Автомобиль взвизгнул шинами, когда Термит нажал на газ. Охранники вздрогнули, а один, опомнившись, выстрелил по колесам.
– Они же бронированные, болван!
– Термит швырнул пустой шприц в окно и выехал на оживленную улицу.
На перекрестке стояла Линда Берри. Ее длинные ногти сверкали, как кинжалы, когда она убирала за ухо прядь волос, легкое белое платье обрисовывало контуры тела. Она задумчиво и сладострастно жевала резинку.
– Черт!
Термит резко затормозил. Фургон пошел юзом, едва не завалился на бок и все-таки врезался бампером в пышную грудь красотки. Линда, высовываясь из-под капота надула пузырь. Вокруг оглушительно загудели автомобили.
– Гребаная галлюцинация.
Закрыв уши руками, Термит сморгнул. Киноактриса исчезла.
"Это все из-за двух матриц".
– Придурок, ты вообще поедешь?
– ругнулся в открытое окно водитель остановившейся рядом "лагро".
– Угу.
Термит достал из кармана куртки несколько дартсов и воткнул себе в левую руку. Боли он не ощутил, но вытащив первую стрелку с удовлетворением заметил окровавленный кончик.
– Ты! Урод!
Водитель "лагро" снова нажал на клаксон. Дротик со свистом рассек воздух и вонзился в плечо бедняги.
Розовый фургон несся по улицам города, сопровождаемый кортежем из дюжины разномастных автомобилей. Несколько полицейских машин попытались перекрыть ему дорогу: но инкассаторская броня оказалась крепче пуль, а скорость преступника позволила ему легко разметать заставу.
За рекой, над парком Пожарского, стояло кровавое зарево. Несколько вертолетов зависли возле Петли, не решаясь приблизиться к месту сражения. Один из них, получив новые указания, полетел наперерез розовому инкассаторскому фургону. Но автомобиль и его свита уже выехали из делового района и стремительно приближались к речным докам. Узкие улицы, заставленные ящиками и мусорными баками, не стали препятствием для утяжеленной бронированной машины.
Фургон нарезал круг за кругом в лабиринте из сараев, лодочных ангаров и старых блочных домов. Его спутники то теряли его, то вновь находили. Несколько полицейских экипажей увязли в проулках и заставленных рухлядью дворах. За грязными стеклами окон маячили людские лица: жители трущоб весьма обрадовались нежданному развлечению.